Глава 201.3. Судебные тяжбы

Возрождение злополучной супруги

За каждым шагом Сюань Пэя следили многочисленные заинтересованные люди. Если кто-то узнает, что он замешан в деле Цзян Жуань, девушка боялась представить, какое сообщение выйдет наружу. Лучшее, что он мог сделать, пребывая во дворце, – это мудро и спокойно оставаться в стороне, особенно сейчас, когда дело Цзян Цюаня на этот раз может быть успешно разрешено без его участия.

– Сяо Шао сделал то, что должен был сделать, а то, что собирается сделать Бэнь Дянь, является делом Бэнь Дяня. Разве для того, чтобы сделать то, что хочет сделать Бэнь Дянь, Бэнь Дяню нужно всё ещё оставаться в отсвете его лучей? – Сюань Пэй холодно фыркнул: – Люди в отделе судебных разбирательств всегда были скользкими. Цзинь Ин Ван оказывал на них давление. Кроме того, если Бэнь Дянь снова выйдет и примет в этом участие, они также поймут, что этот вопрос очень тривиален, и они, естественно, нападут на Цзян Цюаня, не оставляя тому места для манёвра. В любом случае, Бэнь Дянь будет вполне удовлетворён, если сумеет добавить немного веса к преступлению Цзян Цюаня.

Мин Юэ беспомощно пожала плечами. Враждебность Сюань Пэя к Сяо Шао никогда не уменьшалась, но Мин Юэ, которая, хоть и была взрослой, оставалась немного ребячливой, не всегда могла понять маленького Сюань Пэя, который всегда казался стариком. Она только понимала, что в отношениях тринадцатого принца к этим двоим были следы зависти и лёгкого соперничества к Сяо Шао. Естественно, эти чувства были вызваны их соперничеством из-за Цхян Жуань. И хотя сейчас Мин Юэ просто предупредила юношу, чтобы он не был слишком беспечен, как чувство ревности с новой силой вспыхнуло в сердце тринадцатого принца.

* * *

Вход в вестибюль отдела судебных разбирательств уже давно окружён людьми, пришедшими понаблюдать за грядущими волнениями. Отдел судебных разбирательств всегда был печально известным справедливым судебным процессом. Каждый раз, когда это личное дело между членами знатных семей столицы, люди, естественно, испытывали желание прийти, чтобы увидеть оживлённую потасовку. Если бы кто-то действительно не оказался загнан в тупик, большинство людей не стали бы даже помышлять о том, чтобы прийти в отдел судебных разбирательств. В конце концов, семейные скандалы не могут быть преданы огласке, и никто не хочет, чтобы частные скандалы из их собственной семьи стали предметом обсуждения среди бела дня.

Когда Цзян Жуань прибыла, она, естественно, снова подняла шум, и это был первый раз за всю Историю, когда дочь подавала в суд на своего биологического отца. Хотя Цзян Жуань с момента своего возвращения из сельской резиденции не переставала потрясать этот город. Сначала никому не известная, она привлекла внимание Вдовствующей Императрицы И Дэ, получив в награду за её спасения титул Цзюньчжу. Теперь её личность была ещё более значимой – Ванфэй главного мятежника и вора имперской столицы. Каждая личность Цзян Жуань удивительна. Это правда, что её повсюду сопровождало множество ревнивых взглядов, но ещё больше было завистливых.

То, что сделал Цзян Цюань, естественно, было непростительно, но подход Цзян Жуань пошёл значительно дальше: даже шесть родственников более не узнавали друг друга (1). Из-за подобных действий со стороны девушки отношение сторонних людей было чётко разделено на две группы. Одна из них настаивала на том, что Цзян Цюань заслуживает смерти за свои преступления. Хотя подход Цзян Жуань выходил за рамки дозволенного, это было простительно. В то же время вторая группа людей считала, что Цзян Жуань нарушила этику Великой династии Цзинь и подала в суд на своего биологического отца, нарушая все догмы кровного родства. Обращаться в суд и выступать против собственного отца было действительно непочтительно.

Что бы ни думали другие, Цзян Жуань это никогда не волновало. Она вышла из кареты, и сегодня на ней было новое платье с рисунком, похожим на сокровище. Линии в нём были сложными и торжественными, что подчёркивало всю её осанку, придавая девушке чрезвычайно благородный вид, в то время как цвет атласного плиссированного плаща с опушкой из лисьего меха был столь же ярким, как горящий огонь. Всю прошлую ночь шёл снег, и теперь сугробы достигали высоты в полфута, и она была невероятно прекрасна на фоне серебристого зимнего покрова в своём красном наряде. Это великолепие почти заставляло людей непроизвольно задерживать дыхание.

Чиновники в отделе судебных разбирательств всегда одинаково относились к людям, которые приходили в общественный зал, но они не могли не проявить немного уважения, когда столкнулись с Цзян Жуань. Эту дочь семьи Цзян не следует недооценивать. Их лидер, Сунь Сюй, специально приказал своим подчинённым быть вежливыми с Цзян Жуань, прошлой ночью. Даже к такому человеку, как Сунь Сюй, который не боялся власти и статуса, было необходимо относиться к этой девушке с определённой вежливость. Если бы кому-то хватило мозгов подумать об этой дочери Ди семьи Цзян, он бы понял, что её никак нельзя недооценивать.

Для сравнения, отношений к Цзян Цюаню находилось в ста восьми тысячах ли отсюда (2). У Сунь Сюя был странный характер при дворе, и он был почти бесстрашен, даже перед лицом своих бывших коллег, в результате он не имел хороших отношений с кем-либо из них.

________________________

1. 六亲不认 (liù qīn bù rèn) – дословный перевод – шесть родственников не узнали друг друга – идиома, говорящая о людях, отказывающихся от собственных кровных уз, бесчувственные, чёрствые люди. Под шестью родственниками понимается не шесть случайных человек, а шесть видов или степеней родства: отцы и дети, муж и жена, старшие и младшие братья / сёстры.

2. 十万八千里 (shíwàn bāqiān lǐ) – литературный перевод – сто восемь тысяч ли – метафоричное описание чего-то чрезвычайно далёкого, например, от истины или друг от друга.