Глава 463. Схватка не на жизнь, а на смерть •
Снаружи склада.
Линь Цие и Цзя Лань стояли на просторном пустыре, не сводя друг с другом глаз.
В руках Цзя Лань сжимала золотое копьё. Она была облачена в тёмно-синее ханьфу, за спиной висел деревянный лук, а густые чёрные волосы каскадом ниспадали до самой талии. Её ясные глаза окинули пустынную местность и в конце концов остановились на стоящем напротив Линь Цие.
Линь Цие, одетый во всё чёрное, смотрел на неё очень серьёзно и внимательно. Цзя Лань, погружённая в свои мысли, внезапно почувствовала, как к щекам подливает румянец. Она опустила голову, разглядывая кончики своих туфель.
Линь Цие крепко сжимал в руках два клинка — обычный прямой меч и "Рассекающий Белизну", пристально следя за каждым движением Цзя Лань. Он лихорадочно размышлял: "Как мне её победить?"
По правде говоря, это был его первый настоящий поединок с Цзя Лань лицом к лицу. Её способность "Бессмертие" всегда была главным козырем их отряда, своего рода оружием массового поражения. Но теперь, когда Линь Цие сам оказался её противником, он осознал, насколько это сложная задача.
До того как Цзя Лань получила "Небесную Твердыню", Линь Цие мог бы, если не победить, то хотя бы без труда сдержать её. Но теперь, когда в её руках оказалось копьё, обладающее сокрушительной атакующей мощью, сложность боя возросла в несколько раз.
Этот поединок обещал быть непростым.
— Цзя Лань, — серьёзно произнёс Линь Цие, — я начинаю.
Девушка вздрогнула от неожиданности. В следующее мгновение силуэт Линь Цие размылся, и он призрачной тенью рванулся к ней!
Цзя Лань наконец очнулась от своих странных фантазий. Казалось, она немного рассердилась: резким движением она сорвала со спины лук из светло-жёлтого дерева и пустила стрелу в Линь Цие!
Линь Цие понимал, что эта стрела, скорее всего, наделена свойством "Бессмертия", и принимать её на сталь нельзя. Он подбросил прямой клинок в воздух, освобождая левую руку, и мгновенно призвал магический круг. В его ладони материализовался меч "Молящийся Океан".
Лезвие "Молящегося Океана" с тихим звоном ударило точно в наконечник стрелы!
Кинетическая энергия снаряда мгновенно обнулилась. Под контролем Линь Цие стрела развернулась и с ещё большей скоростью полетела обратно в Цзя Лань. Если невозможно уничтожить её, остаётся только изменить направление.
Увидев возвращающуюся стрелу, Цзя Лань мгновенно отозвала силу "Бессмертия" с её поверхности, перехватила её голой рукой и вернула в колчан. В то же мгновение золотое копьё в её правой руке дрогнуло, и ослепительный столб света ударил в сторону Линь Цие!
Линь Цие прищурился. Используя способность перемещения Байли Синя, он растворился в воздухе. В следующую секунду он возник прямо за спиной Цзя Лань, сжимая в руке окутанный ночной мглой клинок, и нанёс удар!
Раздался резкий металлический лязг. Лезвие ударилось о тело Цзя Лань, словно о кованое железо, издав глухой вибрирующий звук. Девушка стремительно развернулась. На такой короткой дистанции она не стала использовать копьё, а вместо этого нанесла молниеносный удар ногой, целясь Линь Цие в пояс.
Линь Цие закрылся рукой, принимая удар на предплечье, а затем резким движением перехватил её за лодыжку. Прижав вторую ладонь к пустоте, он негромко произнёс:
— На тропе нежданно буря поднялась!
Пламя яростное в небеса взвилось!
Как только прозвучали строки заклинания, вокруг Линь Цие разразился неистовый вихрь. Кроваво-красное пламя смешалось с яростными потоками воздуха, мгновенно накрыв весь пустырь.
Полы одеяния Цзя Лань взметнулись вверх. В этот момент Линь Цие всё ещё удерживал одну её ногу. Под напором ветра край ханьфу задрался, и в облаке кружащихся искр на мгновение мелькнули очертания её стройных ног. Линь Цие, собиравшийся продолжить атаку, внезапно замер как вкопанный.
Лицо Цзя Лань мгновенно залила густая краска. В её глазах вспыхнули стыд и гнев. Резким рывком она вырвалась из захвата, отступила на несколько шагов и яростно уставилась Линь Цие в глаза.
Цзя Лань, стиснув зубы, смотрела на него, а её пальцы до белизны сжали древко золотого копья. Линь Цие остро почувствовал, как вокруг закипает жажда крови. Он сглотнул и внезапно осознал, что сегодняшняя тренировка рискует превратиться в настоящую схватку не на жизнь, а на смерть...
Прошло несколько часов.
Ань Цинюй, наконец закончивший обустройство лаборатории, вышел из комнаты, разминая затекшую шею. Увидев картину, развернувшуюся на складе, он замер на месте.
— Крестик ставь! Ты должен поставить здесь крестик! — вопил Толстяк Байли. Он был облачен в полную нефритовую броню, от него исходили мощные эманации стадии Моря, а вокруг парили двенадцать Запретных Артефактов. Он буквально придавил безумного Цао Юаня к земле.
Цао Юань, охваченный безумием, извивался, а от его тела исходила зловещая энергия. Он отчаянно пытался вырваться из оков двух сдерживающих его артефактов, всем своим видом выражая отказ подчиняться.
— Старина Цао, я тебя умоляю, хватит ржать! Весь день прошёл, а ты ни единого крестика не нарисовал! — сокрушался Толстяк Байли. — Я у тебя оружие уже раз пятнадцать отобрал, ну когда ты уже успокоишься?
Безумный Цао Юань лишь продолжал жутко скалиться в ответ.
Ань Цинюй поправил очки, подошёл к ним и с сомнением спросил:
— Целый день возитесь, и всё без толку?
— Никак не выходит, я уже вымотался в край, — Толстяк Байли вытер пот со лба. — Стоит ему преобразиться, и он вообще ни на что не реагирует, как бы я ни орал...
В глазах Ань Цинюя вспыхнул серый огонёк. Он присел на корточки, внимательно изучая нитку бусин на запястье безумного Цао Юаня, и через мгновение произнёс:
— Попробуй применить к этой вещи способность разоружения.
Байли опешил, но послушался. Под его ногами развернулась огромная диаграмма Инь-Ян, пространство исказилось, и чётки внезапно вспыхнули мягким золотистым светом, окутав тело Цао Юаня.
Сопротивление безумца заметно ослабло, а в его алых глазах промелькнул слабый проблеск сознания.
— "Бусина Сосредоточения"? Он вынес её из Музея Запретных Артефактов? — удивлённо спросил Толстяк Байли. — Если она была при нём, почему он не мог себя контролировать?
— Потому что в состоянии безумия он не способен направить духовную силу в артефакт, — спокойно объяснил Ань Цинюй. — Пока он не сможет хоть немного удерживать волю в узде, эти чётки для него бесполезны.
— То есть, пока его сознание помутнено, это просто безделушка?
— Именно. Но стоит ему научиться хоть немного контролировать себя, поддержка этого артефакта позволит ему значительно лучше управлять силой "Чёрного Короля Разрушения".
Ань Цинюй наблюдал за Цао Юанем, окутанным мягким светом Будды. Огонь в глазах безумца то разгорался, то затухал. С трудом протянув руку, он ухватился за обломок ветки, лежащий на земле, и, мелко дрожа, поднёс её к расчерченному полю для игры в крестики-нолики...
И медленно, кривой линией, нарисовал в углу крестик.