Глава 26. «Всем прочь с дороги! Эта принцесса сейчас устроит шоу!» •
Глава 26: «Всем прочь с дороги! Эта принцесса сейчас устроит шоу!»
— Что всё это значит?!
Густой, тошнотворный запах рыбы и рассола въелся в Лю Цанчжэня. Желудок скрутило от одного взгляда на липкую, вязкую слизь, покрывавшую ладони. Вспыхнувшая ярость едва не заставила его швырнуть грязную швабру обратно в обидчика, но воспоминание о пугающей непредсказуемости Харуто – и его готовности вырубать собственных союзников – вовремя остудило пыл. Сделать глупость он так и не решился.
— А сам как думаешь? — Кагуя закатила глаза, искрясь раздражением. — Он отвечает на твой дурацкий вопрос.
Харуто молча подошел к Кагуе, неожиданно протянул руку и размазал слизь со своей ладони по белоснежной ткани ее королевского платья. И, не теряя ни секунды, бросился наутек.
— Ах ты мерзавец! Наглец! А ну стой, тебе говорят!
— Тогда не бегай за мной!
Останавливаться Харуто, разумеется, не собирался. Они устроили хаотичные догонялки по всей подсобке, лавируя между трубами и бойлерами, и явно не горели желанием отвечать на вопрос Лю Цанчжэня.
Глядя на этот хаос, Кинг Чэнь вздохнул и решил объяснить всё сам.
— Они пытаются сказать, что швабра не могла так пропитаться слизью из-за случайной лужи, — пояснил он. — Ею явно аккуратно вытирали пол.
Он подошел к углу комнаты и указал на скребки, ведра и прочий уборочный инвентарь:
— Значит, сценарий был таким: Русалка выбирается из моря и попадает в пансионат «Русалка» через этот колодец. Убив человека, она берет эти инструменты и прибирает за собой слизь. Иными словами, даже внутри пансионата мы не в полной безопасности.
В подсобке воцарилась тяжелая тишина. Слова Кинга Чэня повисли в воздухе невидимым грузом.
Каждого обдало морозной волной, волосы на руках встали дыбом от одной-единственной жуткой мысли: «Оно обладает разумом».
Вчера, выслушав рассказ Харуто о его первом испытании, они еще радовались, что им не попался настолько аномально сообразительный призрак. Все рассчитывали спокойно набраться опыта на этом этапе на всякий случай. Но, похоже, подобный кошмар настиг их раньше времени.
Большинство присутствующих уже прошли по два испытания. Они прекрасно знали: чем больше времени проходит, тем слабее становятся ограничения, сковывающие потустороннюю тварь, и тем больше силы она набирает.
А ведь они до сих пор даже не разгадали суть главного задания.
От этой мысли у многих ветеранов земля уходила из-под ног. Ледяной страх проникал до самых костей: сумеют ли они вообще выбраться отсюда живыми?
Тем временем на лице Харуто застыла наигранная скорбь.
Куча людей проходит кучу испытаний и ни разу не сталкивается с разумными призраками, а он умудряется нарваться на такого два раза подряд!
Это явная травля, о случайности и речи быть не может.
Кагуя шагнула вперед и похлопала по плечу его и Ёцую Мико. Наклонившись, она шепнула так, чтобы слышали только они:
— Хорошая система подбора игроков ни за что не упустит ни одного читера.
Взгляд Харуто помрачнел. Он прекрасно понимал, что камни летят в его огород. Остальные здесь – лишь сопутствующий ущерб, которым не повезло оказаться с ним в одной сессии.
Хотя, с другой стороны, это можно назвать просто их злым роком.
Время поджимало.
Все три группы переместились в столовую, уселись за стол и принялись делиться собранными сведениями.
Лю Вэньсун развернул на столе пожелтевшую от времени газету, жестом приглашая остальных взглянуть, и начал объяснять:
— Это газета за две тысячи пятый год, где описываются события двадцатилетней давности. В одной местной семье родился ребенок от инцеста. Дитя появилось на свет с тяжелым уродством: сросшиеся вроде рыбьего хвоста ноги и огромные выпяченные глаза. Чтобы спасти репутацию рода, семья заперла младенца на заднем дворе, а всем объявила, будто он умер еще во младенчестве.
Харуто тут же нахмурился. Не нужно быть гением, чтобы сопоставить факты: этот «ребенок-уродец» с высокой вероятностью и есть Русалка, открывшая на них охоту.
— Есть еще зацепки?
Лю Вэньсун угрюмо кивнул и с мрачным видом развернул вторую газету.
— Спустя пять лет после того случая в прибрежной гостинице произошла трагедия. Семью из пяти человек и хозяина пансионата зверски убили. С каждого живьем содрали кожу. Когда тела нашли, они плавали в гигантском стеклянном аквариуме.
— Позволю себе сделать простой вывод. Того ребенка-уродца продали владельцу пансионата. Бессовестный хозяин превратил несчастное существо в аттракцион и устраивал «русалочьи шоу», привлекавшие туристов.
— Человек, купивший живой экспонат, разумеется, не стал бы относиться к нему по-человечески, — продолжил Лю Вэньсун. — Для него это была лишь дойная корова. Обида и злоба в ребенке копились изо дня в день. И когда среди постояльцев он узнал родных родителей, бросивших его, копившаяся ненависть вырвалась наружу. Он вырезал всю свою семью вместе с хозяином пансионата.
Анализ Лю Вэньсуна выглядел логичным и убедительным. Все согласно закивали, возразить было нечего.
— Дядя Чэнь, а у вас что? — Харуто повернулся к Кингу Чэню.
Кинг Чэнь качнул головой с виноватым видом:
— Мы нашли только рекламный плакат этого самого пансионата «Русалка». Содержание подтверждает догадки Вэньсуна: представления проводились ежедневно.
С этими словами он достал из кармана стопку видеокассет.
В подобных испытаниях видеокассеты часто оказывались ключевыми уликами, однако радости на лице Кинга Чэня не было. Учитывая его слова про один лишь плакат, в воздухе повисло недоброе предчувствие.
— Нечем проиграть? — Осторожно спросил Лю Вэньсун.
— Кассеты есть, видик тоже есть, да только ничего не работает, — Кинг Чэнь взял у напарника видеомагнитофон. — Не пойму, то ли кассеты испорчены, то ли сам аппарат сломался. Кто-нибудь умеет чинить такую древность?
Повисла затяжная тишина. Никто не отозвался.
В глазах Кинга Чэня мелькнула беспомощность. В испытании участвовала едва ли дюжина человек: каковы шансы найти специалиста по ремонту антикварной техники?
Пламя надежды, едва затеплившееся в груди игроков, уже готово было угаснуть, когда Харуто с презрительной миной забрал и кассеты, и видеомагнитофон.
— А я-то думал, тут что-то серьезное! Просто сломался? И что тут сложного?
— Парень, ты что, умеешь чинить видеомагнитофоны? — Изумился Кинг Чэнь. Остальные тоже уставились на Харуто с вспыхнувшей надеждой.
В такой момент любая ниточка могла стать спасительным кругом, а уж кассеты – и подавно железобетонная улика.
— Нет, — невозмутимо отрезал Харуто.
Этот спокойный, обыденный тон заставил у всех дружно запульсировать виски.
«Опять у него приступ?!»
Не бойся они, что тот без предупреждения отправит их в нокаут, парочка игроков точно попыталась бы набить ему морду на месте.
Окинув их отчаянные физиономии презрительным взглядом, Харуто поднялся, подошел к Кагуе со спины и решительно усадил её на стул.
— Я не умею, но это не значит, что моя подчиненная не умеет! Вперед, Кагуя, твой выход!
Кагуя даже опомниться не успела, как оказалась зажата на стуле.
Она уставилась на пыльные кассеты и доисторический видеомагнитофон, затем перевела взгляд на вспыхнувшую надежду в глазах игроков. Сглотнув слюну, она принялась отчаянно подавать Харуто знаки глазами.
«Ты серьезно?! Заставляешь эту принцессу чинить ТАКОЕ?! Я же не умею!»
Харуто ответил взглядом, полным невинного недоумения: «Ты же сама говорила, что умеешь чинить всё на свете?»
Глаза Кагуи расширились от гнева: «Это про компьютер было! Про компьютер, слышишь?!»
Хотя окружающие не могли расшифровать этот безмолвный диалог, по их кривляньям всё было ясно без слов: девчонку просто подставили.
Надежда в глазах присутствующих вновь сменилась откровенной досадой.
— Ничего страшного, чинить такую старину уметь никто не обязан, — попытался загладить неловкость Кинг Чэнь, натянув улыбку. — Раз так, не будем пока зацикливаться на кассетах. Продолжим разбирать остальные зацепки. А чуть позже нам нужно будет сходить на берег и раздобыть каких-нибудь морепродуктов, чтобы набить животы. Силы нам еще понадобятся…
— Стой!
Только Кинг Чэнь собрался убрать кассеты и видеомагнитофон, как Кагуя с громким треском швырнула на стол сумку с инструментами, только что изъятую у Харуто.
— Всем прочь с дороги! Эта принцесса сейчас устроит шоу!