Глава 495. Зарождение бури •
Среди пестрой толпы культистов, с которыми сталкивался Дункан на своем пути, Проповедники Конца выделялись зловещей аурой тайны. В отличие от многочисленных адептов Культа Солнца или фанатичных приверженцев Культа Уничтожения, эти мрачные культисты были малочисленны, но их способность сеять хаос не знала себе равных. Их действия были окутаны пеленой недоумения: мотивы оставались туманными, цели — неясными, а организационная структура, численность и методы сокрытия — глубокой тайной, скрытой за семью печатями.
Дункана пробирал мороз по коже от одной лишь мысли о «даре» Проповедников — способности существовать вне линейного времени, присущей, казалось, каждому из них. Четыре Божественные Церкви и города-государства причисляли Проповедников Конца, Культ Солнца и Культ Уничтожения к Великим Культам, объединяя их под одним зловещим знаменем. Однако Дункан, сталкиваясь с пугающей ирреальностью этих культистов, все больше убеждался: их странности, их жуткая инаковость ставили их особняком даже среди культистов, заслуживая отдельного, особого места в анналах ужаса.
Собранные крупицы информации указывали на любопытную дихотомию в рядах Проповедников Конца. Первую категорию составляли фанатики, охваченные безумием слепой веры. Вторая же представляла собой полную противоположность — холодные, расчетливые умы, скрывающиеся под маской рациональности и внешнего лоска.
Моррис, неторопливо соскребая нагар из чашечки трубки, задумчиво заметил:
— Эти «ученые», похоже, плетут свою паутину, стараясь направлять тех, кого сочтут достойными.
Однако, как он сам же и признал, их число было ничтожно мало по сравнению с ордой безумных фанатиков, готовых по первому зову броситься в Глубины.
— Неудивительно, — кивнула Ванна, соглашаясь с Моррисом, — все задокументированные случаи встреч с Проповедниками Конца в отчетах о ереси описывают их как законченных безумцев.
— Выходит, эти фанатики и есть основная масса «культистов», а «здравомыслящие» — редкое исключение, — задумчиво протянул Пес, бросая быстрый взгляд на Дункана. — В конце концов, они постоянно имеют дело с подпространством… Отсюда и психические отклонения. Ничего удивительного. Ах, капитан, я, конечно, не вас имел в виду…
Дункан, не обращая внимания на бормотание Пса, погрузился в раздумья. Тишину нарушил его низкий голос:
— Сумасшедшие или нет, но у этих двух типов Проповедников Конца есть общая цель — они пытаются вмешаться в ход истории.
За столом повисла тишина. Каждый обдумывал слова капитана. Первой нарушила молчание Агата, до этого момента хранившая молчание:
— Вы хотите сказать, что Проповедник Конца, который контактировал с Королевой Фроста, преследовал какие-то конкретные цели в будущем?
— Возможно, нам стоит взглянуть на историю сквозь призму Проповедников Конца, — предложил Дункан.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями, и продолжил уже более спокойным, размеренным тоном:
— Представим, что они и правда «контрабандисты времени», существующие вне привычного нам линейного потока. Как, по-вашему, они воспринимают историю?
В камбузе воцарилась тишина. Первым нарушил молчание Моррис:
— Как нечто, что можно изменить. Стереть прошлое, отмотать назад… Нужно лишь найти нужную точку приложения усилий.
— Верно, — кивнул Дункан. — Действия трех проповедников, посетивших «Затерянный Дом» более века назад, и загадочного ученого, общавшегося с Королевой Фроста пятьдесят лет назад, оказали огромное влияние на ход истории. С точки зрения вмешательства в прошлое, деятельность безумных и «здравомыслящих» Проповедников Конца принципиально не отличается.
Он сделал паузу, подчеркивая важность своих следующих слов:
— Разница в целях. Фанатики, похоже, стремятся стереть историю, превратить ее в ничто. «Рационалисты» же пытаются ее «подправить», направить по нужному им руслу.
— Изменить историю… — Ванна нахмурилась, и в ее голосе послышалась тревога. — Опасная мысль. Носители Пламени всегда оберегали историю от подобного вмешательства. Доктрина Та Руиджина гласит, что история едина и неприкосновенна. Любое вмешательство — это осквернение самого времени.
— А если цель — восстановить историю, которая уже была разрушена? — внезапно спросил Дункан, тут же добавив: — Я не про Проповедников Конца, конечно. Просто мысль, которая не дает мне покоя.
— Прошу прощения, капитан, но этот вопрос затрагивает глубинные догматы Носителей Пламени, — ответила Ванна после минутного раздумья, слегка склонив голову в извиняющемся жесте. — Из всех четырех Божественных Церквей они самые скрытные и загадочные. Мои познания об их доктрине, увы, весьма ограничены.
— Понятно… — протянул Дункан, медленно кивая. Его взгляд скользнул по лицам Агаты, Ванны и Морриса, словно ища в них ответы на вопросы, которые еще только зарождались в его голове.
— Нам не хватает специалиста по Носителям Пламени, — тихо вздохнул Дункан, словно разговаривая сам с собой.
При этих словах выражение лиц Ванны и Морриса неуловимо изменилось. Лишь Агата никак не отреагировала на реплику капитана — то ли из-за своей неопытности, то ли просто не придавая значения подобным мелочам.
— Ванна, как вы думаете, Носители Пламени знают о существовании «здравомыслящих» Проповедников Конца?
Ванна, отгоняя от себя неуместные в данной ситуации мысли, на мгновение задумалась, прежде чем ответить:
— Не могу знать наверняка, но логично предположить, что им известно хотя бы что-то.
— Последователи Та Руиджина уже тысячелетия сражаются с еретиками и порождениями тьмы, стремящимися разрушить историю, — кивнул Моррис, поддерживая слова Ванны. — Носители Пламени — опытные и зоркие стражи времени, и, судя по всему, эти «здравомыслящие» проповедники действуют уже как минимум столетие. Если только они не появлялись за это время всего дважды и умудрялись оставаться незамеченными, Церковь Носителей Пламени не могла их не заметить. И вот что меня смущает… Они практически никак не реагируют на них.
— Я могу обратиться в Собор Бурь, — живо отозвалась Ванна. — Возможно, Ее Святейшеству удастся что-то разузнать у Носителей Пламени.
Она задумалась на мгновение, а затем продолжила уже более тихо:
— Как бы там ни было, «здравомыслящие» культисты часто гораздо опаснее безумных фанатиков. Даже если они выглядят дружелюбными и действуют «во благо», трудно поверить, что люди, связанные с подпространством, способны сохранить здравый разум и добрую волю.
Осознав, что ее слова можно истолковать двусмысленно, Ванна поспешно повернулась к Дункану:
— Ах да, капитан, я, конечно же, не вас имела в виду!
Дункан, казалось, остался равнодушен к ее словам, словно слышал это уже не в первый раз. Он лишь небрежно махнул рукой, показывая, что не принимает замечание близко к сердцу. После паузы он медленно произнес:
— Нам нужно обратиться не только к Собору Бурь. И дело не только в Проповедниках Конца.
Присутствующие обменялись недоуменными взглядами. Ванна первой нарушила молчание:
— Вы хотите снова поднять волну за пределами города? Как и в прошлый раз?
Дункан медленно, но твердо кивнул:
— Боюсь, на этот раз все гораздо серьезнее. Пробуждение древнего бога во Фросте… Возможно, оно уже произошло. Или произойдет в ближайшее время. Где-то под одним из бесчисленных городов-государств уже сейчас может дремать нестабильная копия пробудившегося божества. Королева Фроста была не одна. И чтобы нас не застали врасплох, мы должны предупредить Церковь и власти городов-государств об угрозе, которая над нами нависла.
Закончив свою речь, он обвел взглядом присутствующих.
— Ванна, свяжись с Собором Бурь. Моррис, попробуй выйти на Академию Истины. Агата, у тебя должен быть прямой канал связи с епископом Церкви Смерти. Сообщите всем, с кем сможете, обо всем, что мы сегодня здесь обсуждали. О настоящем устройстве города-государства, о Владыке Глубин, о Проповедниках Конца… Ничего не утаивайте.
— Лоуренс, тебе поручается разработать более надежный способ предупредить Общество Исследователей об опасности пробуждения древних богов. Только без паники, — добавил он.
— Моряки, что бороздят просторы Бескрайнего моря, зорки и проницательны. Они научились замечать любые аномалии, что таятся в этом мире.
— Тириан, как можно скорее разберись с делами во Фросте, а затем найди способ поддерживать связь с другими городами-государствами. И постарайся, не сея паники, помочь им создать систему предупреждения о пробуждении древних богов.
Он перевел дыхание и добавил уже более весомо:
— И не забывайте: Церковь нужно держать в курсе всех событий. У них есть опыт борьбы с подобными угрозами, да и ресурсов достаточно.
— Что касается городов-государств и Общества Исследователей… Тут нужна осторожность. Речь идет о безопасности многих людей. Продумайте, как донести до них предупреждение, не раскрывая лишнего. Наша цель не в том, чтобы посвящать их во все тайны морских глубин, а в том, чтобы они были готовы к возможным… странностям, с которыми они могут столкнуться как на море, так и на суше. Есть еще мысли? — закончил Дункан и, подняв взгляд, обвел им сидящих за столом.
В этот момент все в камбузе, даже Ширли и Элис, физически ощутили, как над миром сгущаются тучи. Эта горстка мореплавателей, собравшихся за скромным столом, решала судьбу человечества. В полумраке возникло ощущение нереальности происходящего, ощущение того, что они, здесь и сейчас, вершат историю. У Лоуренса перехватило дыхание, сердце забилось чаще. Он стал частью чего-то большего, чем он сам, чего-то грандиозного и пугающего.
— Похоже, нас ждет настоящая буря… — пробормотал Лоуренс, не в силах сдержаться.
— Буря уже здесь, — покачала головой Агата, сидевшая рядом с ним. — Просто никто не хотел этого замечать. А теперь мы откроем людям глаза.