Глава 434. Собрать все священные плоды •
Внутри гигантского бронзового саркофага царила таинственная атмосфера. Различные гравюры мерцали, испуская неяркое, то появляющееся, то исчезающее сияние.
Бронзу покрывал толстый слой патины, но она не могла полностью скрыть размытые бронзовые изображения. Там были древние предки, взирающие на звездное небо, и древние боги со следами слез на лицах…
Теперь эти изображения словно живые пытаясь пробиться сквозь зеленую патину и толстый слой ржавчины, создавая невероятно реалистичное впечатление.
Все больше расплывчатых гравюр мерцало. Свирепая девятиглавая божественная птица взмахнула крыльями и взлетела ввысь, пересекая синее небо. Другое непокорное небесам существо, подобное Священной Боевой Обезьяне, возвышалось на облаках, а его посох раскалывал небеса.
Здесь были древние чудовища, описанные в «Книге гор и морей», такие как «Четыре символа зла»[1], а также множество неизвестных существ огромных размеров со свирепыми лицами, настолько живые, что внушали страх при взгляде на них.
[1] П/п.: описание в конце главы.
Е Фаня больше всего интересовала карта звездного неба. Она была настолько реалистичной и глубокой, непредсказуемо меняющейся, что создавала ощущение бескрайности и необъятности. Холодное и темное дыхание космоса словно обдувало лицо.
Он пытался запомнить древнюю звездную тропу, но эта тонкая нить растягивалась слишком быстро, то появляясь, то исчезая. Он совершенно не понимал, через какие звездные регионы она проходила.
Из-за бесконечности космоса и отсутствия системы координат, он не мог ничего распознать. Взгляд с другого конца вселенной сильно отличался от наблюдения отсюда, и было неясно, с какой точки зрения это изображалось.
— Гора Тайшань, древняя звезда Инхо, Древняя Запретная Земля… Дальше указывает на древнюю звездную область Цзывэй? — пробормотал Е Фань, в его сердце росло невыразимое изумление.
Вспышка света — и все гравировки на стенках саркофага потеряли свое сияние и быстро потускнели. Казалось, все было связано с маленьким бронзовым гробом. Как только его перестали трогать, все успокоилось.
Бронзовый гроб внутри огромного саркофага был около четырех метров в длину и менее двух метров в ширину. Древний и тусклый, со старинными узорами, он был весь покрыт зеленой патиной и отметинами прошедших лет.
Дзынь!
Е Фань попытался поднять крышку. В его голове роилось бесчисленное множество вопросов: кто же похоронен в Гробу, Влекомом Девятью Драконами?
Гул!
И действительно, когда он снова коснулся маленького гроба, различные гравировки вновь засияли, наполняясь таинственностью.
Лязг!
Е Фань чувствовал, будто пытается сдвинуть гору. Бронзовый гроб был тяжел, как огромная скала. Он напряг все силы, его тело словно было отлито из золота, золотая ци бурлила, а кости его нетленного святого тела скрипели, готовые сломаться.
Бум!
Наконец, ему удалось приоткрыть крышку, образовав крошечную щель. Оттуда вырвалась струйка первозданной энергии, которая мгновенно отбросила его.
Даже его могучее золотое святое тело было пробито насквозь. Если бы не кусок Зеленой Меди в его Море Сансары, который слегка завибрировал и поглотил эту туманную первозданную энергию, он бы умер.
Е Фань был в ужасе. Это было слишком ужасающе — появилась нить энергии первозданного хаоса! Даже его святое тело на уровне малого совершенства было словно бумажное, совершенно не способное противостоять напору. Этот результат глубоко поразил его.
Он поспешно выпил из божественного источника, чтобы исцелить раны. Он не хотел, чтобы в момент, когда трещины от Великого Дао почти зажили, этот древний гроб уничтожил его тело. Жизненная энергия бурлила в нем, быстро циркулируя.
Е Фань был безмерно потрясен. Что же внутри маленького бронзового гроба? То, что могло издавать звуки Великого Дао, вполне могло быть древним священным писанием. Нечто, испускающее нить энергии хаоса, скорее всего, было величайшим сокровищем. А если там лежит тело, то это еще ужаснее.
Прошло много времени, прежде чем раны Е Фаня зажили. Он, естественно, не осмелился снова поднимать крышку гроба, так как там таилась смертельная опасность!
Он ходил внутри огромного саркофага, внимательно изучая каждую гравюру и размышляя. Чем больше он думал, тем более шокированным становился, в его голове рождались бесчисленные поразительные мысли.
В бескрайних звездных просторах таится множество секретов. Древние пути среди звезд не имеют конца, их конечная точка неизвестна. Возможно, этот древний и загадочный звездный край — всего лишь часть пути.
Девять Драконов, Тянущих Гроб, возможно, отправились в путь еще в глубокой древности. Куда же они в итоге направляются? Возможно… нет ни начала, ни конца, нет ответа и неизвестно место назначения.
Е Фань долго размышлял, затем вышел из саркофага с Семенем Цилиня и семицветным камешком. Он направился к девяти огромным драконьим трупам, замыслив воспользоваться ими.
Независимо от того, настоящие ли это драконы, их форма настолько схожа, что они явно были необычными. Даже если это водяные драконы, они, вероятно, эволюционировали до непостижимого уровня.
То, что они тянули бронзовый саркофаг через бескрайний космос и до сих пор не разложились, говорило само за себя — их тела настоящее сокровище.
Раны Е Фаня от Великого Дао еще не зажили, но его физическое тело почти восстановилось, обладая несравненной силой. Он снова хотел добыть драконью кровь, но как ни старался, не смог сорвать с тел ни одной чешуи.
Он изо всех сил пытался вырвать драконий рог, так что у него лопнула кожа между большим и указательным пальцами, но не смог его сдвинуть. Он ухватился за драконий ус, чуть не срезав себе ладонь, но не смог ничего добиться.
«Это непревзойденное божественное сокровище, я практически сижу на нем, но не могу взять ни крупицы», — подумал Е Фань.
Он действительно не знал, что делать. Попытавшись поднять одного дракона, он обнаружил, что тот тяжелее горы, к тому же прикован железными цепями к саркофагу. Их нельзя было ни разрубить, ни сдвинуть.
В течение следующих нескольких дней он одновременно лечил свои раны и изучал бронзовый саркофаг с драконами. К сожалению, хотя он и знал, что это бесценные сокровища, он ничего не мог с ними поделать.
Невозможность разрубить цепи или сдвинуть дракона это было равносильно тому, как охранять гору сокровищ, но не получить даже медной монетки — было крайне досадно.
Не успел Е Фань оглянуться, как прошло уже более двадцати дней с тех пор, как он вошел в Древнюю Запретную Землю. В этом древнем мире раны от Великого Дао действительно постепенно заживали.
Несколько лет назад он собрал два вида священных плодов, а теперь еще три. На девяти священных горах оставалось еще четыре вида божественных корней, и он решил снова рискнуть.
На этот раз ему очень повезло, он собрал шестой вид священных плодов. Они были похожи на маленькие солнца, каждый золотистый и идеально круглый, размером с кулак младенца.
Шестой вид божественного корня породил девять маленьких деревьев, и на них выросло девять плодов. Держа их в руках, Е Фань сам словно светился ярким светом.
Плоды действительно напоминали эссенцию солнца. Их лекарственная сила была таинственной и могущественной, сами они прекрасны и прозрачны. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы опьянеть.
Е Фань снова начал медитацию. На шестой день, после того как он усвоил два Плода Солнечного Бога, вокруг него закружились неполные небесные узоры, отпечатываясь в его теле и проникая в раны от великого Дао.
Можно было ясно видеть, как раны медленно затягиваются, их состояние улучшалось. В то же время его тело тоже начало меняться, кости и плоть менялись.
До этого, когда он вошел в святую землю, сила опустошения нанесла ему слишком серьезные раны. Он съел семь священных плодов, чтобы лишь восстановиться до прежнего сильного состояния. Теперь же, усвоив еще два Плода Солнечного Бога, он почувствовал, как все его внутренние органы задрожали, появились признаки перерождения.
Три дня спустя, когда он усвоил третий Плод Солнечного Бога, его кости затрещали, тело треснуло, сбросив старую кожу, и родилось заново.
Его физическое тело стало чрезвычайно сильным, избавившись от старости, снова наполнилось жизненной силой и энергией. Телесная оболочка стала даже крепче, чем прежде!
Оставшиеся шесть золотых плодов он запечатал, поскольку фрагменты мироздания в них были одинаковыми и больше не могли помочь в лечении ран Великого Дао.
Лязг!
Е Фань напрягся и смог поднять маленький бронзовый гроб. Можно представить, насколько сильным он стал, превзойдя прежний уровень.
Хотя это было очень тяжело, он действительно смог его сдвинуть. Казалось, будто он нес на спине целую гору. Все его тело переполняла энергия, пот лился ручьями, а золотая ци окружала его тело, подобно пламени.
Бум!
Когда он опустил маленький гроб, раздался оглушительный звук. Саркофаг и большой гроб обладали притягивающей силой, и снова соединились вместе.
«Осталось еще три плода, я должен сорвать их все, чтобы исцелить раны!»
Однако в последующие несколько дней Е Фань несколько раз видел опустошенного раба. Он не осмеливался подниматься на гору, опасаясь навлечь на себя смертельную беду. Так он прождал полмесяца, за это время увидев его еще дважды.
«Похоже, единственный выход — это подняться в горы с гробом…»
Приняв решение, Е Фань в тот же день начал подниматься на гору шаг за шагом, неся на спине маленький гроб. Тот давил так, что все кости в его теле трещали. С каждым шагом в твердой как железо святой горе появлялись глубокие трещины.
Поднявшись на гору, он действительно снова увидел опустошенного раба, а также беловолосого мужчину, святую деву Небесной Яшмы и старика с седыми волосами и юным лицом.
Е Фань продвигался шаг за шагом. Трое опустошенных рабов, уставившись на бронзовый саркофаг, застыли в оцепенении. Они не предпринимали никаких действий и даже отступали, словно не желая подходить слишком близко.
Вжух!
В конце концов, они все спрыгнули в бездну и больше не появлялись, видимо, испытывая невероятный страх перед бронзовым гробом.
Е Фань нес на спине гроб, собирая лекарственные травы — такое случилось впервые, но у него не было другого выбора, если он хотел выжить. В тот день он собрал три вида священных плодов, каждый из которых был необычайно удивительным. Один вид фруктов был похож на окутанный туманом маленький треножник, излучающий Дао. Таких плодов было шесть штук.
Другой вид был похож на летящую Красную птицу[1]. Ярко-красного, кровавого цвета, они выглядят как живые, словно готовые расправить крылья и взлететь в небо. Всего их пять.
[1] Красная птица (朱雀) — один из четырех китайских знаков зодиака, мифологический дух-покровитель юга. Описывается как птица красного цвета, которая похожа на фазана с пятицветным оперением и постоянно объята пламенем. Красную птицу часто ошибочно принимают за феникса, но это два разных существа.
Последний вид плодов тоже имел особенный вид, напоминая маленький круглый диск, сверкающий синим светом. На нем было восемь шрамов бледно-золотого цвета, очень похожих на восемь триграмм. Их тоже было пять.
— Это…
Е Фань в изумлении цокал языком. Священные плоды действительно необычайные, ни один не повторялся. Каждый был невероятно чудесным, ослепительно ярким и сверкающим.
Успешно собрав все священные фрукты, он с трудом понес бронзовый гроб обратно. На пути вниз с горы он почти катился кубарем — гроб был настолько тяжелым, что чуть не сломал все кости в его теле.
В течение следующих двух с половиной недель из древнего бронзового саркофага распространяя благоухающий аромат исходила аура Дао. Различные удивительные плоды излучали необычайно яркое сияние.
Когда он усваивал Плод Красной Птицы, казалось, будто вокруг него танцевала Красная птица и тихо пел феникс. Неполные небесные узоры циркулировали, каждая частица его плоти дрожала, постоянно обновляя кровь и перерождаясь.
Когда он усваивал божественный Плод Маленького Треножника, его кости ломались дюйм за дюймом, а затем перестраивались. Неполные небесные узоры сначала окружали его тело, а затем проникали в раны от Великого Дао.
Во время очищения священного плода со шрамами Багуа, восемь видов изначальных узоров преобразовались в расположение восьми триграмм по восьми сторонам, окружая его. Одна за другой появлялись таинственные даосские диаграммы, поглощая его.
За эти почти двадцать дней плоть и кости Е Фаня постоянно регенерировали, он полностью преобразился. Несмотря на то, что он вырезал на своем теле девять древних символов, он все равно чуть не стал еще меньше и едва не превратился в ребенка.
Преображение плоти сделало его тело чрезвычайно сильным. Казалось, одним движением руки он мог пронзить небо и землю.
※※※※
[1] «Книга гор и морей» (山海经) — древнекитайский трактат, описывающий реальную и мифическую географию Китая и соседних земель и обитающих там созданий. Это произведение, создание которого традиционно приписывается легендарному Великому Юю, в действительности было написано в течение последних веков до нашей эры и первых веков нашей эры.
Хуньдунь (混沌) — в древнекитайской мифологии первозданный хаос, существовавший до создания мира. Он представлялся в виде бесформенного существа или мешка, не имеющего отверстий (глаз, ушей, рта, носа).
Цюнци (穷奇) — в древнекитайской мифологии злой дух или чудовище, обитающее в горах. Описывается как животное, похожее на тигра с крыльями.
Таову (梼杌) — в древнекитайской мифологии демоническое существо, напоминающее тигра или обезьяну. Оно известно своей жестокостью и свирепостью.
Таоте (饕餮) — в древнекитайской мифологии прожорливое чудовище, пожирающее все на своем пути. Оно символизирует жадность и ненасытность.
Эти четыре мифических существа считались воплощением зла, хаоса и разрушения в древнекитайской культуре. Они часто упоминались вместе как «Четыре древних чудовища» или «Четыре символа зла».