Глава 588. Движение •
На входе в Управление инспекторов, что неподалёку от императорского дворца, мужчина почти двухметрового роста с гладко выбритой головой сложил руки на груди в давэйском поклоне и склонился почти до земли.
— Не стоит благодарности. Мы и сами направлялись в столицу, — один из тех, кому кланялись, заспешил замахать руками.
Его товарищи позади лишь криво улыбались.
— Ли У никогда не забудет вашей помощи. Поскольку теперь мне предстоит задержаться в столице, приходите в Управление инспекторов в любое время.
С этими словами инспектор Ли У ещё раз поклонился и вошёл в здание Управления, в котором не был уже целый год.
— Что ж, наша задача выполнена.
— Да.
На слова лидера, авантюриста третьего ранга Чжунь Ло, с улыбкой кивнул советник-маг Ба Лири.
Молча склонили головы разведчик Чуньку, лекарь Шунь Ли и ещё один мечник Лосо.
Пятерка авантюристов третьего ранга во главе с Чжунь Ло — тем самым, что когда-то в горах Тора возглавил жестокий отходный бой против полчищ чудовищ под предводительством иллюзиониста Галибечи.
— Сначала доставим бумаги от вице-губернатора Фу Тэня в Военное министерство, а потом отвезём отчёт нашему графу в его резиденцию.
— Военное министерство, кажется, немного севернее этого Управления, — ответил Ба Лири на уточнение Чжунь Ло.
Хотя они и состояли в Ассоциации авантюристов Боаго, подобные задания выполняли часто, поэтому бывали в столице нередко.
Работы для низких рангов, конечно, не находилось, но авантюристов третьего ранга порой нанимали лично сами правители. Они даже брались за доставку правительственной документации.
Таковы были привилегии зарекомендовавших себя мастеров.
Попрощавшись с Чжунь Ло и его группой, инспектор Ли У впервые за год переступил порог Управления инспекторов.
Впрочем, особой ностальгии он не испытывал.
Возвращался он в это столичное Управление в основном для отчётов, проводя больше половины года в разъездах по всему Давэю.
Если в двух словах, задача Управления инспекторов, к которому принадлежал Ли У, заключалась в надзоре за провинциями Давэя.
«Центральная жёлтая» область, где находилась столица, почти целиком была под прямым управлением императора, но остальные регионы управлялись князьями или графами.
Честно говоря, земли Давэя были слишком обширны, и во многих уголках власть центра была слаба.
Князья и графы изначально были лишь управителями, назначенными императором, но со сменой поколений их должности стали наследственными.
Император и центральное правительство изрядно трудились, чтобы управлять столь огромной территорией. Различия в продукции между регионами из-за их размеров тоже создавали немалые сложности.
Поэтому, если налоги исправно поступали, местным правителям позволяли определённую свободу действий — другого выхода не было.
Однако в результате появились и правители, обкладывавшие народ непомерными поборами и набивавшие собственные карманы.
Как раз для надзора за такими правителями и разъезжали по всему Давэю инспекторы вроде Ли У, состоявшие в Управлении инспекторов.
Среди них Ли У был известен как принципиальный инспектор, имевший репутацию человека, не берущего взяток… чем и вызывал раздражение у многих правителей.
— Господин начальник, инспектор Ли У просит аудиенции для доклада.
— Впусти.
Ли У провели в кабинет начальника Управления инспекторов.
— Инспектор Ли У, с докладом вернулся.
На пороге он склонился так же низко, как перед воротами перед Чжунь Ло и его группой.
Перед ним за столом сидел его начальник, начальник Управления инспекторов Чжувэнь.
Начальнику Чжувэню было семьдесят пять лет.
Его седые волосы были аккуратно убраны и закреплены красной шапочкой.
Он поглаживал седую бороду, доходившую до груди, — привычка, появлявшаяся у него во время раздумий.
— Ли У, целый год не виделись? Согласно донесению из города Боаго, ты должен был вернуться в столицу два месяца назад?
Голос начальника Чжувэня был мягким.
Под стать его облику добродушного старичка.
Но Ли У знал:
это лишь маска, за которой Чжувэнь скрывал свою истинную суть.
— Приношу свои глубочайшие извинения. На землях графа Габана в конце концов возникли некоторые затруднения…
— Об этом я уже получил донесение. На тебя напал племянник графа Габана, и ты дал отпор. А потом ещё и сражался с людьми, которых вёл сам граф Габан? Такого про инспекторов я ещё не слышал.
— Ха-ха…
Начальник Чжувэнь говорил с оттенком досады, а Ли У мог лишь горько улыбаться.
— Сколько раз я тебе говорил. Выдающийся инспектор — тот, кто умеет незаметно собрать доказательства правонарушений, не вызывая подозрений.
— Да, прошу прощения за своего никчёмного ученика.
— И этот вид… прямо-таки оборванный. Неужто на тебя напали и после графа Габана?
— Ну, в общем…
Ли У, явившийся с докладом прямо в рваной одежде, снова мог лишь горько усмехнуться.
Хотя Чжувэнь и делал ему выговор, Ли У понимал, что начальник его не осуждает.
Истинная работа инспектора — тихо собирать улики… такова основа.
Но Ли У никак не мог не выделяться.
Да ещё и улики собирал.
В результате на него покушались правители…
Однако работу свою он выполнял.
И начальник Чжувэнь, ценя это, беспокоился о нём и потому делал выговор.
— Ладно, хорошо. Но на этот раз ты слишком долго отсутствовал в столице. Год — это чересчур, доклады уже горой накопились.
— Да… я в курсе.
Инспектор Ли У тоже это понимал.
Поэтому был готов к тому, что на этот раз задержится в столице надолго…
Но в то же время были вещи, о которых следовало как можно скорее доложить лично начальнику Чжувэню.
— Обычный отчёт я оформлю позднее, но есть нечто, о чём я хотел бы немедленно сообщить вам, учитель.
— Хм, слушаю.
Инспектор Ли У доложил о деле в горах Тора.
По всему Давэю участились нападения чудовищ, и за многими из них стояли существа, именуемые «иллюзионистами».
Иллюзионист, командовавший серыми гоблинами в горах Тора, назвался Галибечи.
Закончив свой рассказ, инспектор Ли У замолчал.
Но реакция начальника Чжувэня была какой-то необычной.
Прищурившись, начальник Чжувэнь спросил:
— Ли У, откуда тебе известно слово «иллюзионист»? То существо, Галибечи, назвало свою расу?
— А? Нет… Слово «иллюзионист» и раньше встречалось в различных… сказаниях.
— Не знал. Ты ведь любитель подобного чтива.
В «сказаниях» — что-то вроде романов или повествований — действительно встречалось выражение «иллюзионист».
Конечно, историки и подобные им учёные мужи не считали такие книги достойными внимания…
— Что касается иллюзиониста в горах Тора, то, говорят, он не называл свою расу, но авантюристы указали на него как на иллюзиониста. Один из авантюристов спросил Галибечи, не иллюзионист ли он, и тот подтвердил. Но почему был задан такой вопрос?
— Хм. Ты долго отсутствовал в столице, поэтому не в курсе… но сейчас во дворце слово «иллюзионист» не принято употреблять легкомысленно.
— Как?
Слова Чжувэня были непонятны Ли У.
Точнее, он мог уловить, что, судя по всему, обитатели дворца тоже знали слово «иллюзионист».
— Иллюзионисты напали на императорский дворец.
— Что?
— После этого, как и в горах Тора, сражались с иллюзионистом, командовавшим чудовищами, и шестой принц Люн захватил его живьём.
— Что??
— Более того, некий особый посол из возникшей на севере Империи Чаоучи явился, чтобы забрать захваченного иллюзиониста, и сейчас ведутся дипломатические переговоры.
— Что???
Слова Чжувэня были совершенно непонятны Ли У.
Абсолютно непонятны.
— Ладно, хорошо. Постепенно вникнешь в обстоятельства, пока ты отсутствовал. Но, как я уже сказал, не употребляй слово «иллюзионист» легкомысленно.
— Принято… к сведению.
— Однако уже есть те, кто знает это слово. Откуда оно было известно тому авантюристу?
— Он говорил, будто раньше уже встречал иллюзиониста…
— Хм, это тревожная информация.
Сказав это, Чжувэнь погладил бороду.
Он мгновенно погрузился в глубокие раздумья.
В такие моменты Ли У молча ждал.
— Авантюристы… — пробормотал Чжувэнь, выходя из задумчивости.
— Господин начальник? — с недоумением переспросил Ли У.
— Сейчас авантюристы в столице ведут себя беспокойно.
— Но эти люди всегда дрались…
— Я не о низших рангах, четвёртом и ниже. О третьем и выше… вплоть до особого.
— Авантюристы особого ранга? Но на самой вершине, кажется, находятся Шесть Святых…
— Верно, Цзоушу Линь, Ветер, — кивнул в ответ на слова Ли У Чжувэнь.
Шесть Святых — те, кто занимают вершину магического и мистического искусства в Давэе.
Среди них есть и представители знати, и авантюристы.
Говорят, их выбирают исключительно по силе, невзирая на происхождение или род занятий.
Они находились в Управлении инспекторов.
— Почему эта тема стала предметом обсуждения? Наше Управление инспекторов занимается провинциями…
— Я в курсе. Министр Шау из Палаты цензоров лишь обмолвился об этом за чашкой чая.
Чжувэнь слегка мотнул головой.
— Наверное, он хотел, чтобы я обратил внимание на активность авантюристов. Ну совсем… с годами только и наловчился говорить намёками.
— Учитель тоже… ой, это была оплошность.
Уставившись на Ли У, Чжувэнь заставил его мгновенно взять свои слова обратно.
Чжувэнь был его начальником.
И в этой работе — его наставником.
Поэтому Ли У знал: разгневавшись, тот становился страшен…
Нужно быть осторожнее.
— Ладно, хорошо. О деле с иллюзионистами я доложу Его Величеству и первому советнику. А те авантюристы, что сообщили об этом… горы Тора, значит, город Боаго. Значит, авантюристы из Боаго? Но в этот раз ты, конечно, не инспектировал ни Боаго, ни правящего тамошнего графа Ба Шу? Вообще, трудно представить, чтобы этот сухарь опустился до махинаций.
— Нет, не инспектировал. Но, когда я останавливался в городе Номон, граф Ба Шу, Лош Тэнь, привёл ко мне тех авантюристов и рассказал. Насколько я слышал, они были из портового города Ланда.
— Ланда? Авантюристы с такого юга?..
Чжувэнь был поражён.
Портовый город Ланда считался одним из самых южных поселений на необъятных просторах Давэя.
Конечно, они были в Управлении инспекторов.
Поскольку эта организация надзирала за провинциями Давэя, её сотрудники были куда лучше осведомлены о делах на местах, чем прочие столичные жители.
— Они сказали, что были наняты в Ланде в качестве авантюристов для той свадебной флотилии принцессы и добрались до Боаго.
— А, та история с отколовшимися восьмьюдесятью людьми.
Выслушав объяснение Ли У, Чжувэнь с горькой улыбкой кивнул.
Хотя эта проблема и относилась к ведомству Министерства церемоний, начальник Управления инспекторов получал подробную информацию.
В том числе и о том, как ответственное лицо её преодолело.
Его, конечно, изрядно удивила та «гениальная уловка» — нанять восемьдесят авантюристов на казённые суда.
— Ах, точно! В конце те двое авантюристов сказали, что затем направляются в столицу.
— Что? Но ты же застрял на землях графа Габана… Возможно, те авантюристы уже в столице?
— Вполне вероятно. Может, кого-нибудь… например, из Палаты цензоров попросить их разыскать? Если бы вы, господин начальник, могли замолвить слово у министра Шау…
— Понял. Передам, чтобы помогли с поисками. Завтра в полдень отправляйся в Палату цензоров.
— Слушаюсь.
Но на этом слова Чжувэня не закончились.
— И ещё, насчёт твоих трёх цветных.
— Трёх цветных?
— Га Цзи, Гу Цза, Го Бо.
— А…
Эти трое любили носить одежду красного, синего и жёлтого цветов соответственно.
— За год твоего отсутствия в столице они оставались здесь…
— Приношу глубочайшие извинения. Я никак не думал, что затянется так надолго…
На ворчание Чжувэня Ли У склонил голову.
Он и правда так считал.
Думал, что в худшем случае задержится на полгода, вероятно, месяца на четыре… а вышло на целый год.
— Я взял их сюда в Управление, поскольку ты взял на себя ответственность, но они совсем не работают.
— Да…
— Родители же просили тебя, верно? Выбить из них дурь.
— Да…………
— Будь готов к тому, что на инспекционные поездки тебя долго не отпустят.
— Да-а-а…
Похоже, на этот раз его пребывание в столице затянется куда дольше, чем предполагал Ли У…
— Быть востребованным другими — не такое уж плохое дело.
— …Что?
Неожиданная реплика Рё заставила Абеля недоумённо на него посмотреть.
Хотя Рё часто изрекал нечто загадочное, каждый раз это вызывало удивление.
— Помнишь, где мы?
— Ну… на площади Святого императора.
Покинув Ассоциацию авантюристов, они вышли на площадь Святого императора.
Поскольку вечерело, они решили поужинать здесь же.
На площади Святого императора стояло множество ларьков.
Но вокруг площади, наряду с постоялыми дворами, находилось и множество харчевен.
Именно они и были их целью.
Однако слова Рё касались не этого…
— Однажды здесь тебя втроём о чём-то просили.
— Ага… те трое цветных.
Это случилось в день их прибытия в столицу.
— Но в том не было моей вины. Они сами полезли в драку…
— Да не в них дело, в этих трёх цветных подпевала́х!
— Чего?
— Я о том, что даже такой, как ты, Абель, может быть кому-то нужен.
— Чего??
— А раз так, то быть востребованной пшеничной лапшой в бульоне с острым соусом — совершенно естественно!
— Чего???
Рё произнёс эту тираду, но для Абеля она не имела смысла.
Однако Рё мягко направил его.
Своим указательным пальцем.
— Вон там.
Рё указал на одну из харчевен.
Снаружи висело меню.
Один из пунктов гласил…
— «Пшеничная лапша в бульоне с острым соусом», — прочёл Абель.
— Точно. Помнишь, Абель?
— Да, это… в вольном городе Кубебаса.
— Да, в том самом, что ныне стал автономным городом Кубебаса, в той первой харчевне «Радостная трапеза», где мы были…
— Точно, было! Заказывали на двоих.
Лицо Рё и так всегда было радостным, но и на лице Абеля появилась улыбка.
Воспоминания о вкусной еде делают человека счастливым.
— Мы испытаем, чего стоит столичная пшеничная лапша в бульоне с острым соусом!
— А с чего это ты свысока? — со смехом покачал головой Абель на слова Рё.
Перед вкусной едой даже лёгкий упрёк вызывает лишь смех.
— Кстати, Рё, ты хоть и любишь рис, но и лапшу тоже.
— А?
— Помнишь, в Сумеречной стране… рамен, кажется? Тоже ведь лапша?
— О, это тоже ностальгия! Рамен, которым нас угощала госпожа Агнес. Да, рамен — это тоже лапша.
Рё радостно вспоминал.
И продолжил:
— Говорят, был — или не был — один мечник, что кричал: «Лапшею живу, лапшею умру!»
— Был он или не был?!
— Говорят, был — или не был — один лапшичник, что испустил дух на кухне с криком: «Лапша — вот моя жизнь!»
— Был он или не был…
— Лапша — это демоническая пища, что сводит с ума жизни множества людей!
— Понятно. Значит, не вина Рё, что попал под её чары.
— Да, это судьба.
Повинуясь чарам этой демонической пищи, они направились в харчевню.