Глава 174.4. Аккомпанируя актёрам

Возрождение злополучной супруги

В то время Чжан Цзи только что покинул город с войсками снабжения и обозом под их контролем. Он не ожидал, что будет остановлен дворцовой гвардией, посланной Императором, на полпути. Этот инцидент немедленно распространился по всей стране, и почти все оказались в опасности.

Через короткий промежуток времени Император созвал своих придворных, чтобы выяснить их мнение по этому вопросу. Сюань Ли поправил воротник, выражение его лица было таким же неторопливым, как всегда, как будто омытый весенним ветерком (1).

Цзян Чао отошёл в сторону и почтительно спросил:

– Ваше Высочество, всё было устроено, и было выпущено достаточно новостей, чтобы привлечь людей, которые могли бы заглотить наживку. Как только этот вопрос выйдет наружу, это не только заставит Его Величество больше доверять Вашему Высочеству, но и подавит сторону Его Пятого Императорского Высочества.

– Это только начало, – хотя Сюань Ли был в приподнятом счастливом настроении, он не показывал, что радуется чему-то. Независимо от того, когда и где он находился, молодой человек сохранял спокойствие и терпение.

– Ваше Императорское Высочество мудры и проницательны, – сказал Цзян Чао и вдруг, казалось, о чём-то задумался, прежде чем снова посмотреть на Сюань Ли: – На этот раз, благодаря распространению новостей из уст Мэй Жэнь Цзян, кажется, что сотрудничество хорошее, и будет гораздо удобнее общаться с ней в будущем, – новость распространила сама Цзян Дань. В гареме много женщин, поэтому легко распространять слухи. Кроме того, за каждой из них стоит другая сила. Все эти сети по-своему напоминают гарем, но на самом деле они более сложные и простые в использовании, в отличие от того, как это было в предыдущей династии. Если правильно руководить этим, то легко можно было достичь желаемого эффекта. Цзян Дань оказалась умна, сохраняя беспомощный вид перед лицом остальных и чистоту собственных поступков. Никто не усомнится в ней. Цзян Чао вздохнул: – Этот подчинённый считал её законченной трусихой, но теперь, похоже, это не так. Это всё ещё была мудрость Вашего Императорского Высочества, который предсказал, что она будет сотрудничать с нами.

Сюань Ли покачала головой:

– Не стоит недооценивать женщин. Женщины очень хитры. Пока они знают, как использовать своё тело и красоту, они могут легко делать многие вещи, которые не под силу мужчинам. Цзян Дань не робкого десятка, её амбиции выше небес. Что касается её готовности сотрудничать с нами, она так охотно согласилась, с одной стороны, потому что понимала, что должна полагаться на нашу силу во дворце, с другой стороны… – глаза Сюань Ли потемнели: – У неё зуб на Цзян Жуань.

– Зуб на неё? – Цзян Чао удивился: – Она никогда ничего не делала Цзян Жуань в фу. Её вырастила мать Цзян Жуань. Откуда взялась эта вражда?

Сюань Ли усмехнулся, но ничего не ответил. Есть некоторые вещи, которые Цзян Чао, возможно, не знает, но сам Сюань Ли имел возможность узнать несколько больше. Как именно умерла Чжао Мэй? Ся Янь была осторожна, когда вошла в особняк, но она использовала руку Цзян Дань. Когда он узнал эту новость, сам Сюань Ли тоже был удивлён. В конце концов, Цзян Дань был всего лишь ребёнком в начале, но она смогла без колебаний напасть на вырастившую её мать. Однако из этого становилось видно, что Цзян Дань была жестока уже в очень юном возрасте и легко научилась прятаться за маской невинной овечки.

Было бы жаль, если бы он не смог использовать такую превосходную шахматную фигуру. Конечно, восьмой принц опасался, что у Цзян Дань было слишком много ненависти. Если Цзян Дань хотела убить Чжао Мэй, то даже если сам Сюань Ли хорошо воспользуется этим в будущем, это может не сильно помочь. Просто ему следовало тщательно продумать, где надлежит использовать этот материал. Цзян Чао был смелым и находчивым, и он не собирался говорить Цзян Чао об этом заранее.

К тому времени, когда они встретились с Императором, гражданские и военные чиновники уже разделились на две отдельные фракции. Одна фракция настаивала на том, что Чжан Цзи злоупотреблял своим положением, распоряжаясь жалованием подчинённых, в то время как другая фракция твёрдо верила, что с Чжан Цзи поступили несправедливо.

Все знали, что старший сын Чжан Цзи, Чжан Мин, когда-то был близким другом Сюань Ли, поэтому, когда Сюань Ли вошёл, все взгляды были обращены на восьмого принца. Он мог стать вестником праведного негодование, а мог быть вестником катастрофы и несчастья. Когда Сюань Ли пришёл сюда, на его лице было лишь мягкое и нежное выражение, как будто ничто важное в мире не могло поколебать его спокойствия.

Сюань Хуа холодно наблюдал за приближением Сюань Ли, его губы изогнулись в насмешливой улыбке.

Случилось так, что в этот момент придворный кланялся и вещал:

– Ваше Величество, Чжан Цзи дерзок. Только из-за своей собственной жадности он проигнорировал жизнь и смерть десятков тысяч солдат и даже оставил позади благосклонность правителя нашей Великой Цзинь. Это действительно ужасное преступление!

– То, что сказал Ван Сян, очень плохо. Дажэнь Чжан много лет командовал войсками снабжения. Как он мог совершать такие ошибки? Должно быть, его спровоцировал кто-то с чёрным сердцем. Чиновник не может поверить в подобное, – возразил другой придворный муж.

– Провокация? Господин Чжан столько лет был чиновником, и кто может спровоцировать его? Подобные речи – не более чем клевета! – другой голос произнёс с некоторым глубоким смыслом: – Я слышал, что трое сыновей господина Чжана сейчас становятся старше…

______________________________

1. 如沐春风 (rú mù chūn fēng) – литературный перевод – будто омытый весенним ветром – идиома, описывающее нечто, подобное глотку свежего воздуха, доставляющее истинное наслаждение.