Глава 174.3. Аккомпанируя актёрам •
Остальные – новые наложницы низких рангов. Многие из этих красавиц оживлённые и прекрасные, но сейчас только три из новых наложниц пользуются наибольшим успехом. На лице Императрицы появилось слабое выражение усталости, и она сказала:
– Последнее время погода становится всё холоднее и холоднее.
Действительно, становилось всё холоднее и холоднее. В начале зимы солнечный свет греет уже не так сильно. Ван Лянь’эр улыбнулась и сказала:
– Это верно, но в столице всё ещё тепло. Я слышала, что в королевстве Тяньцзинь начинают падать снежинки размером с бумагу. Честно говоря, мне становится холодно даже при одной мысли об этом.
Императрица взглянула на Ван Лянь’эр, и слова Ван Лянь’эр показали, что Император должен очень сильно любить её, иначе как он мог бы даже рассказать Ван Лянь’эр о границе. Императрица тут же побледнела, точно от холода, и ответила:
– Это правда, что солдаты страдают от холода снаружи, и это действительно тяжёлая работа.
– Матушка-Императрица (1) говорит верно, – улыбнулась Цзян Дань. – Страна Великой династии Цзинь зависит от этих солдат, которые будут её охранять. У Вашего Величества долгое благословение. Тяньцзиньская сторона определённо не сумеет выиграть битву. Когда солдаты вернутся в столицу, их шествие будет прекрасной картиной. Однако каждый раз, когда я думаю о том, что солдаты так усердно работают, а наложницы здесь высокомерны и роскошны, мне очень стыдно в глубине души. Чэньце готова пожертвовать несколько серебряных украшений, обменять их на продовольствие и припасы и отправить их вместе с остальным обозом к границе, тем самым вложив в их труд и частичку своего сердца.
Услышав слова Цзян Дань, Императрица была немного удивлена, а затем её взгляд стал оценивающим. Как мать страны, Императрица, независимо от того, какие мысли она питала к Императорскому двору в обычные дни, всегда надеялась, что Великая династия Цзинь продолжит процветать. Естественно, она также надеялась, что битва с королевством Тяньцзинь пройдёт быстро и завершится красиво. Но все знают, что это непростая задача. В настоящее время ощущалась нехватка фуража и припасов, но Цзян Дань взяла на себя инициативу пожертвовать некоторые припасы для армии. Это действительно непросто. Будучи Мэй Жэнь во дворце, Цзян Дань, естественно, не могла пожертвовать много, но как только новость распространилась, все во дворце последовали её примеру, и важные министры двора не могли оставаться в стороне, когда даже наложницы жертвовали на поддержание армии. Совместными усилиями можно было собрать много припасов. Более того, Цзян Дань инстинктивно упомянула об этом не перед Императором, но она упомянула об этом перед Императрицей, что показало, что у неё не было намерения бороться за благосклонность, так что Императрица почувствовала большое облегчение. Поэтому выражение лица Императрицы по отношению к Цзян Дань смягчилось ещё больше:
– Сердце, подобное твоем, редкость в этом мире, я подниму этот вопрос перед Его Величеством, – эти слова действительно должны были стать похвалой в адрес Цзян Дань.
Цзян Дань рассмеялась:
Красавицы вокруг неё смотрели на Цзян Дань с завистью и ревностью. Выражение лица Ван Лянь’эр слегка изменилось. Через некоторое время она вернулась к нормальному состоянию, улыбаясь, как ни в чём не бывало.
После того, как Императрица приказала всем разойтись, Цзян Дань вернулась к себе во двор. Вань’эр, служанка рядом с ней, передала письмо и прошептала:
– Юная леди, пришло письмо.
Цзян Дань прошла в дом и попросила дворцовых служанок покинуть комнату, прежде чем вскрыть письмо. Когда она увидела содержание письма, то сначала была поражена, а затем прочитала его за несколько вздохов. Отложив письмо, Цзян Дань немного подумала и вдруг медленно рассмеялась.
* * *
Войска снабжения отправились примерно через три дня. Поскольку Цзян Дань предложила пожертвовать припасы, наложницы во дворце не должны были уступать в пожертвовании своих драгоценностей. Даже женщины во дворце достаточно вдумчивыми. Как Императорские наложницы, они, естественно, не освобождены от обычаев. Двор более или менее выплатил определённую сумму денег, и эти суммы вместе тоже составляют довольно неплохой капитал. В настоящее время война отнимала много серебра из национальной казны и требовала большого количества фуража и провианта. Это временно приостановило острую потребность в дефиците фуража и припасов. Император был невероятно счастлив, услышав об этом, и чем больше он общался с Цзян Дань, тем больше благоволил ей.
Чжан Цзи каждый день был занят заготовкой фуража и планированием маршрутов. На этот раз войну с королевством Тяньцзинь нельзя было недооценивать. Всё должно быть надёжно защищено. Когда на третий день пришло время отправляться в путь, из дворца пришло известие, что Чжан Цзи, предводитель войск снабжения, злоупотребил своей властью, наложив на своего подчинённого наказание в размере половины жалования несчастного офицера.
Эта новость появилась необъяснимо, но она потрясла всех по всей стране. Если вычет из военного жалованья будет подтверждён, десяти голов Чжану Цзи будет недостаточно, чтобы срубить их. Но этот вопрос был очень тривиальным, и Император немедленно приказал кому-то остановить Чжан Цзи и быстро приказать Чжан Цзи вернуться в столицу.
______________________________
1. Она обращается к Императрице как к матери народа, а не указывает на разницу возраста. Хотя кто эту змею знает…