Глава 677 - Странный Паттерн •
«А ты действительно полон сюрпризов», — сказала Гарина, изучая свои костяшки пальцев. «Я никогда раньше не видела подобного стиля боя, Ной. Это занимательно. Мысль многократно блокировать удары своим лицом мне в голову как-то не приходила».
Ее тело изогнулось, и она послала удар ногой в бок Ноя прежде, чем он смог хотя бы попытаться ответить на вопрос. Ной даже не пытался увернуться от атаки. Этот конкретный вариант был исчерпан уже давно.
Гарина была намного быстрее него еще до того, как они начали сражаться несколько часов назад. Теперь же он устал и был измотан до предела. Все его тело болело, превратившись в один огромный синяк, а кости были испещрены микропереломами.
Он еще больше сбавил в скорости — а это означало, что уйти с линии удара больше не представлялось возможным. Да и не было возможно уже довольно давно.
Вместо этого он выдохнул, когда удар достиг его, позволяя себе обмякнуть и поглотить силу удара. Его нога взметнулась вверх, преобразуя импульс, который Гарина так щедро вложила в его тело, в ответный пинок.
Удар пришелся ей в живот. Это ни капли не сделало полученный Ноем удар менее болезненным. Он отшатнулся мгновение спустя, сдавленно захрипев и с трудом удержавшись на ногах.
Гарина не сбавляла напора. Она набрасывалась на него, удары сыпались со всех сторон. Им не было конца. Ною требовалась вся его концентрация до последней капли, чтобы сохранять себя в целом виде.
Он игнорировал удары, направленные в менее жизненно важные области. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не дать ей снова буквально снести ему голову. Любое место для рационального мышления испарилось из его головы. Он даже едва ли помнил, что это тренировка.
Все, что оставалось, — это схватка. Весь остальной мир давно исчез. Это не имело значения. Все, кроме атак Гарины, было лишь отвлечением. Отвлечением, которое он не мог себе позволить.
Удар за ударом дождем обрушивались на Ноя. Все его лучшие попытки защититься терпели неудачу. Он мог стоять так, позволяя выбивать из себя жизнь, лишь определенное время, прежде чем его тело и разум перестали реагировать должным образом.
Все стало вязким. Его конечности перестали реагировать на команды разума, а разум — на команды души. Казалось, будто сразу три разных сущности пытаются управлять им одновременно.
Однако когда Ной почувствовал, что начинает буквально отключаться из-за того, что его сознание все больше угасает, он обнаружил, что происходит нечто иное.
Он дернулся в сторону. Это была команда, посланная самим телом, а не мыслью из разума или повелением души.
Кулак Гарины просвистел мимо его лица. Он пронесся так близко от уха, что он почувствовал, как его волосы хлестнули по коже, — но сам удар не достиг цели. Гарина не стала дожидаться, пока он восстановит равновесие. Ее колено уже приближалось к его животу, но тело Ноя тоже двигалось.
Он извернулся на месте, позволяя удару пройти настолько близко к животу, что тот мог бы пощекотать волоски на коже. В том же движении ладонь Ноя врезалась в подбородок Гарины. Получилось примерно так же, как если бы он пнул кирпичную стену, но удар все равно пришелся в цель.
Его тело двигалось само по себе. Гарина мгновенно отреагировала, оттолкнув Ноя назад и бросившись на него, пока он потерял равновесие.
Ной отскочил назад, чтобы сохранить дистанцию между ними, но Гарина оттолкнулась руками от земли и метнула все свое тело в его сторону ногами вперед, словно снаряд в форме Апостола. Ной выгнулся дугой назад, падая на землю и позволяя Гарине пролететь прямо над ним.
Он вскинул руки вверх и вогнал их в ее живот со всей силой, которую еще мог собрать.
Внезапно мощная сила сжала его руки. К тому времени, как Ной осознал, что Гарина каким-то образом схватила его за запястья прямо в полете, она уже оторвала его от земли. Ветер хлестнул мимо его лица, когда Гарина приземлилась и, раскрутив все его тело, как огромный мешок с картошкой, отправила его лицом вперед на землю.
Тело Ноя провернулось по своей собственной воле. Его внутренности протестующе завопили, когда он рванулся в сторону, перенаправляя инерцию вращения так, чтобы каким-то образом впечататься ей в корпус.
Они столкнулись с громким, сотрясающим кости ударом. Если бы она была обычным человеком, силы удара, вероятно, хватило бы, чтобы повалить ее на землю и выбить воздух из легких. Но она была Гариной — и всем, чем закончились усилия Ноя, был короткий хмык.
Его это не волновало. Он уже давно прошел ту точку, когда его волновало что-либо. Ной вложил все остатки своих сил в то, чтобы закрутить свое тело, словно волчок. Он обнаружил, что его нога рассекает воздух, будто удар топора, еще до того, как вообще осознал, что он с ней делает.
Его каблук врезался в затылок Гарины. Ее глаза слегка расширились, и она пошатнулась вперед. Она швырнула Ноя на землю и обрушила на него удар ногой, но он уже откатился в сторону.
Это было странно. Не было похоже, чтобы атаки Гарины стали медленнее. Она была так же быстра, как и в начале боя. Просто ее удары не так часто попадали в цель, как раньше. Все больше ударов проскальзывало или проскакивало мимо Ноя, не причиняя серьезного вреда.
Он как будто знал, куда будут направлены удары, еще до того, как Гарина их нанесла. Он реагировал на атаки еще до того, как они начинали направляться в его сторону. Какая-то часть его даже больше не чувствовала, что он сражается.
Это больше походило на танец. Ной практически слышал мелодию далекой песни, эхом отдающуюся где-то на задворках его черепа, диктуя темп и ритм движений, которые им с Гариной было предначертано совершать. В каждом движении чувствовалось, будто его уже проделывали дюжину раз. Каждый шаг был отработан. Словно они репетировали все для какого-то грандиозного состязания, пока не довели свой боевой танец до совершенного знания.
Ной обнаружил, что тихо напевает в такт мелодии. Он даже не мог сказать, что это была за мелодия. Его разум был недостаточно бодр, чтобы уловить что-то помимо мимолетных фантазий. Он просто знал, что мелодия — чем бы она ни была — существует.
Это было почти как будто…
Внезапное озарение обрушилось на Ноя, как один из ударов Гарины. Разделение между его разумом, телом и душой разлетелось вдребезги, и все три слились воедино на кратчайшую долю секунды.
И в этот миг предельной ясности все звуки исчезли.
Кулак Гарины врезался прямо в нос Ною.
Он умер.
Его душа вырвалась из тела уже в пятый раз за этот день. Ной изверг целый поток ругательств, когда вся боль от его смерти ускользнула, а на смену ей пришла дробящая агония души, раскалываемой на кусочки.
Он практически нырнул обратно в свою тыкву еще до того, как она начала тянуть его к себе…
Его глаза распахнулись, и он сел прямо, быстро раздевая свой труп, чтобы натянуть на себя одежду. Она была лишь слегка окровавлена. Не было смысла тратить совершенно исправную форму, если Гарина, скорее всего, все равно испортит его следующую.
«Упс», — сказала Гарина, глядя на кровь, капающую с костяшек пальцев. «На самом деле я не собиралась тебя убивать. Кажется, я немного чересчур вошла в ритм». (1)
«В прямом и переносном смысле», — пробормотал Ной, натягивая куртку и поднимаясь на ноги. Головная боль гулко пульсировала в его черепе. Она не собиралась утихать до тех пор, пока не вернется его магия и он не сможет снова призвать Фрагмент Возрождения.
«Что произошло?» спросила Гарина. «Это было…»
«У меня был момент, когда казалось, что все вдруг встало на свои места. Потом ты ударила меня в лицо, и я умер».
«Не эта часть», — фыркнула Гарина. «Честно говоря, тебе не следовало бы замирать посреди боя, чтобы пялиться на собственный гений. Хотя бы дождись его окончания. Нет, я говорю о том, что было до того, как твой маленький миг озарения привел тебя к смерти. Ты уворачивался от моих ударов».
«Я… честно говоря, не совсем уверен», — признался Ной. Его брови нахмурились, когда он стал копаться в своих воспоминаниях. Песня, которую он мог поклясться, что слышал, исчезла. Он помнил, что слышал ее, но ноты и мелодия полностью пропали. Не осталось ничего, кроме воспоминания о ее исчезновении.
Это что, паттерн? Я могу чувствовать паттерны, хотя у меня нет магии? И что это вообще был за паттерн? Это… странно. Очень странно.
«Что ж, что бы это ни было, неплохо», — сказала Гарина, оценивая Ноя так, словно он был особенно мраморным куском мяса. «Ты адаптировался к физическому бою немного быстрее, чем я ожидала. Я видела в твоих движениях многое от Ли, но было и кое-что еще. Возможно, из тебя действительно что-то выйдет, если мы будем продолжать тренироваться в том же духе. На сегодня мы закончили. Кажется, я обещала помочь с твоим уроком, а я ненавижу нарушать обещания».
«Спасибо, наверное». Ной потер лоб, пытаясь упорядочить свои мысли в голове сквозь сердитую головную боль, бьющуюся внутри мозга. «Знаешь, не то чтобы я жаловался, но ты вообще не задавала мне никаких вопросов во время драки. Мы просто дрались».
Гарина хмыкнула. «Твоими действиями ты отвечаешь на гораздо больше вопросов, чем словами. Больше всего меня интересовало, что ты за человек, и на этот вопрос ответ у меня есть. Остальное я выясню со временем. А сейчас соберись. Я возвращаю нас в Арбитаж на твой урок, и я не хочу, чтобы тебя вырвало на меня по прибытии».
Череп Ноя снова запульсировал болью, но, несмотря на это, уголок его губы слегка приподнялся в едва заметной улыбке. «Ничего не обещаю».
— — -
П.:
(1) — В оригинале Гарина говорит «I think I got a little bit too much into the swing of things», используя идиому «get into the swing (of things)», означающую, в принципе, «войти в ритм» в смысле «начать вписываться в распорядок дня, новой работы и т. д.» [Cambridge Dictionary]. И хотя в контексте там лучше было бы адаптировать как «увлеклась/переборщила», для сохранения логической связи со следующим замечанием Ноя оставлена так.
Ее тело изогнулось, и она послала удар ногой в бок Ноя прежде, чем он смог хотя бы попытаться ответить на вопрос. Ной даже не пытался увернуться от атаки. Этот конкретный вариант был исчерпан уже давно.
Гарина была намного быстрее него еще до того, как они начали сражаться несколько часов назад. Теперь же он устал и был измотан до предела. Все его тело болело, превратившись в один огромный синяк, а кости были испещрены микропереломами.
Он еще больше сбавил в скорости — а это означало, что уйти с линии удара больше не представлялось возможным. Да и не было возможно уже довольно давно.
Вместо этого он выдохнул, когда удар достиг его, позволяя себе обмякнуть и поглотить силу удара. Его нога взметнулась вверх, преобразуя импульс, который Гарина так щедро вложила в его тело, в ответный пинок.
Удар пришелся ей в живот. Это ни капли не сделало полученный Ноем удар менее болезненным. Он отшатнулся мгновение спустя, сдавленно захрипев и с трудом удержавшись на ногах.
Гарина не сбавляла напора. Она набрасывалась на него, удары сыпались со всех сторон. Им не было конца. Ною требовалась вся его концентрация до последней капли, чтобы сохранять себя в целом виде.
Он игнорировал удары, направленные в менее жизненно важные области. Все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не дать ей снова буквально снести ему голову. Любое место для рационального мышления испарилось из его головы. Он даже едва ли помнил, что это тренировка.
Все, что оставалось, — это схватка. Весь остальной мир давно исчез. Это не имело значения. Все, кроме атак Гарины, было лишь отвлечением. Отвлечением, которое он не мог себе позволить.
Удар за ударом дождем обрушивались на Ноя. Все его лучшие попытки защититься терпели неудачу. Он мог стоять так, позволяя выбивать из себя жизнь, лишь определенное время, прежде чем его тело и разум перестали реагировать должным образом.
Все стало вязким. Его конечности перестали реагировать на команды разума, а разум — на команды души. Казалось, будто сразу три разных сущности пытаются управлять им одновременно.
Однако когда Ной почувствовал, что начинает буквально отключаться из-за того, что его сознание все больше угасает, он обнаружил, что происходит нечто иное.
Он дернулся в сторону. Это была команда, посланная самим телом, а не мыслью из разума или повелением души.
Кулак Гарины просвистел мимо его лица. Он пронесся так близко от уха, что он почувствовал, как его волосы хлестнули по коже, — но сам удар не достиг цели. Гарина не стала дожидаться, пока он восстановит равновесие. Ее колено уже приближалось к его животу, но тело Ноя тоже двигалось.
Он извернулся на месте, позволяя удару пройти настолько близко к животу, что тот мог бы пощекотать волоски на коже. В том же движении ладонь Ноя врезалась в подбородок Гарины. Получилось примерно так же, как если бы он пнул кирпичную стену, но удар все равно пришелся в цель.
Его тело двигалось само по себе. Гарина мгновенно отреагировала, оттолкнув Ноя назад и бросившись на него, пока он потерял равновесие.
Ной отскочил назад, чтобы сохранить дистанцию между ними, но Гарина оттолкнулась руками от земли и метнула все свое тело в его сторону ногами вперед, словно снаряд в форме Апостола. Ной выгнулся дугой назад, падая на землю и позволяя Гарине пролететь прямо над ним.
Он вскинул руки вверх и вогнал их в ее живот со всей силой, которую еще мог собрать.
Внезапно мощная сила сжала его руки. К тому времени, как Ной осознал, что Гарина каким-то образом схватила его за запястья прямо в полете, она уже оторвала его от земли. Ветер хлестнул мимо его лица, когда Гарина приземлилась и, раскрутив все его тело, как огромный мешок с картошкой, отправила его лицом вперед на землю.
Тело Ноя провернулось по своей собственной воле. Его внутренности протестующе завопили, когда он рванулся в сторону, перенаправляя инерцию вращения так, чтобы каким-то образом впечататься ей в корпус.
Они столкнулись с громким, сотрясающим кости ударом. Если бы она была обычным человеком, силы удара, вероятно, хватило бы, чтобы повалить ее на землю и выбить воздух из легких. Но она была Гариной — и всем, чем закончились усилия Ноя, был короткий хмык.
Его это не волновало. Он уже давно прошел ту точку, когда его волновало что-либо. Ной вложил все остатки своих сил в то, чтобы закрутить свое тело, словно волчок. Он обнаружил, что его нога рассекает воздух, будто удар топора, еще до того, как вообще осознал, что он с ней делает.
Его каблук врезался в затылок Гарины. Ее глаза слегка расширились, и она пошатнулась вперед. Она швырнула Ноя на землю и обрушила на него удар ногой, но он уже откатился в сторону.
Это было странно. Не было похоже, чтобы атаки Гарины стали медленнее. Она была так же быстра, как и в начале боя. Просто ее удары не так часто попадали в цель, как раньше. Все больше ударов проскальзывало или проскакивало мимо Ноя, не причиняя серьезного вреда.
Он как будто знал, куда будут направлены удары, еще до того, как Гарина их нанесла. Он реагировал на атаки еще до того, как они начинали направляться в его сторону. Какая-то часть его даже больше не чувствовала, что он сражается.
Это больше походило на танец. Ной практически слышал мелодию далекой песни, эхом отдающуюся где-то на задворках его черепа, диктуя темп и ритм движений, которые им с Гариной было предначертано совершать. В каждом движении чувствовалось, будто его уже проделывали дюжину раз. Каждый шаг был отработан. Словно они репетировали все для какого-то грандиозного состязания, пока не довели свой боевой танец до совершенного знания.
Ной обнаружил, что тихо напевает в такт мелодии. Он даже не мог сказать, что это была за мелодия. Его разум был недостаточно бодр, чтобы уловить что-то помимо мимолетных фантазий. Он просто знал, что мелодия — чем бы она ни была — существует.
Это было почти как будто…
Внезапное озарение обрушилось на Ноя, как один из ударов Гарины. Разделение между его разумом, телом и душой разлетелось вдребезги, и все три слились воедино на кратчайшую долю секунды.
И в этот миг предельной ясности все звуки исчезли.
Кулак Гарины врезался прямо в нос Ною.
Он умер.
Его душа вырвалась из тела уже в пятый раз за этот день. Ной изверг целый поток ругательств, когда вся боль от его смерти ускользнула, а на смену ей пришла дробящая агония души, раскалываемой на кусочки.
Он практически нырнул обратно в свою тыкву еще до того, как она начала тянуть его к себе…
Его глаза распахнулись, и он сел прямо, быстро раздевая свой труп, чтобы натянуть на себя одежду. Она была лишь слегка окровавлена. Не было смысла тратить совершенно исправную форму, если Гарина, скорее всего, все равно испортит его следующую.
«Упс», — сказала Гарина, глядя на кровь, капающую с костяшек пальцев. «На самом деле я не собиралась тебя убивать. Кажется, я немного чересчур вошла в ритм». (1)
«В прямом и переносном смысле», — пробормотал Ной, натягивая куртку и поднимаясь на ноги. Головная боль гулко пульсировала в его черепе. Она не собиралась утихать до тех пор, пока не вернется его магия и он не сможет снова призвать Фрагмент Возрождения.
«Что произошло?» спросила Гарина. «Это было…»
«У меня был момент, когда казалось, что все вдруг встало на свои места. Потом ты ударила меня в лицо, и я умер».
«Не эта часть», — фыркнула Гарина. «Честно говоря, тебе не следовало бы замирать посреди боя, чтобы пялиться на собственный гений. Хотя бы дождись его окончания. Нет, я говорю о том, что было до того, как твой маленький миг озарения привел тебя к смерти. Ты уворачивался от моих ударов».
«Я… честно говоря, не совсем уверен», — признался Ной. Его брови нахмурились, когда он стал копаться в своих воспоминаниях. Песня, которую он мог поклясться, что слышал, исчезла. Он помнил, что слышал ее, но ноты и мелодия полностью пропали. Не осталось ничего, кроме воспоминания о ее исчезновении.
Это что, паттерн? Я могу чувствовать паттерны, хотя у меня нет магии? И что это вообще был за паттерн? Это… странно. Очень странно.
«Что ж, что бы это ни было, неплохо», — сказала Гарина, оценивая Ноя так, словно он был особенно мраморным куском мяса. «Ты адаптировался к физическому бою немного быстрее, чем я ожидала. Я видела в твоих движениях многое от Ли, но было и кое-что еще. Возможно, из тебя действительно что-то выйдет, если мы будем продолжать тренироваться в том же духе. На сегодня мы закончили. Кажется, я обещала помочь с твоим уроком, а я ненавижу нарушать обещания».
«Спасибо, наверное». Ной потер лоб, пытаясь упорядочить свои мысли в голове сквозь сердитую головную боль, бьющуюся внутри мозга. «Знаешь, не то чтобы я жаловался, но ты вообще не задавала мне никаких вопросов во время драки. Мы просто дрались».
Гарина хмыкнула. «Твоими действиями ты отвечаешь на гораздо больше вопросов, чем словами. Больше всего меня интересовало, что ты за человек, и на этот вопрос ответ у меня есть. Остальное я выясню со временем. А сейчас соберись. Я возвращаю нас в Арбитаж на твой урок, и я не хочу, чтобы тебя вырвало на меня по прибытии».
Череп Ноя снова запульсировал болью, но, несмотря на это, уголок его губы слегка приподнялся в едва заметной улыбке. «Ничего не обещаю».
— — -
П.:
(1) — В оригинале Гарина говорит «I think I got a little bit too much into the swing of things», используя идиому «get into the swing (of things)», означающую, в принципе, «войти в ритм» в смысле «начать вписываться в распорядок дня, новой работы и т. д.» [Cambridge Dictionary]. И хотя в контексте там лучше было бы адаптировать как «увлеклась/переборщила», для сохранения логической связи со следующим замечанием Ноя оставлена так.
Закладка