Глава 755 — Первая точка (Часть 5) •
Центральный Банк Альминуса.
Место, где собираются деньги всего мира, а если учесть все сокровища, спрятанные в его тайной коллекции частных хранилищ, то это был настоящий драконий клад. Поскольку там находились такие богатства, система безопасности также очень хорошо оборудована…
Это было идеальное место для заключения человека, гораздо лучше, чем Агентство Безопасности или тюрьма под Гильдией Исследователей.
— Но не кажется ли вам, что это слишком накладно?
Когда я объяснил ситуацию Рейвен, ее реакция была примерно такой, как я и ожидал.
— Харин Суэби? Я не знаю, почему вы обмениваетесь с ней такими «любовными письмами», но она правая рука графини Пепрок. Той самой, которая явно состоит во фракции маркиза. Это явно ловушка. Мне не очень хочется это говорить, но…— Рейвен замолчала, и между нами повисла тишина. — Как вы думаете, почему они схватили мисс Айнар, а не просто убили ее на месте?
Я вынужден был признать, что ее опасения совпадают с моими собственными. Рейвен не знала, что Харин Суэби на самом деле Хён Бёль, не знала, какие отношения нас связывают, и все же я не думал, что Хён Бёль встала на сторону маркиза и намеренно снабжает меня ложной информацией.
Однако…
Ловушка остается ловушкой.
Даже если информация прошла через Хён Бёль, сам факт, что она вообще дошла до меня, уже проблема.
Если бы ноаркцы действительно хотели сохранить информацию об Айнар в тайне, этого бы не произошло.
А учитывая, как действует маркиз…
Это не просто возможно, что это ловушка, это 100%.
Тот факт, что Айнар была захвачена живой, лишь подтвердил это, как и сказала Рейвен.
Я предполагал, что они будут использовать ее, как рычаг для переговоров со мной, но вместо этого планируется казнь?
Это было до смешного очевидно.
И все же…
Может быть, если действовать прямо сейчас…
Может, это был мой шанс. Информация попала ко мне через Хён Бёль, и Дворец о ней еще не знал, а значит, ноаркцы, скорее всего, даже не могли предположить, что я уже заполучил эти сведения.
Избежать ловушки было невозможно, но если я прав и ловушка еще не до конца расставлена…
Мне нужно торопиться.
Время поджимает.
***
Здание прямо напротив Центрального Банка Альминуса.
Когда-то это была штаб-квартира бизнеса Альминуса, но теперь она разграблено и превратилось в руины.
В этом остове ушедшей коммерции тихо пряталась женщина.
— Мисс Эмили…?
— Помолчи. Я думаю.
Амелия Рейнвейлс смотрела в окно. И хотя она не удостоила его взглядом, мужчина рядом с ней, казалось, знал, о чем она думает, по одному только выражению лица.
— Даже вы не справитесь, мисс Эмили… Я не буду предлагать нам отправиться в 3-ий округ или в столицу, где безопасно, но, пожалуйста, не могли бы вы спрятаться и отдохнуть? Хотя бы до тех пор, пока не оправитесь от ран?
В голосе Ауена звучали тревога и искренность. Он не знал, что они думают о нём, бывшем мародере, но он считал Амелию и Янделя своими благодетелями, теми, кто вывел его из той жизни. Он не мог оставаться в стороне и позволить одной из своих спасительниц активно подставлять себя под удар.
— Кроме того… — добавил он, ужесточая тон. — У вас даже руки больше нет.
Амелия получила серьезную травму правой руки во время погони ноаркцев. Не то, чтобы ее рука была отрублена полностью, но в каком-то смысле, это было бы более удачным поворотом событий. Рука была разорвана на части, рассечена посередине до самых мышц и костей, и из-за особой эссенции Амелии она не могла использовать зелья для исцеления.
— Мы едва остановили кровотечение, — настоял Ауен, его голос звучал умоляюще. — Что вы можете надеяться сделать в таком состоянии?
Он испробовал все, вплоть до того, что упал на колени, практически умоляя ее остановиться. Тем не менее Амелия даже не моргнула.
— Я сказала, что думаю.
Ее непоколебимое спокойствие только заставляло Ауена нервничать еще больше. Он провел достаточно времени рядом с ней, чтобы понять, что для нее значит «думать». Она не размышляла, стоит ли действовать, — ее решение уже было принято.
Оставалось только обдумать, как.
— Как вы думаете, глава Яндель одобрил бы то, что вы сейчас делаете? — проговорил он, разыгрывая последнюю карту — самую сильную из тех, что были у него в колоде.
Это, наконец, привлекло ее внимание.
Амелия перевела взгляд с окна на него.
—…
Она не произнесла ни слова, но интенсивность ее молчаливого взгляда была ошеломляющей. И все же, несмотря на дрожь, пронизывающую его тело, Ауен отказался отвести взгляд.
— Ауен Рокроб, — сказала она, наконец нарушив молчание. — Ты переходишь черту.
— У меня нет выбора. Чтобы вернуть того, кто переступил черту, я должен переступить ее сам.
Его решимость повисла в воздухе, не поддаваясь холодной ярости, которая грозила ее уничтожить.
Затем, вздохнув, Амелия сдалась.
— Даже я знаю, что это опасно, но у меня нет выбора, — сказала она, ее тон оказался неожиданно мягким.
— Почему у вас нет выбора?
— Потому что… Потому что я не хочу, чтобы Айнар Фенелина умерла.
Во многом именно это привело их к нынешней проблеме.
Айнар была схвачена, и так получилось, что ее везли по той самой улице, где прятались они вдвоем. Тайно проследив за конвоем, они оба наблюдали, как Айнар перевезли в банк.
— Почему вы думаете, что они убьют ее? Они взяли ее в плен, а значит, не собираются убивать в ближайшее время. Значит, они что-то замышляют — например, используют ее для переговоров с Дворцом или главой.
— Это один из вариантов.
— Хорошо, по крайней мере…
— Но что, если нет? — продолжила она, прервав его прежде, чем он успел вымолвить слова. — Что, если мы продолжим ждать, полагая, что у нее есть еще время, а она умрет там?
Ауен запнулся, слова застряли у него в горле.
— Даже если это случится… Это не будет вашей виной, мисс Эмили.
Это не было пустым утешением — он действительно говорил искренне. Но даже когда он говорил это, его глаза уплывали в сторону, не встречаясь с ее глазами по причине, которую он не мог назвать.
Она заметила — конечно, заметила — и слабая ухмылка заиграла на ее губах.
— В этом нет необходимости, — заверила она. — Ты не ошибаешься.
Когда-то она думала точно так же, как и многие другие, подобные им.
Они оба знали, что значит жить ради выживания любой ценой.
— …Да? О! Тогда…!
— Хватит.
На этом Амелия закончила разговор. Общение никогда не давалось ей легко, и она сомневалась, что сможет убедить его одними словами, даже если попытается. По правде говоря, она даже не знала, с чего начать объяснять свою позицию.
— Я буду осторожна. Оставайся здесь и не высовывайся.
Ее прощальные слова были не просьбой, а требованием.
Ауен больше не пытался ей возражать.
— Хорошо. Пожалуйста, будьте осторожны…
Амелия ничего не ответила.
В одно мгновение она была рядом, а в следующее исчезла из его поля зрения, и он остался один.
—…
В пустом офисе на 3-ем этаже.
Ауен выглянул из окна на главный вход в банк, ища хоть какие-то признаки ее присутствия. Однако сколько он ни всматривался, Амелии нигде не было видно.
Этого следовало ожидать. Она никак не могла просто так войти через парадную дверь. А даже если бы и так, она была настолько незаметна, что его глаза никогда бы ее не поймали.
— …Пусть все будет хорошо.
Хотя он не был религиозным человеком, Ауен закрыл глаза, чтобы помолиться. Когда в комнате остались только он и молитва, он продолжал бдеть, наблюдая за банком издалека, на случай, если что-то случится.
Время пролетело незаметно, пока вдруг сзади его не напугал голос.
— Что это…? Здесь действительно кто-то есть.
— Я же говорил тебе. Я почувствовал признаки жизни.
Он слишком внимательно следил за тем, что происходит снаружи, чтобы заметить вторжение изнутри.
Ауен в панике обернулся.
И в этот момент…
Тупой предмет ударил его по голове, и он рухнул на пол. Когда его сознание начало угасать, он услышал разговор ноаркцев.
— Итак, кто этот парень?
— Не один ли это из товарищей Янделя, которые разбежались?
— Не похоже… Если он так легко потерял сознание от одного удара.
— Ну, он либо гражданский, скрывающийся в 4-ом округе, либо один из телепортированных исследователей. Насколько я слышал, среди сотен варваров было несколько средних кланов.
— Хм, тогда он, должно быть, один из них.
Они пытались понять, кто он такой. К счастью или к несчастью, они не знали, что он был членом клана «Анабада».
Но проблема в том, что это не давало ему надежды на спасение.
— Так что же нам делать?
— Что тут думать? Отведем его в штаб, как обычно. Говорят, у них заканчивается топливо для магического оружия.
— Уф, мы же так далеко от штаба.
— Они все равно заплатят нам за него. И, похоже, он поглотил несколько эссенций, так что, это будет неплохой заработок.
— Ладно, ладно. Давай сделаем это. Не думаю, что мы найдем здесь еще что-нибудь…
Мужчина остановился на полуслове.
— Что? Он еще не отключился?
*Бух!*
Это было последнее, что запомнил Ауен.
***
Жадность порождает разрушение.
Ауен Рокроб всегда был согласен с этим высказыванием. В конце концов, он продержался так долго только потому, что не позволил жадности пустить корни в своем сердце.
— Следующий.
Он отказался от своей мечты стать великим исследователем. Вместо этого он стал изучать навигацию.
— Следующий.
Хотя он попал в жестокий клан мошенников, где работал как раб и выполнял всю черную работу, он был благодарен за то, что у него было достаточно еды и времени на сон, и не позволял себе думать ни о чем большем.
— Следующий.
Так было и тогда, когда он попал к варвару. Даже заточенный под землей и лишенный солнечного света, он был доволен тем, что жив, и не смел мечтать о побеге.
— Следующий.
В результате его сдержанности они постепенно начали принимать его — и тем самым спасли его. Конечно, его унижали — например, называли Рокрок или Уген, — но он не принимал это близко к сердцу. Когда они ели еду, которую он для них готовил, когда они хвалили его за хорошую работу и выполнение долга, он чувствовал, как что-то внутри него начинает наполняться, — колодец, который, как он думал, навсегда останется сухим.
Правда, он чувствовал себя скорее наемным работником, выполняющим случайные поручения, чем настоящим товарищем Янделя, но все же…
— Следующий.
Ну и что?
— Следующий.
У таких людей, как он, тоже было свое место. Он знал, что вносит свой вклад в их путешествие, и эта вера побуждала его работать усерднее, чем когда-либо прежде. Он изучал поваренные книги, когда ходил за покупками, научился обращаться с лошадьми и продолжал изучать навигацию, чтобы быть полезным на всякий случай, если вдруг клану «Анабада» понадобится работать на 6-ом этаже или снова отправиться в плавание.
Должно быть, он забыл об этом, хотя бы на мгновение.
— Следующий.
Жадность порождает разрушение. Змея не может стать драконом только потому, что путешествовала рядом с ним.
Итак…
Должно быть, это судьба…
Ауен считал свое нынешнее положение закономерным.
Разве это не так?
Очевидно, он был просто обузой, пиявкой, которая не знала своего места и следовала за ними. Вполне уместно, что все закончилось именно так.
— Ты что, не слышал, что я сказал: «Следующий»?
Солдат в доспехах схватил его за воротник и толкнул вперед, к огромной машине. Она была грубой и простой конструкции: в виде соединенных между собой столбов, в которые этих людей помещали, непонятно с какой целью.
Итак… Вот так я и умру?!
Для человека, всю жизнь подавлявшего свои желания, смирение пришло так же легко, как дыхание.
Он даже не думал сопротивляться, даже когда его начали душить. Конечно, он мог бы взять с собой одного или двух человек, но что тогда? Его будут пытать, допрашивать, и конец будет еще более ужасным.
Нет, позволить этой машине забрать его жизнь казалось гораздо более чистым способом.
— Подождите, остановитесь.
Когда он просунул голову в длинное узкое отверстие, к нему кто-то подошел и заговорил, давая краткую отсрочку. Тот, кто остановил его казнь, был человеком в рыцарском мундире. Он шагнул вперед, ухватил Ауена за подбородок, хотя его шея все еще была обхвачена сзади, а затем кивнул сам себе.
— …Да, теперь я уверен. Ауен Рокроб… Даже если не похоже, он — член клана «Анабада».
— Ты уверен?
— Не знаю, где вы его нашли, но я заберу его отсюда. Маркиз лично решит его судьбу.
С этими словами его передали рыцарю и потащили прочь. Когда он вышел из оцепенения, то оказался под пристальным взглядом мужчины средних лет, излучающего властность.
Ауен сразу же понял, кто это.
— Я привел его, как вы сказали, маркиз.
— И он не связан, потому что…? — немедленно спросил маркиз.
— Хотя он и товарищ Янделя, он всего лишь навигатор группы. Его боевые способности ниже, чем у Орка, так что вам не стоит беспокоиться, — поспешил оправдаться рыцарь.
— Понятно…
Маркиз, казалось, был удовлетворен объяснением и больше ничего не комментировал.
На мгновение в голове Ауена помутилось, но затем пришло осознание.
Они не знают.
Конечно, это было вполне естественно. Хотя Дворец знал, что Яндель добыл эту эссенцию, они не могли предположить, что он отдаст ее Ауену. А поскольку раньше у него не было возможности использовать ее, то и угрозы утечки информации не было.
Итак…
— А, ну…
Возможно, это шанс…
— Говори, если хочешь жить.
Колебаний не было. Это был совершенно новый опыт для Ауена. Хотя обычно он даже при покупке яиц тщательно выбирал лучшие, на этот раз он не задумывался ни на секунду.
— Насколько ты ценен для Бьорна Янделя?
Вопрос едва успел сорваться с губ маркиза, как Ауен активировал свою способность.
Мгновенная активация, от которой невозможно уклониться.
Невозможно заблокировать или защищаться.
Кроме того, ее разрушительная сила была достаточно высока, расход Силы Души был низким, а время перезарядки было коротким.
Этот навык, который когда-то высоко оценил Яндель.
Это была не что иное, как способность монстра 3-го ранга, Беллариоса.
[Ауен Рокроб применил [Сокрушение]]
Сила вырвалась из его руки и устремилась к цели, а затем…
Организатор войны.
Бывший премьер-министр Рафдонии, маркиз Терцерион.
А теперь предатель, которого хотел убить каждый житель города.
Человек, с которым при обычных обстоятельствах Ауен и не подумал бы пересечься.
—Кха…
Некогда великий человек упал, изрыгая кровь.
***