Глава 237 •
«Не зря я столько тренировался!» — Рэй довольно хмыкнул собственной скорости реакции и поднял обронённый противником кинжал.
Пришлось расплыться в довольной улыбке – лезвие поблёскивало зелёным. Атанит. Оружие старое, но зато первоклассное.
Не церемонясь, Рэй схватил вяло отпирающегося фаросца за руку, вывернул ту ему за спину и прямо из воздуха выхватил кусок верёвки, крепко стянув предплечья вместе. Сын леса ещё не оклемался после разряда током, а потому Рэй, нимало не стесняясь, той же верёвкой туго перетянул изувеченную ногу выше того места, где стрела разорвала мышцы. Это никоим образом не помогло бы раненному – на таком морозе кровоточащая нога полностью отмёрзнет за несколько минут. Потом её разве что отнять, пока не взялась гнилью. Но зато фаросец не истечёт кровью за это время, а дольше ему жить и не надо.
— Сегодня твоя охота не удалась, — обронил Рэй, поднимая с земли лук. Жаль, не из атанита. Это оружие вышло из-под рук людей, а не фаросцев. Не потрудившись снять тетиву, Рэй спрятал найденное в Инвентарь – там лук не испортится, даже оставшись взведённым.
Слова на родном языке заставили фаросца застыть неподвижно. Он недоверчиво поднял голову вверх, желая убедиться, правда ли перед ним человек. Пара взглядов встретились и теперь неподвижно застыл уже Рэй. Всё лицо лесного, что лежал подле него, пересекал длинный, уродливый шрам. Взяв своё начало у основания глаза, он тянулся к самому подбородку. Пересекал губы, немного задевал нос.
В памяти, в самом отдалённом её уголке, куда Рэй запрятал терзающие его воспоминания, всплыл разговор. Слова зазвучали в голове звоном колокольчиков. Он ехал верхом на пантере, а Тесса – на своей тигрице. Девушка говорила, а Рэй упивался звучанием её голоса. После нескольких одиноких месяцев на севере Фароса, звук человеческой речи казался чем-то изумительным. Тесса ужасно говорила на языке народа леса, но зато весело, слегка высокомерно и по-девичьи задорно:
— «И зачем тебе это? Думаешь, вы когда-нибудь встретитесь? Но, если так интересно, его звали…»
— Харис, — Рэй произнёс имя вслух и по реакции фаросца понял – это он. Тот самый изгнанник, что приглядывал за ставшей сиротой девушкой. Он научил её языку и тому, как постоять за себя. В каком-то смысле, благодаря ему они с Тессой встретились.
Невероятное совпадение.
Фаросец болезненно засопел, вроде даже что-то сказал, но его не услышали.
— Что это значит? — Рэй поднял взгляд вверх, к черноте ночного неба. Лесной вновь что-то пробормотал – может Хариса насторожил незнакомый язык, на который перешёл его сегодняшний противник, а может фаросец просто проклинал своего обидчика. Рэю было едино. Он стоял и смотрел в темноту, дожидаясь ответа.
— «Ты винишь меня?» — Голос прозвучал в голове, словно порыв холодного ветра. Странный, ровный и в то же время расплывающийся эхом, непохожий ни на что другое. Он слегка остудил злость Рэя.
— Ты знала, что он будет здесь.
— «Я говорила это раньше и скажу ещё раз: прошлое не изменить. И его призраки не должны тебя беспокоить».
— Если бы не ты, мы бы с ним и не встретились! Не было бы призраков! — Рэй и сам не заметил, что почти перешёл на крик, иначе тут же успокоился бы.
— «Ты спросил совета и получил его. И нынешняя проблема – самая малая из тех, с которыми тебе ещё предстоит столкнуться. Если ты не готов даже к этому – лучше остановись прямо здесь».
Рэй опустил голову, вновь втянув в себя воздух. Теперь к свежести зимы и леса примешался сладковатый запах меди, – кровь фаросца продолжала пускай и медленно, но убывать. И вместе с ней убывало время, отведённое сыну леса в этом мире.
Говорить что-либо ещё Рэй не собирался. Даже то, что он уже сказал, было лишним. Богиня в самом начале предупредила: Она собирается показать ему, что совпадений не существует. И пока что очень крепко держала своё слово. Нынче Рэй убедился, что, казалось бы, самые маленькие детали могут складываться в что-то непостижимо большее. Это… оказалось чрезмерным.
Успокоился Рэй точно так же, как и вспыхнул – в один момент. Разум охотника не мог находиться в смятении слишком долго. Да, этот фаросец служил ниточкой, ведущей куда-то в прошлое. Вот только прошлое уже осталось позади. Рэй прислушался к себе и не нашёл ни возможности, ни желания спасать Хариса.
— Ты уже мёртв и сам это понимаешь, — он заговорил, а фаросец напротив – затих. С болью сын леса уже успел совладать. — Расскажи мне всё, что знаешь об этих двоих, и я прерву твои страдания.
— Старик нашёл какое-то место, — столь быстрого ответа ожидать и близко не приходилось, скорее того, что фаросец решит подпортить жизнь своему убийце и молчать до последнего, но нет. Сам Рэй этого не понимал, он бы поступил иначе. А лесной тем временем говорил. Говорил чётко, но быстро. Похоже, не желая и дальше терпеть боль в изувеченной ноге. — Как он это сделал и как об этом прознали те, кто меня нанял, я понятия не имею. Мне было велено поймать эту парочку и вернуть в Арн. Или проследить за ними до самого конца. Кто именно наниматель я тоже не знаю. Напарников у меня нет. Это всё. Закончи начатое.
— Что ты сделал с моей пантерой?
Харис посмотрел на человека перед собой полными непонимания глазами и заявил, что никаких пантер по дороге не встречал.
Рэй не видел смысла долго обдумывать сказанное. Даже если фаросец и врал, уличить его в этом невозможно. А больше спросить у него и нечего.
Ну разве что о Тессе…
«Нет». — Рэй перехватил кинжал фаросца, наклонился и выверенным ударом вогнал лезвие в грудь наёмника. Будто отсекая этим взмахом ту самую ниточку в прошлое.
На несколько секунд он застыл неподвижно, борясь с нахлынувшими эмоциями. А затем медленно извлёк оружие из уже мёртвого тела и выпрямился полностью собранным.
Фаросец прояснил не так уж много. По всему выходило, что Гофри нашёл какую-то сокровищницу или вроде того.
«Чего-то такого и следовало ожидать», – кивнул собственным мыслям Рэй, отстёгивая от пояса трупа перевязь с ножнами к фаросскому кинжалу. Тот имел особую, давно привычную самому Рэю форму. Обычные ножны для него бы не сгодились.
Новая душа заняла отведённое ей место во внутреннем пространстве. Ярко-белая, принадлежащая фаросцу, она могла бы быть ценной сама по себе. Если бы не энергия молний…
Рэй всё же на секунду принял облик лесного, убедившись, что тело тут же парализовало пробежавшими по нему электрическими разрядами. В таком состоянии не удавалось даже нормально дышать! А значит эту душу разве что на энергию пустить. Что Рэй, собственно, и проделал, вернувшись в основной облик.
У Хариса, кроме кинжала и лука, ничего ценного при себе не нашлось. С минуту поразмышляв над тем, почему фаросец так легко ответил на его вопросы, Рэй так и не пришёл к сколь бы то ни было однозначному выводу. Вряд ли дело было в уважении к сильному противнику. Пожалуй, и желание избавиться от боли здесь ни при чем. Гораздо охотнее верилось в то, что фаросец попросту устал от жизни изгнанника.
Не став терять время и дальше, Рэй развернулся и по своим же следам двинулся в обратный путь.
Хариса он оставил прямо там, в снегу. Мёртвого и холодного.
Готовое к выпаду копье повернулось в сторону раздавшегося из леса шороха. Но стоило свету костра выхватить из темноты фигуру вышедшего на поляну человека, как Гофри разом расслабился.
— Непрошеный гость, — коротко пояснил Рэй, проводив взглядом наконечник вернувшегося к владельцу копья.
— Но есть и другая проблема, — продолжил Рэй, развеяв одну из копий, что оставил здесь, когда бросился в лес. Вторая так и осталась стоять по другую сторону костра. — Что-то случилось с Цессом, и я собираюсь выяснить, что именно. Он недалеко, чуть глубже в лесу. Но это может занять время.
— Не стоит спешить из-за нас, — тут же отозвался Гофри, посчитав, что Рэй взволнован возможной задержкой. — Мы подождём здесь. Или, если ты считаешь, что угроза миновала, можем сходить с тобой.
— Враг пришёл в одиночку, — подтвердил Рэй и задумался над тем, как лучше поступить. Вряд ли эти двое куда-то денутся, но и каких-то причин не брать их с собой тоже не было. Пока он рядом, не должно быть особой разницы между опушкой Фароса и тем местом, где сейчас Цесс. — Все в порядке. Но будьте начеку. Этот лес – не самое гостеприимное место.
Старик серьёзно кивнул и повернулся к дочери, объясняя той, что происходит. Они принялись тушить и без того еле тлеющий костёр и собирать вещи. Гофри выудил из мешка небольшой факел. Соня разбудила спящих лошадей.
Рэй тем временем создал ещё парочку Теней первого уровня и отправил тех вперёд. Одна торила путь – всё же где-то здесь ещё могли остаться ловушки Хариса, а вторая – разведывала обстановку.
Разница между привычным к лесу Охотником и парой обывателей стала видна сразу же. Гофри, хоть и имел за спиной немалый опыт путешествий, в темноте ночного леса чувствовал себя откровенно неуютно. Он шёл предпоследним, в каждой руке сжимая повод лошади и изредка поглядывал вперёд – в спину дочери, руки которой были заняты тем же. Гораздо больше внимания он уделял тому, чтобы не сойти с узкой тропинки следов – молодой воин велел идти за ним след в след и спорить Гофри не собирался. Этот человек внушал уверенность сам по себе, да и сейчас ночной лес явно его не стеснял. Собственную спину старик доверил ярко сияющей копии Рэя. Та с каждой минутой бледнела, но исчезать не собиралась, в отличии от другой – зелёной. Ту молодой воин создавал по новой уже дважды. Гофри лишь покачал головой, начав вспоминать короткий рассказ его нового друга о столь невероятном приёме – это позволило отвлечься от темноты леса.
А Фарос, стоит заметить, ощущался непередаваемо мрачным. Тишина объяла его полностью. Оттого каждый посторонний шорох слышался необычайно громким. В этой тишине легко удавалось отличить звук, с которым их сапоги и подковы лошадей сминали подушку из снега, и редкий треск веток где-то вдали. В такие моменты Гофри сжимал повод покрепче и надеялся, что светящаяся копия Рэя заметит опасность загодя. Своим глазам старик доверял гораздо меньше. Чего только стоил сегодняшний случай!? Даже в самых смелых мечтах Гофри не надеялся обнаружить подкрадывающегося к ним фаросца. Посреди ночи! В родной стихии сына леса! Уму непостижимо!
Но Рэй сумел.
Впрочем, сегодня незваных гостей, похоже, больше не предвиделось.
— Мы почти пришли, — холодный, негромкий голос отвлёк Гофри от размышлений.
Старик лишь кивнул сам себе, заметив, как звук голоса испугал одну из лошадей. А затем он остановился. Не потому, что заметил что-то. Нет, дело было в том, что их проводник и сам замер на месте.
В чём дело Гофри понял почти сразу. Спина Рэя перегораживала обзор, но даже потерявшее былую остроту зрение сумело различить синее сияние где-то далеко впереди. Слишком сильно оно выбивалось из темноты леса.
— Идём, — почти сразу Рэй двинулся дальше.
Соня послушно последовала за ним, а Гофри размышлял над тем, стоит ли лишний раз говорить в ночном лесу. Молодой воин явно знает, что именно ждёт их впереди. И старик тоже хотел знать.
То ли Рэй почувствовал его любопытство, то ли просто решил успокоить отца с дочерью, но он обронил ещё одну короткую фразу:
— Не стоит беспокоиться. Это Цесс.
Ответ Гофри совершенно не удовлетворил, но на сей раз старик решил потерпеть. Зачем лишний раз шуметь, если идти осталось всего ничего?
Каждая сотня шагов делала их всё ближе к странному синему сиянию и чем меньше деревьев оставалось на пути, тем отчётливее становились очертания светящегося купола впереди.
Огромный, словно созданный из чистой энергии, он сиял мерным синим светом, оттого и был заметен с большого расстояния. Сейчас, когда они уже почти добрались к нужному месту, Гофри видел, что купол стоит посреди довольно большой поляны и, тем не менее, частью своей он касался стволов деревьев вокруг – настолько странная полусфера оказалась огромна. Чтобы увидеть её вершину, старику даже пришлось слегка размять шею.
И Гофри знал, что находится внутри. Каким именно образом вырос волк его сына, старик отлично помнил, а потому вопросов в его голове сейчас роилось гораздо меньше, чем могло бы быть.
Вот только в тот раз купол был зелёным и как бы не на порядок меньше! А потому что-то новое для себя Гофри принялся осматривать с нескрываемым интересом.
— Может осмотримся? — предложил он, повернувшись к Рэю.
Тот и сам разглядывал сияющую поверхность на редкость заинтересованным взглядом. А затем повернулся к Гофри.
— Тебе известно, что это, старик? — Рэй мысленно велел обоим Теням первого уровня развеяться. Не оставалось и шанса, что Харис установил ловушки так далеко.
Дождавшись согласного кивка Гофри, Рэй продолжил:
— До утра осталось всего ничего, предлагаю дождаться восхода здесь. Костёр пока разжигать не станем. В прошлый раз Цесс вырос как раз за одну ночь. Если нам повезёт, с первыми лучами солнца сможем продолжить путь.
— Это верно, — согласился Гофри. — Да и в такой темноте хворост мы что так, что эдак не соберём. К тому же, спешить некуда – стоянка в паре часов отсюда, а до Тронра осталось всего тря дня пути.
Старик забрал у дочери лошадей и принялся готовить тех к стоянке. Чистить животину в этом мире было без надобности, но вот от холода кони вполне могли околеть. А потому их предстояло стреножить и укрыть. Рэй видел весь процесс не единожды, а потому вновь повернулся к куполу, под которым прямо сейчас становился сильнее Цесс. К Гофри же отправилась очередная Тень. На этот раз второго уровня – эта просуществует подольше – как раз достаточно, чтобы они успели здесь осмотреться.
Купол, кстати, оказался интересен не одному Рэю. Пара больших, янтарного цвета глаз, в свете пламени факела сияла словно тот самый купол. Соня опасливо приблизилась к мерно светящейся полусфере, остановившись в шаге от переливающейся всеми цветами синего поверхности. Она уже было вытянула вперёд ладонь, но затем опасливо отдёрнула её.
И повернулась к Рэю.
В глазах девушки читался немой вопрос. И лишь заметив кивок и ухмылку в уголке рта парня, она прикоснулась ладонью к пышущей светом синей поверхности. Сначала кончики пальцев, а затем и кисть, утонули в свечении, и Соня убрала руку, продолжив поражённо глазеть на купол.
Рэй слегка отстранённо наблюдал за этим, размышляя о своём.
«Скорее всего, причиной послужила душа того аш'хассца». — Рассудил он. В последнее время с Цессом больше не происходило ничего особенного. Разве что ещё стычка с зуборогами, но Рэй не считал, что этого достаточно для роста зверя. Впрочем, собственную догадку он мог проверить прямо сейчас, активировав зрение душ.
Глаза вспыхнули, лес посерел, синяя пелена купола стала почти прозрачной.
Насыщенно-синий цвет души кошки сюрпризом не стал. А вот гораздо более тёмного оттенка сгусток по центру души Цесса, Рэй разглядывал уже с большим интересом. Это, несомненно, радовало, а ещё давало возможность сделать один очень любопытный вывод.
Похоже, при помощи душ, Рэй теперь мог делать сильнее не только себя.