Глава 174.2. Аккомпанируя актёрам •
– Мой третий брат и я процветаем вместе и вместе же несём потери. На мне лежит обязанность разобраться с вопросом о безопасности третьего брата. Третья невестка, – медленно произнёс он. – Ты не можешь напугать змею этим вопросом. Ты могла бы с таким же успехом позволить тёмной страже сначала продолжать следить за Чжан Цзи, а затем найти кого-нибудь для охраны Ся фу и Цзян фу. Давай обсудим это в долгосрочной перспективе. По крайней мере, если ты хочешь остановить это, тебе необходимо найти идеальное решение.
– Зачем останавливать это? – легко спросила Цзян Жуань.
Ци Фэн был ошеломлён и озадаченно посмотрел на неё:
– Каково же тогда решение этой проблемы?
– В мире есть своего рода страдание, которым нельзя поделиться с другими, если вы добьётесь успеха, и вы не можете довериться другим, если вас обидели. Поскольку Ся Цзюнь и Цзян Чао собираются сделать это в темноте, я хочу, чтобы они молча съели горькую пилюлю и ничего не могли об этом сказать (1). Молодой господин Ци привык к честной и справедливой силе, но я думаю, что иногда удобнее действовать втёмную. На этот раз я хочу, чтобы они заплатили за это!
Потрясённый холодным светом, который на мгновение вырвался из этих прекрасных глаз, Ци Фэн не мог не застыть на месте, но он чувствовал, что эта очаровательная девушка, которая родилась от природы прекрасной, была жестокой, и в одно мгновение расцвела неотразимым цветом. Молодой человек никогда раньше не встречал такой женщины, поэтому не мог удержаться от долгого вздоха и сказал:
– Итак, что, по мнению третьей невестки, нам необходимо предпринять?
Цзян Жуань посмотрела на него с улыбкой:
– Я знаю, что у молодого господина Ци тоже есть личность при Императорском дворе. Восьмой принц обязательно выступит в следующем большом представлении. Для этого шоу молодой господин Ци должен договориться, чтобы кто-нибудь пошёл и позвал на представление. Таким образом, это будет крайне весело.
– Он сказал тебе даже это? – Ци Фэн снова вздрогнул, а затем сказал с кривой улыбкой: – С другой стороны, ты оказалась юной леди, принадлежащей к Цзинь Ин Ван фу, так что нет ничего плохого в том, чтобы рассказать тебе. Пожалуйста, третья невестка, позаботься обо мне в будущем. Но и на этот раз, пожалуйста, дай мне ещё один совет.
* * *
Во дворце.
В Императорском саду Императрица пила чай и беседовала с несколькими Мэй Жэнь. Весенний пейзаж (2) во внутреннем дворе был грациозен, но Императрица на главном месте, облачённая в прекрасное платье, не имел возможности скрыть следов старости на своём лице.
Наследный принц сейчас становится всё более и более непопулярным. Хотя Император явно не отдавал приказа об упразднении положения наследного принца, наследный принц был не так вовлечён в крупные события при дворе, как восьмой принц и пятый принц. Этого достаточно, чтобы заставить людей, которые всё ещё наблюдают, изменить своё мнение. Первоначально там было несколько нейтральных людей, но теперь они тайно нашли убежище во фракциях восьмого и пятого принца, почти повергнув двор в хаос. Что касается людей наследного принца, то, напротив, их осталось не так уж много. По крайней мере, все при дворе знали, что ноша становления будущим монархом Великой династии Цзинь, к сожалению, не ляжет на плечи наследного принца. Теперь всё зависело от того, кто, пятый или восьмой принц, окажется более способным.
Одной из девушек, сидевших рядом с Императрицей, была Ван Лянь’эр, а другой – Цзян Дань. Ван Лянь’эр была одета в розовое шёлковое газовое дворцовое платье с высокой талией, подчеркивающее её и без того светлую кожу цвета козьего молока. Её внешность была прекрасна, а в её жестах проскальзывали такие мягкость и элегантность, которые могут присутствовать лишь у человека, который впитал их до мозга костей, а также слабая книжная аура. Юная леди из семьи учёного – по-настоящему талантливая девушка, теперь получила благосклонность со стороны Императора и часто сопровождала монарха.
Цзян Дань была одета в изумрудное платье. Когда дело доходило до её внешности, она не была такой нежной и элегантной, как Ван Лянь’эр, но в Цзян Дань чувствовалось ощущение свежести и бодрости. По сравнению с такими людьми, как Ван Лянь’эр, Цзян Дань сейчас выглядела вполне счастливой во дворце, и даже Императрица с трудом могла относиться к ней с отвращением. Цзян Дань действовала с видом невинности и была добра к подчинённым во дворце, не говоря уже о том, что не проявляла никаких активных действий в попытках добиться Императорской благосклонности. Поэтому, по сравнению с Ван Лянь’эр, все во дворце любили её, сверху донизу. Теперь она часто следовала за Императором, иногда говоря вещи, которые заставляли Его Величество смеяться, и Император это очень ценил.
Му Си Жоу сегодня не пришла. Она всегда была высокомерной и равнодушной, и она всегда пренебрегала необходимостью поддерживать хотя бы видимость добросердечных отношений с другими наложницами. Также не было Сянь Фэй. После поражения Гуй Фэй Чэнь и Шу Фэй она весь день пряталась в своей резиденции, очищая сердце и смиряя желания. Именно потому, что битва между пятым принцем и восьмым принцем стала более напряжённой, ей пришлось поспешно отступить, чтобы не выглядеть высокомерной и честолюбивой.
______________________________
1. 哑巴吃黄连，有苦说不出 (yǎba chī huánglián yǒukǔ shuō bùchū) – литературный перевод – проглотили горькую пилюлю и ничего не могли об этом сказать – идиома, которая описывает невозможность поведать о своих страданиях; держать горе в себе.
2. 莺莺燕燕 (yīngyīng yànyàn) – литературный перевод – весенний пейзаж – в переносном смысле это описание скопления прекрасных девушек.