Глава 222 •
Ничто не нарушало тишину. Она властвовала безраздельно. Переплеталась с окружающей темнотой, вбирала её в себя, обращаясь величественным, в чём-то угнетающим безмолвием. Глухое, лишённое чего-либо оно натягивало нервы до предела, словно струны. Те разве что не звенели – не смели потревожить тишину.
Сколько это продолжалось Рей не знал. Мысли в голове появлялись, исчезая в то же мгновение. Обрывочные и несвязные, они туманили рассудок, не позволяя осознать происходящее. Но это и не потребовалось.
Мир разом посерел. Стал смесью белого и чёрного, снега и теней.
Вместе с тем отступила и тишина. Разъялась единственным звуком, – далёким, уже затихающим криком неясыти, празднующей удавшуюся охоту.
Рею не требовалось оглядываться, чтобы понять, где он оказался. Знакомая поляна, та самая на которой он впервые появился в этом мире. Это даже немного успокаивало. Но лишь немного и причин тому было сразу несколько.
Первую из них Рей заметил почти сразу. Летом Фарос в этих местах напоминал собой самый настоящий сказочный лес. А вот зимой да ещё и ночью… Голые, острые чёрные ветки, причудливая игра теней и холод… Вот только холода Рей собственно и не ощущал. Совсем. Хоть и стоял по колено в снегу.
Что-то было не так.
Рей бездумно, привычно заглянул внутрь себя, желая сменить облик. Здесь и обнаружилась вторая проблема.
Нет. Все души остались на месте. По крайней мере, все, потерю которых он тут же бы заметил. А вот превратиться не получалось. За доли секунды Рей успел перебрать десятки душ, но ни одна не откликнулась. И, пожалуй, подумать над этим стоило бы подольше, но проблемы продолжали появляться.
Шестеренки в голове завертелись, подмечая всё новые детали. Деревья вокруг мерно покачивались под порывами ветра, а вот Рей его не ощущал. Истончились запахи, звуки раздавались на самой грани слышимости. В черноте ночи отметить это оказалось не так-то просто, но даже цвета померкли.
Может нашлось бы ещё что-то, но внимание Рея к себе приковало то, что стояло по центру поляны, там, где под толщей снега и льда пряталось болото.
Кувшин? Может ваза? Рей никогда не считал себя знатоком гончарного искусства. По колено высотой, без ручек и с довольно широким горлом, это нечто стояло на снегу, совсем не продавливая его вниз, будто невесомое. При этом сияло мерным, ярким голубым светом, — оттого и выделялось на будто лишившимся всех цветов фоне.
И лишь двинувшись к находке, Рей понял, что проблемы гораздо серьёзнее, чем ему изначально показалось. Не то чтобы неспособность менять облик была чем-то несущественным, но… Когда при первом же шаге, выглядящая абсолютно нормально нога прошла прямиком сквозь снег, Рей выругался. Или попытался, ведь смог издать лишь невнятный шёпот.
Секундное смятение, обуявшее мысли, исчезло, будто его и не было. Рей понятия не имел, что здесь творится, но паниковать даже не думал. Хоть и заметно нервничал. Привычно он потянулся к вплетённой в ленту для волос серёжке.
А вот когда стало понятно, что волосы ничем не стянуты, ледяное спокойствие охотника ощутимо дрогнуло, а лицо застыло в нечитаемом выражении.
Лишь чтобы убедиться в своей правоте, Рей заглянул в Инвентарь.
Не осталось ни золота, ни драгоценных камней, ни даже вина. Где-то далеко на западе, под толщей многотонных скал, а быть может уже на дне океана, сейчас лежали и гильфаровые кинжалы. Впрочем…
Оружие, до этого казавшееся весьма ценным теперь не хотелось даже вспоминать. Чего стоят эти кинжалы перед существом, способным в доли мгновения перемолоть в щебень целую гору?
У Рея непроизвольно опустились руки. В голове поселилась пустота. Столько стараний, столько ночей проведённых за упорными тренировками не стоили ровным счётом ничего.
Осознание собственного бессилия оказалось на редкость неприятным. Сцена недавней смерти пронеслась перед глазами не один десяток раз, прежде чем Рей почувствовал на себе чужой взгляд. Сверху.
— «Ты слишком испугался увиденного, дитя. Неужели до этого момента ты не мог даже вообразить, что в мире существует нечто несравнимо большее и значимое, чем ты сам?»
О ком Она говорила в тот момент Рей так и не смог понять. Ни тогда, ни гораздо позже. О монстре, разрушившем Селестес? Или же о себе самой?
— «В тебе ещё осталось слишком много человеческого и здесь поможет лишь время. Очень много времени».
Отвечать хоть как-то Рей не хотел. В нынешнем состоянии он легко мог наговорить лишнего. А пока ещё не пришло то время, когда стоило ссориться с сущностью, способной в любой момент забраться ему в голову. Но в чём-то Её слова верны. Увиденное очень хорошо показало, насколько незначительна та сила, которой он располагает. И Рей был уверен, что усвоил этот урок судьбы.
К тому же, в текущей ситуации гораздо разумнее воспользоваться протянутой рукой помощи – не просто так ведь Богиня появилась именно в этот момент.
— Что здесь происходит? — В тихом шёпоте Рея не удалось бы отыскать и крупицы того раздражения, что переполняло его ещё минуту назад. Почти наверняка скрыть истинные эмоции не удастся, но это лучше, чем не делать совсем ничего.
— «Ты умер», — прозвучало в голове, — «Но ещё не возродился. Повернись всё немного иначе, окажись ты хоть самую малость слабее и сосуд не появился бы здесь. А твоя суть растворилась бы в потоках энергии мира».
Рею не оставалось ничего иного, кроме как вновь усомниться в том, не способна ли Она читать его мысли? Всего минуту назад он размышлял лишь над тем, насколько же ничтожны его возможности… Совпадение? Или демонстрация?
— И для чего этот сосуд? — Рей опустил взгляд к той самой светящейся вазе.
Молчание немного затянулось. Раздражение внутри Рея понемногу росло, но наконец, среди его собственных мыслей вновь зазвучал глубокий, похожий на музыку голос:
— «Я уже говорила тебе. Всё в этом мире имеет свою цену. И только что, мир потребовал с тебя плату».
Рей не стал говорить, что эти слова, как и ночь, когда они прозвучали, забыть он никак не мог. Более того, ему начало казаться, что Она попросту пытается его разозлить. И стоит признать, небезуспешно…
— Как мне заплатить? Чем?
Будто насмехаясь, Богиня ответила так, что Рею оставалось лишь увериться в предыдущей догадке:
— «Единственным, что у тебя сейчас осталось».
На лице Рея не дрогнул ни один мускул. Он, как и обычно, выглядел собранным и немного хмурым. Разве что гневно сжимал пальцы на скрытых снегом ногах.
Загадка каких-либо затруднений не вызвала.
«Платой за первые смерти служили души и, стоит полагать, именно их Она и имеет ввиду». — Размышлял Рей уже оглядывая совершенно гладкую поверхность кувшина. Никаких узоров или надписей. Даже материал не угадать. С равным успехом сие могло быть слеплено из глины, вырезано из дерева или отлито из стали. Из-за свечения не разобрать. Зато благодаря ему Рей понял, что его тело, ко всему прочему, не отбрасывает тени.
Долго сверлить взглядом сосуд он не смог и протянул вперёд руку. Прикасаться к непонятно чему – не лучшая идея, но за неимением других…
Впрочем, ничего плохого не случилось. Но и хорошего тоже – ладонь прошла насквозь.
Похоже, оставались в самом деле только души. Особо расщедриваться Рей не собирался, вот только что-то подсказывало ему: раз уж этот сосуд здесь появился, дёшево отделаться не удастся. Комок серой энергии легко покинул внутреннее пространство, проплыл несколько сантиметров по воздуху и исчез внутри кувшина.
Ничего не произошло.
Бесцельно выбрасывать души Рей не спешил. Во-первых, потому что прямо сейчас кувшин всё так же был пуст, хоть душу и поглотил.
Взгляд сверху никуда не делся и раз уж что-то пошло не так, стоило воспользоваться возможностью:
— Я что-то делаю неверно? Или душ нужно больше?
— «Мне это неизвестно. Прямо сейчас твоя суть находится где-то на самой грани материального мира. Я не вижу тебя и помочь не могу».
Готовый к очередному отказу или непонятной загадке, Рей не мог не удивиться совершенно понятному ответу. И хоть никаких причин верить сказанному не было, почему-то прямо сейчас он был убеждён: услышанное – не ложь. Но при этом расслабляться Рей не собирался. Лицо осталось неподвижным, а тело расслабленным. Даже если Она способна читать его мысли, даже если все его потуги скрыть собственное недоверие и злобу – не более, чем трепыхания пришпиленного к стенке насекомого, – это лучше, чем сдаться и не делать совсем ничего.
Но подумать стоило над другим. Плевать, что Богиня, похоже, оказалась не всесильной и не всеведущей. Вопрос в том, что теперь делать?
— Нужно больше душ? — Рей ощутимо беспокоился, хоть никак этого и не выдал.
— «Возможно».
— А если их не хватит?
— «Тогда всё завершится прямо сейчас», — в спокойном, размеренном голосе каким-то неведомым Рею образом прозвучала непреклонность и вместе с тем благодушие. — «Ты останешься здесь навсегда. Ни живой, ни мёртвый. Невидимый для всех, но способный мыслить. Привязанный к этому сосуду». — Последнее заявление Рею сильно не понравилось. Захотелось его тут же проверить, но Она продолжала говорить. — «Поначалу время будет тянуться медленно. Неумолимо. В какой-то момент тебе покажется, что оно и вовсе остановилось. Но не печалься, когда-нибудь твой утомившийся рассудок погаснет. Тогда время исчезнет совсем. Дни сольются в один, – твой надломившийся разум перестанет их различать и…»
— И что мне делать? — Дослушивать историю Рей не собирался. Нужно действовать. Но вопрос Богиня, похоже, поняла по-своему.
— «Можно заранее погрузить себя в состояние чем-то схожее со сном. Но без снов. И мыслей. Не худший из вариантов».
Рей не сумел сдержаться и недовольно поморщился. Только что Она говорила, что не видит его и помочь не может, а теперь в стольких деталях описывает то, что произойдёт в случае неудачи. А значит, где-то Она уже сталкивалась с подобным. Вот ведь…
Поняв, что начинает терять самообладание, Рей поспешил взять себя в руки. Всё, что прозвучало здесь сегодня было сказано неслучайно. И последняя оговорка, скорее всего, вовсе не является таковой.
Рей в последний раз поморщился и наконец-то успокоился. Он напомнил себе, что ссориться с Богиней не стоит. Советчик Она крайне сомнительный и доверия не заслуживающий, но других попросту нет. О странной то ли угрозе, то ли предостережении беспокоиться пока не стоит. А пытаться разгадать чужой, совершенно непонятный замысел – и подавно.
«Как бы то ни было, сейчас от меня ничего не зависит», — думал Рей, направляя в сторону сосуда очередную душу. Всему своё время, а конкретно в эту минуту стоило сосредоточиться лишь на собственной проблеме. — «Остаётся только надеяться, что после столь огромной неудачи, мне хоть немного повезёт».
Спешить Рей и не думал. Если хоть что-то из сказанного Богиней правда, то времени у него предостаточно. А потому, когда спустя почти минуту неспешного вливания серой энергии на дне сосуда появилась серая дымка, Рей выдохнул с нескрываемым облегчением. Правда, дышать ему сейчас было не то, чтобы нужно.
А вот количество душ, потребовавшееся, чтобы создать эту дымку сильно удручало. Благо, внутри сосуда души не распадались, как это бывает, если их вовремя не поглотить, значит спешить в самом деле бессмысленно. Проверил Рей это очень просто – всё, что он уже поместил внутрь удалось абсолютно спокойно забрать обратно. Но тем не менее, стало понятно, что плата за возрождение будет отнюдь не маленькой.