Глава 493. Атмосфера на корабле •
Лоуренс занял стратегически выгодную позицию у массивного деревянного стола, словно полководец перед решающей битвой. Его взгляд скользил по лицам присутствующих, отмечая каждую деталь, каждый жест. Лицо его оставалось непроницаемой маской, скрывая за собой водоворот мыслей и чувств. Он жаждал стать частью этого необычного собрания, раствориться в нем, не привлекая внимания своей неопытностью или чужеродностью.
Мысли старого моряка метались от историй о легендарных исследователях к сказаниям о смелых путешественниках. Но этот шторм воспоминаний также быстро утих, оставив после себя лишь зыбкую рябь бессвязных образов. Моряк чувствовал себя заблудившимся в бескрайнем море, лишенный компаса и звезд, указывающих верный курс.
Проплутав некоторое время в лабиринтах своих мыслей, старик решился нарушить молчание. Он осторожно склонился к Агате, сидевшей ближе всех к нему, и тихо спросил:
— Не имеете ли вы представления, когда ждать появления капитана Дункана?
— Боюсь, что нет, — сказала Агата в ответ, стараясь не привлекать внимания. — Он, вероятно, ждет, пока все соберутся. Нам остается лишь запастись терпением.
— Существуют ли какие-то особые правила или традиции, о которых мне следует знать? — продолжил Лоуренс, не повышая голоса. — Признаться, я впервые участвую в подобном собрании…
— По странному стечению обстоятельств, я тоже, — тихо призналась Агата, сложив руки на груди в жесте, похожем на безмолвную молитву. Ее взгляд скользнул по каюте.
— Хотя все эти люди мне знакомы, — продолжила Агата, словно читая его мысли, — я и сама впервые на этом судне. Но не думаю, что стоит излишне волноваться. У нас были дела в городе-государстве, и все показались мне весьма приветливыми.
Лоуренс ободряюще кивнул, но тревога не покидала его. Его взгляд упал на Ванну, стоявшую поодаль от их маленькой группы. Знакомая фигура — Ванна была известным инквизитором из Пранда.
— Ваша честь, — обратился он к ней, стараясь, чтобы голос звучал твердо. — Прошу прощения за беспокойство, но я впервые присутствую на подобном собрании. Буду весьма признателен, если не оставите без внимания возможные оплошности с моей стороны…
Не успел Лоуренс закончить свою просьбу, как в разговор бесцеремонно вмешалась Ширли, сидевшая за столом напротив.
— Что-что? Ты рассчитываешь, что она станет прикрывать твое невежество? — прогремел ее голос. — Дай тебе сказать, старик, ее гнев куда опаснее твоей неловкости! Помнишь, как она устроила ту сцену с летающей отбивной…
Ванна прервала бурный поток красноречия Ширли негромким, но многозначительным покашливанием.
Пока Лоуренс приходил в себя от этой словесной перепалки, Нина, сидевшая прямо напротив него, отложила в сторону книгу. Она обвела взглядом собравшихся и пробормотала:
— Любопытно, а когда же нам ждать ужина? Я уже успела проголодаться.
— Не надейся, — ответила Ширли, пренебрежительно поведя головой. — Ужин будет еще очень нескоро.
— В таком случае, зачем мы все собрались в камбузе? — удивилась Нина.
— Ты, должно быть, пропустила слова капитана, — пояснила Ширли. — Нам предстоит обсудить весьма важный вопрос.
— Виновата, зачиталась, — призналась Нина. — Дядя Дункан упоминал о собрании в камбузе, вот я и прихватила с собой книгу.
— Вот беда… — пробормотала Нина и обвела собравшихся взглядом, полным надежды. — Ни у кого не найдется какой-нибудь еды?
— У меня есть печенье и вяленая рыба, — раздался бодрый голос Элис, и на ее лице расплылась хитрая улыбка. Она поднялась со стула и с энтузиазмом запустила руку в глубокий карман юбки, извлекая на свет увесистый сверток. — Есть желающие перекусить?
Нина и Ширли, не раздумывая ни секунды, потянулись к угощению. Пес же, неожиданно дернутый за поводок, отлетел в сторону и теперь судорожно пытался лапами удержать лист пергамента.
— Погоди ты, Ширли! — возмущенно проворчал он. — Могла бы и предупредить, прежде чем срываться с места. Я теперь все координаты на карте перепутал…
Лоуренс, ошеломленный, наблюдал за разворачивающимся перед ним хаосом. Собрание, еще недавно окутанное атмосферой мрачной таинственности, в мгновение ока превратилось в балаган. С замиранием сердца он перевел взгляд на Морриса. К его облегчению, тот оставался сидеть с невозмутимым видом, словно происходящее было в порядке вещей. Моррис вынул изо рта трубку и ободряюще кивнул Лоуренсу.
— Не стоит волноваться, молодой человек, со временем привыкнете, — успокоил он. — Подобные сцены на корабле — привычное дело. Если проголодаетесь — смело обращайтесь к Элис, она у нас за провизию отвечает.
Мозг Лоуренса, пытаясь переварить этот сюрреалистический опыт, издавал виртуальный скрежет шестеренок. С трудом собравшись с мыслями, мужчина пробормотал:
— Благодарю, но я, пожалуй, не голоден…
Не успел он договорить, как краем глаза уловил мерцание изумрудного света у входа в камбуз. Чувство тревоги пронзило его ледяной иглой. Он уже готов был поднять тревогу, но в этот момент дверь распахнулась. К его величайшему удивлению, на пороге стоял вовсе не капитан «Затерянного Дома».
Вместо него на пороге стоял Тириан, слегка пошатываясь и сжимая в руках чемодан. На лице его застыло выражение полнейшего недоумения — зрелище, представшее перед ним в столовой, не поддавалось никакому логическому объяснению.
Ширли пыталась взобраться на стол, Пес, подброшенный в воздух, барахтался в пустоте, Нина висела на Элис, словно обезьянка на лиане, а сама Элис, с непроницаемым лицом фарфоровой куклы, в одной руке сжимала печенье, а в другой — вяленую рыбу. Привратница Фроста и инквизитор Пранда сидели по разные стороны стола, положив головы на руки, и по выражению их лиц невозможно было ничего понять.
Неожиданное появление Тириана мгновенно приковало к себе всеобщее внимание. Даже Ширли, пытавшаяся запихнуть в рот кусок рыбы, замерла на полуслове.
Десятки глаз обратились к новоиспеченному мэру Фроста, словно оценивая незваного гостя. Сила этого синхронного взгляда оказалась настолько мощной, что даже видавший виды «Несгибаемый Адмирал», привыкший к свирепым бурям и бушующим волнам, невольно отступил на шаг назад.
Однако Тириан, уже успевший вкусить от хаотичной атмосферы корабля, быстро взял себя в руки.
Выпрямившись и приняв невозмутимый вид, он приблизился к столу и приветливо поклонился собравшимся. В его осанке чувствовались достоинство и уверенность, не осталось и следа от былого пиратского прошлого, полвека наводившего ужас на ледяные просторы.
Не успел он договорить, как у противоположного конца стола раздался гулкий голос Дункана:
— Я здесь.
В тот же миг на противоположном конце стола вспыхнул изумрудный огонь, взметнувшись в воздух вихрем искр. Пламя взметнулось вверх, а затем с шипением осело, открывая взглядам ошеломленных зрителей фигуру Дункана, восседавшего во главе стола, словно сотканного из теней.
В следующее мгновение каюту залило призрачным изумрудным светом, а воздух наполнился шепотом, исходившим словно бы отовсюду и ниоткуда одновременно.
Из глубин корабля, словно в ответ на этот зловещий шепот, донесся протяжный, полный тревоги скрип.
Моррис, чувствительный к малейшим переменам в атмосфере, ощутил, как сама сущность корабля меняется, словно готовясь отразить неведомую угрозу.
Из самого сердца изумрудного пламени раздался голос:
— Вопрос, который нам предстоит обсудить сегодня, сопряжен с немалой опасностью. Необходимы особые меры предосторожности. Сейчас «Затерянный Дом» отправится в духовный мир. На протяжении всего собрания я настоятельно рекомендую всем присутствующим твердо держаться своей веры и не поддаваться на возможные провокации. В случае, если вы услышите или увидите нечто, связанное с богами, немедленно доложите мне.
Ванна, Моррис и Агата обменялись быстрыми, полными тревоги взглядами, но тут же взяли себя в руки.
— Тириан, — голос Дункана прозвучал резко, словно удар хлыста. — Ты принес хрустальный шар?
— Так точно, капитан, — не моргнув глазом, ответил Тириан. Он склонился над массивным чемоданом и откинул крышку. Внутри лежал хрустальный шар, мерцающий внутренним светом, и хитроумное устройство из линз и зеркал. Предметы, излучающие странную, потустороннюю энергию, теперь были выставлены на всеобщее обозрение. Тириан принялся за работу, ловко манипулируя линзами и зеркалами, пока не добился нужного результата.
Вскоре хрустальный шар окутался молочно-белым свечением.
Прошла минута, и в мутном сиянии проступил расплывчатый силуэт, постепенно обретая все более четкие очертания.
На мгновение в хрустальном шаре возникло лицо Лукреции, но тут же исчезло, словно его и не было.
Нина, с любопытством наблюдавшая за происходящим, удивленно склонила голову набок.
— Что-то пошло не так? — обратилась она к Тириану.
Тот, слегка запыхавшись, растерянно потер подбородок.
— Она, кажется, свалилась со стула, — пробормотал он.
В этот момент из хрустального шара донесся грохот, словно там кто-то передвигал мебель. В мутном сиянии вновь возникло лицо Лукреции, знаменитой «Морской Ведьмы», на этот раз с выражением нескрываемого изумления. Она с любопытством разглядывала происходящее по ту сторону хрустального шара, а затем перевела взгляд на Тириана и воскликнула:
— Брат! Что все это значит?!
— Это я попросил его доставить хрустальный шар на корабль, Люси, — раздался рядом с Тирианом голос Дункана, прежде чем тот успел открыть рот. — Правда, я не ожидал, что он сделает это без твоего ведома. Не волнуйся, речь идет лишь о коротком разговоре с твоим отцом. Тебе ничто не грозит.
Лицо Лукреции, застывшее в хрустальном шаре, приняло странное выражение. Она явно не ожидала столь внезапного вторжения и последующего разговора, и поначалу выглядела совершенно растерянной. Однако серьезность атмосферы, царившая по ту сторону хрустального барьера, не укрылась от ее внимания, и она быстро взяла себя в руки.
— Отец, сколько лет, сколько зим… — проговорила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Прошу прощения за несдержанность, я не была готова к такому повороту событий.
— Не будем преувеличивать, времени прошло не так уж и много, — ответил Дункан, и на его губах мелькнула тень улыбки. — Не стоит извинений, я все понимаю. Люси, позволь представить тебе новых членов команды «Затерянного Дома» и ее флота.
Он по очереди представил всех присутствующих, и те, кого называл капитан, почтительно поднимались со своих мест. Наконец, Дункан указал на мерцающий хрустальный шар.
— А это моя дочь, Лукреция. — произнес он. — Полагаю, многие из вас уже знакомы с ней лично, так что в особых представлениях нет нужды, верно?
— Все наслышаны о подвигах прославленной покорительницы рубежей, — с поклоном подтвердил Моррис. — Для меня большая честь познакомиться с вами, мадам.
— Слухи о ваших подвигах достигли и моих ушей, — с достоинством ответила Лукреция. — Даже в Лайтвинде, Моко и среди профессоров Академии Истины ваше имя нередко упоминается в беседах.
Обретя самообладание, «Морская Ведьма» держалась с поистине королевским достоинством. Она сидела в хрустальном шаре, выпрямив спину, и каждое ее движение излучало уверенность и грацию. Трудно было поверить, что всего несколько минут назад эта женщина кубарем скатилась со стула.
— Что ж, с представлениями, пожалуй, покончено, — своевременно вмешался Дункан, возвращая разговор в прежнее русло. — Перейдем к делу. — Он обвел взглядом собравшихся, словно удостоверяясь, что все на месте. Даже Козлиноголовый, скованный по рукам и ногам в капитанской каюте, с позволения Дункана получил возможность слушать происходящее.
Дункан сделал глубокий вдох, нарушив повисшее в камбузе молчание.
— Если коротко, то мы с Агатой недавно предприняли глубоководную экспедицию у берегов Фроста, — начал он. — Нам удалось достичь глубины, которая не покорялась даже участникам проекта «Исследования Глубин» полвека назад. То, что мы увидели там, повергло нас в ужас… и заставило усомниться во всем, что мы считали истиной.
Он сделал паузу, словно собираясь с духом, а затем выпалил:
— В первую очередь, мы обнаружили, что на дне моря, прямо под городом-государством, обитает существо невероятных размеров!