Глава 4296. Семейный долг. Часть 2 •
— Когда тройняшки начнут ходить в школу, а Лерия уедет в Академию, возможно, я стану относиться к магии серьёзнее. Но до тех пор мне будет достаточно уметь лечить всех и не впадать в панику в тот момент, когда Пробуждённый выпустит свою ауру.
— Бежать к моим младшему брату и сестре куда лучше, и я доверяю вам свою защиту. — Рена умолчала об одной из причин, по которой хотела Пробудиться, потому что ей было неловко.
[Если я не Пробужусь, рано или поздно буду выглядеть старше мамы, и люди начнут принимать меня за её мать, а то и бабушку. Такого удара по гордости я бы никогда не пережила.]
— Не волнуйся, старшая сестрёнка! — Аран гордо выпятил грудь. — На меня всегда можно рассчитывать.
— Спасибо, Аран. — Сентон не стал указывать на недоразумение, чтобы не разрушать образ мальчика как защитника. — Что касается меня, я согласен с Реной. Мы с отцом вложили пот, кровь и слёзы в «Мастерскую Праyдхаммеров», и у нас много работников, которые зависят от нас, чтобы обеспечивать свои семьи.
— Если я сейчас брошу всё ради магии, бизнес пострадает, а отцу придётся отказаться от отставки, пока он не найдёт и не обучит мне замену. У меня есть долг перед семьёй, но есть долг и перед отцом, и перед нашими работниками.
— Кроме того, не всем обязательно становиться воинами. Развивая «Мастерскую Праyдхаммеров», я создаю дело, которое смогут унаследовать мои дети, и делаю Лутию лучшим местом для жизни.
— Я буду сражаться по-своему. Как кузнец и торговец.
— Хорошо сказано, сын! — рассмеялся Зекелл, даже не пытаясь скрыть свою радость. — За это стоит выпить!
— Верно! — Лит поднял бокал, и вскоре его примеру последовали остальные.
— Не так быстро! — Фалько вскочил со своего места.
— Да, а как же мы? — спросила Терион, поворачиваясь к Ленарту.
— Почему вы не спрашиваете нас, чего хотим мы? — пробормотал тот, задавая вопрос лишь потому, что от него этого ожидали.
— Потому что я уже знаю ответ. — Лит покачал головой. — Кроме того, вы ничего не знаете о магии и слишком малы даже для начала базового обучения. Если хотите Пробудиться — поступайте как ваша старшая сестра и дядя. Добивайтесь этого своими силами.
Аран был так же горд тем, что его назвали дядей, как Лерия раздражалась из-за того, что её постоянно называли старшей. Иначе Терион начинала вести себя так, будто речь шла о ней, утверждая, что именно она старший среди тройняшек.
— Но, дядя Лит, тогда мы останемся единственными непробуждёнными в семье! — запротестовала Терион.
— Да! Даже папа Пробуждается! — добавил Фалько.
— Что значит «даже папа»? — вмешалась Рена, прежде чем это сделал Ленарт. — Проявляй больше уважения к своему отцу, Фалько Праудхаммер, иначе мои тапочки устроят твоему заду Пробуждение всей жизни!
Тройняшки тут же заскулили и начали извиняться, прячась за Зекеллом.
За всю жизнь Рена ни разу их не ударила, но они знали: если она называла их полными именами, значит, они уже в беде. А если она ещё и бралась за тапочек, как сейчас, — значит, в очень большой беде.
Проверять, что будет дальше, никто из них не хотел.
— Никакого Пробуждения для вас. И это окончательно. — Лит покачал головой. — Когда вам исполнится пять или вы достигнете жёлтого ядра, я начну обучать вас магии, как обучал Арана и Лерию. А дальше всё зависит от вас.
Фалько, Ленарт и Терион облегчённо вздохнули, но лишь потому, что Рена убрала тапочек.
— Однако я не забыл о другом своём обещании. — продолжил Лит. — Вам почти четыре года, и после всего случившегося вы заслужили раннюю связь с магическим зверем. Как только закончим обедать, я познакомлю вас с четырьмя кланами Лесов Траун.
— Да! — закричала Терион.
— Наконец-то! — Фалько победно сжал кулаки.
— Победа! — заявила Фенрир, привлекая всеобщее внимание. — Что? Я старше них. Если тройняшки получают магического зверя, значит, и я получу, верно?
— О боги... — Селия схватилась за волосы при мысли о ещё одном рте, который нужно кормить, ещё большем количестве шерсти по всему дому и ещё большем ущербе мебели.
— Верно, солнышко. — кивнул Защитник. — Ты уже большая девочка.
— Ура! — Фенрир подняла руки вместе с тарелкой. — Добавки, пожалуйста. Я всё ещё голодна!
— О боги... — Селия закрыла глаза и сложила руки в молитве, наблюдая, как её младший ребёнок ест почти как взрослый.
— Папа, а почему мама становится такой набожной во время еды? — спросила Лилия.
— Да. Дядя Легайн ведь прямо здесь. Она может поговорить с ним в любое время. — добавил Леран.
— Я объясню вам, когда вы станете старше. — вздохнул Райман.
Он слишком хорошо понимал боль своей жены, но не мог допустить, чтобы Фенрир осталась единственным ребёнком без собственного зверя.
Благодаря работе и награде за раскрытие угрозы Чёрного Трона, Защитник успел скопить приличное состояние, но содержание пяти Императорских Зверей и двух магических зверей обходилось недёшево.
Ещё один питомец лишь ускорил бы неизбежное.
Тройняшки уплетали еду, нетерпеливо ожидая встречи со своими будущими скакунами. Фенрир же съела столько, что Селия начала бояться того дня, когда её семья перестанет быть гостями Верхенов.
Элина заметила тревогу подруги, но сделала вид, что ничего не видит. Она слишком хорошо помнила, каково это — бояться, что не хватит денег накормить своих детей, и понимала, что никакие слова не помогут охотнице.
— Кстати, Солус, а как у тебя с аппетитом? — спросила она.
— Прошу прощения? — Солус едва не подавилась третьей порцией десерта.
— Ты стала Божественным Зверем, но я заметила, что ешь столько же, сколько и раньше. — Элина поднялась и ласково погладила Солус по голове. — Тебе не нужно голодать или прятаться в башне, чтобы наесться вдоволь.
— Мы твоя семья, и тебе не должно быть стыдно быть собой рядом с нами.
— Спасибо, мама. — Солус густо покраснела и поспешно вытерла рот.
Как ни странно, говорила она, глядя при этом на Менадион, словно щенок, боящийся получить выговор. Первая Повелительница Пламени подняла бровь и безмолвно удовлетворила просьбу дочери.
Менадион знала, что с тех пор, как Солус стала Божественным Зверем, её аппетит почти не изменился. Сторона башни, ставшая частью её жизненной силы, питалась мировой энергией и сырыми материалами, которые человеческая и звериная части преобразовывали в питательные вещества.
Как и до прорыва, Солус ела в основном из-за обжорства. Статус Божественного Зверя она использовала лишь как прикрытие, чтобы не становиться объектом новых шуток, и слова Элины заставили её чувствовать себя виноватой за то, что она обманывает семью и заставляет их переживать.
После обеда Лит перенёс всех вместе с особняком на окраину Лесов Траун и вызвал вождей пяти племён магических зверей.
Рыси, Шифы, Гилады и Быки были изначальными правителями леса, но после падения Ирту стая Кронов переселилась в Траун и постепенно расширяла своё влияние. Уже многие годы Быки и Кроны соперничали за то, чтобы вырастить Императорского Зверя и занять место пропавшего четвёртого короля леса.
— Бежать к моим младшему брату и сестре куда лучше, и я доверяю вам свою защиту. — Рена умолчала об одной из причин, по которой хотела Пробудиться, потому что ей было неловко.
[Если я не Пробужусь, рано или поздно буду выглядеть старше мамы, и люди начнут принимать меня за её мать, а то и бабушку. Такого удара по гордости я бы никогда не пережила.]
— Не волнуйся, старшая сестрёнка! — Аран гордо выпятил грудь. — На меня всегда можно рассчитывать.
— Спасибо, Аран. — Сентон не стал указывать на недоразумение, чтобы не разрушать образ мальчика как защитника. — Что касается меня, я согласен с Реной. Мы с отцом вложили пот, кровь и слёзы в «Мастерскую Праyдхаммеров», и у нас много работников, которые зависят от нас, чтобы обеспечивать свои семьи.
— Если я сейчас брошу всё ради магии, бизнес пострадает, а отцу придётся отказаться от отставки, пока он не найдёт и не обучит мне замену. У меня есть долг перед семьёй, но есть долг и перед отцом, и перед нашими работниками.
— Кроме того, не всем обязательно становиться воинами. Развивая «Мастерскую Праyдхаммеров», я создаю дело, которое смогут унаследовать мои дети, и делаю Лутию лучшим местом для жизни.
— Я буду сражаться по-своему. Как кузнец и торговец.
— Хорошо сказано, сын! — рассмеялся Зекелл, даже не пытаясь скрыть свою радость. — За это стоит выпить!
— Верно! — Лит поднял бокал, и вскоре его примеру последовали остальные.
— Не так быстро! — Фалько вскочил со своего места.
— Да, а как же мы? — спросила Терион, поворачиваясь к Ленарту.
— Почему вы не спрашиваете нас, чего хотим мы? — пробормотал тот, задавая вопрос лишь потому, что от него этого ожидали.
— Потому что я уже знаю ответ. — Лит покачал головой. — Кроме того, вы ничего не знаете о магии и слишком малы даже для начала базового обучения. Если хотите Пробудиться — поступайте как ваша старшая сестра и дядя. Добивайтесь этого своими силами.
Аран был так же горд тем, что его назвали дядей, как Лерия раздражалась из-за того, что её постоянно называли старшей. Иначе Терион начинала вести себя так, будто речь шла о ней, утверждая, что именно она старший среди тройняшек.
— Но, дядя Лит, тогда мы останемся единственными непробуждёнными в семье! — запротестовала Терион.
— Да! Даже папа Пробуждается! — добавил Фалько.
— Что значит «даже папа»? — вмешалась Рена, прежде чем это сделал Ленарт. — Проявляй больше уважения к своему отцу, Фалько Праудхаммер, иначе мои тапочки устроят твоему заду Пробуждение всей жизни!
Тройняшки тут же заскулили и начали извиняться, прячась за Зекеллом.
За всю жизнь Рена ни разу их не ударила, но они знали: если она называла их полными именами, значит, они уже в беде. А если она ещё и бралась за тапочек, как сейчас, — значит, в очень большой беде.
Проверять, что будет дальше, никто из них не хотел.
— Никакого Пробуждения для вас. И это окончательно. — Лит покачал головой. — Когда вам исполнится пять или вы достигнете жёлтого ядра, я начну обучать вас магии, как обучал Арана и Лерию. А дальше всё зависит от вас.
Фалько, Ленарт и Терион облегчённо вздохнули, но лишь потому, что Рена убрала тапочек.
— Однако я не забыл о другом своём обещании. — продолжил Лит. — Вам почти четыре года, и после всего случившегося вы заслужили раннюю связь с магическим зверем. Как только закончим обедать, я познакомлю вас с четырьмя кланами Лесов Траун.
— Да! — закричала Терион.
— Наконец-то! — Фалько победно сжал кулаки.
— Победа! — заявила Фенрир, привлекая всеобщее внимание. — Что? Я старше них. Если тройняшки получают магического зверя, значит, и я получу, верно?
— О боги... — Селия схватилась за волосы при мысли о ещё одном рте, который нужно кормить, ещё большем количестве шерсти по всему дому и ещё большем ущербе мебели.
— Верно, солнышко. — кивнул Защитник. — Ты уже большая девочка.
— Ура! — Фенрир подняла руки вместе с тарелкой. — Добавки, пожалуйста. Я всё ещё голодна!
— О боги... — Селия закрыла глаза и сложила руки в молитве, наблюдая, как её младший ребёнок ест почти как взрослый.
— Папа, а почему мама становится такой набожной во время еды? — спросила Лилия.
— Да. Дядя Легайн ведь прямо здесь. Она может поговорить с ним в любое время. — добавил Леран.
— Я объясню вам, когда вы станете старше. — вздохнул Райман.
Он слишком хорошо понимал боль своей жены, но не мог допустить, чтобы Фенрир осталась единственным ребёнком без собственного зверя.
Благодаря работе и награде за раскрытие угрозы Чёрного Трона, Защитник успел скопить приличное состояние, но содержание пяти Императорских Зверей и двух магических зверей обходилось недёшево.
Ещё один питомец лишь ускорил бы неизбежное.
Тройняшки уплетали еду, нетерпеливо ожидая встречи со своими будущими скакунами. Фенрир же съела столько, что Селия начала бояться того дня, когда её семья перестанет быть гостями Верхенов.
Элина заметила тревогу подруги, но сделала вид, что ничего не видит. Она слишком хорошо помнила, каково это — бояться, что не хватит денег накормить своих детей, и понимала, что никакие слова не помогут охотнице.
— Кстати, Солус, а как у тебя с аппетитом? — спросила она.
— Прошу прощения? — Солус едва не подавилась третьей порцией десерта.
— Ты стала Божественным Зверем, но я заметила, что ешь столько же, сколько и раньше. — Элина поднялась и ласково погладила Солус по голове. — Тебе не нужно голодать или прятаться в башне, чтобы наесться вдоволь.
— Мы твоя семья, и тебе не должно быть стыдно быть собой рядом с нами.
— Спасибо, мама. — Солус густо покраснела и поспешно вытерла рот.
Как ни странно, говорила она, глядя при этом на Менадион, словно щенок, боящийся получить выговор. Первая Повелительница Пламени подняла бровь и безмолвно удовлетворила просьбу дочери.
Менадион знала, что с тех пор, как Солус стала Божественным Зверем, её аппетит почти не изменился. Сторона башни, ставшая частью её жизненной силы, питалась мировой энергией и сырыми материалами, которые человеческая и звериная части преобразовывали в питательные вещества.
Как и до прорыва, Солус ела в основном из-за обжорства. Статус Божественного Зверя она использовала лишь как прикрытие, чтобы не становиться объектом новых шуток, и слова Элины заставили её чувствовать себя виноватой за то, что она обманывает семью и заставляет их переживать.
После обеда Лит перенёс всех вместе с особняком на окраину Лесов Траун и вызвал вождей пяти племён магических зверей.
Рыси, Шифы, Гилады и Быки были изначальными правителями леса, но после падения Ирту стая Кронов переселилась в Траун и постепенно расширяла своё влияние. Уже многие годы Быки и Кроны соперничали за то, чтобы вырастить Императорского Зверя и занять место пропавшего четвёртого короля леса.
Закладка
Комментариев 1