Глава 197.2. Жалоба •
– Му Фэй очень волнуется, – улыбнулся Сюань Пэй и покачал головой. – Угодить отцу, завоевать его доверие – это просто возможность защитить себя. С эксцентричностью Фу Хуана, по крайней мере, никто не осмеливался легко прикоснуться ко мне. Что касается ума моего Императорского Отца, я не хочу строить догадки. Я не знаю, как это будет развиваться в будущем. Первое, что я должен сделать сейчас, это отомстить за Му Фэй и за себя. Хотя название страны в этом мире – Сюань, сейчас не его очередь владеть ею.
В его словах была лёгкая враждебность. Цзян Жуань хотела утешить его, но когда она подумала о себе, то не сделала этого. Сам Цзян Жуань пришла в эту реальность, полная враждебности, просто ради мести и кровной ненависти. Обиды прошлой жизни были слишком трагичны, и она всё равно не смела забыть об этом в нынешней жизни. Девушка улыбнулась и сказала:
– Я всегда буду защищать тебя.
Они немного поговорили. Цзян Жуань не могла долго оставаться в Нань Юане, поэтому она сказала Сюань Пэю быть осторожным и покинула его дворец. После того, как Цзян Жуань ушла, вошла Мин Юэ, встала рядом с Сюань Пэем, некоторое время молчала и вдруг сказала:
– Почему Ваше Высочество не сказали Ванфэй правду?
Независимо от того, имел ли Сюань Пэй какое-либо намерение или не имел намерения против мира, по крайней мере, по мнению Мин Юэ, это не было полностью непреднамеренным. Каждый его шаг был направлен на завоевание этой страны. В том числе и то, как тихо он добивался заботы Императора. Кроме того, группа чиновников начала постепенно завоёвывать власть в стране. Хотя всё делалось гладко, со временем это, безусловно, могло бы придать большой импульс захвату государства.
Сюань Пэй никогда бы не ответил на такой вопрос в обычные дни. Он был особенно равнодушен в душе, но сегодня молодой человек не знал, было ли это из-за Цзян Жуань, что он немного смягчил своё отношение, но Сюань Пэй действительно чувствовал себя немного мягким и усталым. Он сказал:
– Она хочет, чтобы я был наивным и добрым принцем, так почему я должен разрушать эту иллюзию и показывать ей уродливую правду? Ещё один день мне будет полезно побыть в её глазах просто ребёнком. К тому же, намерение завоевать эту страну – это просто средство для того, чтобы защитить людей, которых я хочу защитить.
«Я хочу защитить Цзян Жуань от вреда», – но чтобы сделать это, прежде всего, ему нужно занять высокое положение и положить всех тех, кто презирает их, к своим и её ногам. Только абсолютная власть – это абсолютная безопасность. Для Цзян Жуань, даже если дорога к Императору полна убийств и кровопролития, почему бы и нет?
Мин Юэ замолчала, зная, что Сюань Пэй мало что скажет ей, если она спросит ещё раз, поэтому она просто молча отошла в сторону.
* * *
Но пока они говорили, Цзян Жуань покинула Нань Юань, однако не успела девушка сделать и нескольких шагов, как услышал позади себя странный голос:
Она обернулась и увидела только нескольких евнухов и придворных дам, идущих вокруг мужчины в сером. Мужчина был одет в длинную серую мантию, а его шляпа почти закрывала верхнюю половину лица. Виднелся только тонкий подбородок. Его голос был неопределённым: немного мужским, немного женским. Он был неразличим. На первый взгляд, это вызывало у людей прекрасное и странное чувство.
– Ваше Достопочтенное «Я»…? – она слегка улыбнулась. Этот человек называет её не Цзин Ин Ванфэй, а Хун’ань Цзюньчжу. Это произошло первый раз в Императорском дворце Великой династии Цзинь после её замужества.
– Моя персона Юань Чуань, – человек в сером выдавил из себя улыбку. – Я проделал долгий путь из Тяньцзиня, чтобы предложить свою верность Его Величеству Цзинь Чао.
Евнух с одной стороны поспешно объяснил:
– Сообщая Цзюньчжу, этот господин Юань Чуань – посланник царства Тяньцзинь.
Цзян Жуань молча посмотрела на Юань Чуаня, стоявшего перед ней, только для того, чтобы почувствовать, что другая сторона была одета не как человек из царства Тяньцзинь, и по всему его телу было неописуемое ощущение, которое всегда заставляло людей чувствовать себя немного неловко. Юань Чуань повернулся к ней лицом, надвинув шляпу на глаза, из-за чего люди не могли видеть выражение его лица и ещё больше не могли догадаться о его мыслях.
– Изначально он был посланником царства Тяньцзинь, – сказала Цзян Жуань с улыбкой. – Династия Цзинь обширна и богата, поэтому посланники могут путешествовать и расширять свой кругозор. Цзинь Чао всегда рад гостям, – хотя слова девушки были приветливы, ирония заключалась в том, что посланник побеждённой страны находится здесь только для того, чтобы поклониться и передать письмо. Почему он должен выглядеть так, будто его окружает чистый ветер и озаряет ясная луна (1)? Другими словами, она не позволяла забыть тот факт, что Тяньцзинь было страной не больше наконечника стрелы (2), а её жители имели взгляд короткий и мелкий (3).
________________________
1. 光风霁月 (guāngfēngjìyuè) – литературный перевод – чистый ветер и ясная луна – идиома, которая имеет несколько значений: а) чистосердечный, прямодушный, открытый ― о характере (качествах) человека: б) спокойный, мирный; в порядке.
2. 弹丸小国 (dànwánxiǎoguó) – литературный перевод – страна не больше наконечника стрелы – очень маленькое государство.
3. 目光短浅 (mùguāng duǎnqiǎn) – дословный перевод – взгляд короткий и мелкий – метафоричное описание человека недальновидного и узколобого, хорошо сочетается с нашим выражением «не видит дальше собственного носа»