Глава 676 - Палки и камни* •
Гарина убила Ноя.
Это произошло не сразу. Он еще добрую минуту сопротивлялся, вытягивая из Нестабильного Пандемониума каждый клочок магии, который только мог, чтобы пытаться сдерживать ее натиск. Но Гарину было не остановить. Сдерживать ее было все равно что пытаться усмирить сам океан.
Ной даже не был до конца уверен, как работает его новообретенная способность останавливать атаки Гарины. Он не был уверен, что же именно делает магия Хаоса, позволяющая полностью гасить ее удары, — и к тому же Гарина совершенно не давала ему возможности остановиться и подумать об этом.
Но в целом он показал довольно неплохой бой. Пятый ранг мог противопоставить седьмому рангу не так уж много. Это было вдвойне верно, учитывая, что этот седьмой ранг был одним из Апостолов. Поскольку Гарина не использовала магию и явно сдерживалась, ему удавалось держать ее на расстоянии ровно до тех пор, пока его магия не иссякла.
Он не собирался начинать разбрасываться силой Разлома и Фрагмента Возрождения в рамках тренировочного поединка. Некоторые вещи раскрывать не стоило, и Ной пока не был на том этапе, когда чувствовал необходимость практиковаться в использовании именно этих Мастер-Рун.
Ной был уже на полпути к попытке призвать Воспламенение, чтобы задушить Гарину, когда она с такой силой ударила его по лицу, что его голова буквально оторвалась от плеч.
И на этом все закончилось.
Он был мертв.
Душа Ноя вырвалась из тела в одно мгновение, предоставляя ему возможность наблюдать в первом ряду, как его собственная голова взлетает в небо, словно мяч после хоум-рана (1). Его тело покачнулось и подалось вперед, с глухим стуком приземляясь на землю.
«Черт возьми!» воскликнул Ной. «Мне вообще-то после этого нужно вести урок, ты, чокнутая!»
Гарина его не слышала. Она просто смотрела вниз на его труп. Затем ее губы изогнулись. Она стряхнула кровь, покрывающую костяшки пальцев, затем присела и вытерла руку о траву рядом с собой. Ее взгляд при этом ни на секунду не отрывался от тела Ноя.
Она явно ждала, когда он оживет, — как и его тыква. Нить силы обвилась вокруг шеи Ноя и потянула его к ней. Он на мгновение задумался о возможности поддаться мелочному порыву и воспротивиться зову, лишь бы доставить Гарине чуть больше беспокойства.
Но это, к сожалению, ничего не дало бы, кроме усугубления повреждений души, полученного им при возрождении. Ной подавил поток проклятий. Все это серьезно рушило его планы на день.
Я не большой поклонник раскрытия Гарине принципов работы Разлома, но, похоже, у меня нет выбора… и я добился гораздо большего прогресса в работе над Нестабильным Пандемониумом, чем когда-либо за последнее время.
Разумеется, ей я этого не скажу.
Ной позволил зову захватить его. Из тыквы повалил черный дым, когда его резко потянуло за шею. Ной втянулся в нее.
Его глаза распахнулись. Он резко выпрямился, его рука уже тянулась к телу, которое, как он уже знал, лежало рядом с ним. Ной зацепил рукой дорожную сумку на поясе и достал из нее один из запасных комплектов одежды, без слов натягивая его на себя.
«Увлекательно», — сказала Гарина.
«Если только твое имя не Мокси, ты не имеешь права так говорить, пока я полуголый», — сказал Ной, натягивая куртку. Он поднялся на ноги, отталкивая пульсирующую в черепе головную боль, словно это было нежеланное блюдо с закусками на вечеринке.
«Ты не бессмертен. Ты просто не остаешься мертвым», — сказала Гарина, полностью игнорируя его слова. Она скрестила руки перед грудью. «И ты, очевидно, делал это уже достаточное количество раз, чтобы этот процесс тебя даже не смущал. У этого есть предел?»
«Это не приносит достаточного удовольствия, чтобы мне хотелось его искать», — сказал Ной. Он отряхнулся, прежде чем бросить взгляд на Гарину. «Тебе обязательно было меня убивать? И еще я хочу сообщить, что ты полностью угробила мои планы на день. У меня был урок со студентами».
Гарина наклонила голову в сторону. Ее темные глаза впились в череп Ноя, как лезвия. «Угробила? Я… а. Теперь я вижу. Как любопытно».
«Что видишь?»
«Твой домен. Его нет», — сказала Гарина. «Как и твоей магической сигнатуры. Вот это уже действительно увлекательно. Когда ты умираешь, твоя душа разрывает связь с телом, которое она занимала, но при входе в новое тело связь не восстанавливается мгновенно. У тебя нет доступа к своей магии, верно?»
Черт. Она это быстро поняла.
«Я…»
«А теперь вопрос», — сказала Гарина, ее глаза сверкали, как угасающие звезды. «Это слабость? Или защитный механизм?»
Прежде чем Ной успел спросить, о чем она говорит, Гарина взмахнула рукой. Черная линия прорезала воздух, двигаясь так быстро, что Ной заметил ее только после того, как она прошла сквозь него.
Его тело разлетелось на куски, словно недозрелый банан.
Душа Ноя второй раз за минуту была выброшена из своего обиталища. Останки его трупа разлетелись по земле, испортив совершенно неплохой комплект одежды потоком внутренностей и крови.
«Черт бы тебя побрал!» заорал Ной. «Серьезно? Что с тобой не так? Ты не могла по крайней мере сделать это, пока я был голый? У меня с собой не так много запасных, вообще-то!»
Тыква позвала.
Он ответил.
Ной снова резко поднялся, сверля взглядом пространство еще до того, как жизнь полностью вернулась в его глаза. Его рука была уже на полпути к сумке, когда он сел. Он молча вытащил из нее еще один комплект одежды и натянул его на себя.
«Что, черт возьми, с тобой не так?» спросил Ной. «Это было просто грубо».
«Это было увлекательно», — поправила Гарина. «И, похоже, это было второе».
«Второе?»
«Защитный механизм». Гарина постучала ногой по земле. «Когда ты возвращаешься, привязка твоей души к новому телу слаба. Честно говоря, это неудивительно. Формирование совершенно нового тела из чистой магии с последующим запихиванием в него себя должно сопровождаться еще большими побочными эффектами, чем те, что я вижу, но никак не меньшими. Ты еще легко отделался. Этот процесс не позволяет тебе использовать магию, но когда ты умираешь… он также сводит к минимуму урон, который получает твоя душа. По сути, у тебя есть льготный период для урона душе сразу после того, как ты погибаешь в первый раз. Невероятно. За все свои годы я никогда не видела ничего подобного».
Хм. Я никогда не задумывался об этом… но, должно быть, именно поэтому мне удалось так долго продержаться в Выжженных Акрах. Если я получаю меньше урона души, когда умираю вскоре после предыдущей смерти, то это довольно удобно знать. Сейчас это не особенно полезно… но, уверен, при подходящих обстоятельствах может оказаться важным.
«Я рад, что ты нашла меня интересным экспериментом, но ты все равно испортила мне урок. Я не могу должным образом защитить всех от их паттернов во время практики без доступа к моему домену».
«Тебя что, не волнует ничего, кроме твоих учеников?»
«Меня волнует Мокси. Ли. Брейден. Другие учителя. Но, пожалуй, на этом все. А еще ты позаботилась о том, чтобы я больше не мог тренироваться. Честно говоря, ты могла бы остановиться буквально за секунду до моей смерти. Мне действительно нужно разобраться, как полностью контролировать мою Руну Хаоса».
Гарина уставилась на него. «Ту, которую ты сделал?»
«Верно», — сказал Ной. «Я не лгал об этом».
Она еще несколько мгновений изучала его взглядом, прежде чем сдуть с лица прядь волос и покачать головой. «Ты вообще осознаешь, насколько абсурдным это выглядит? Ты хотя бы знаешь, что такое Хаос?»
«Не-а», — сказал Ной. «Но я сильно подозреваю, что ты собираешься меня просветить».
Гарина улыбнулась. «Нет. Не собираюсь».
«А?»
«Если ты говоришь правду… тогда абсолютно последним, что я бы сделала в этом мире, был бы рассказ тебе, что это за Руна. В конце концов, ты ударил меня. Меня».
«Блин, да мне стоит брать у тебя уроки злопамятности. У нас был спарринг! И ты меня убила! Дважды!»
«Ты меня неправильно понял, Вермил», — сказала Гарина, подходя ближе к Ною, и на ее губах появилась хищная ухмылка. «Я на тебя не злюсь. Скорее… и не жди, что я еще когда-нибудь повторю эти слова… я должна тебе небольшое извинение».
Ной моргнул. «Что?»
«Сила», — сказала Гарина, — «самая важная вещь в этом мире. Это единственный способ заслужить уважение окружающих. И хотя сила проявляется в действиях, именно слова являются мерилом уважения».
«Я не вполне уверен, что понимаю. То есть — я понимаю, что ты говоришь, но не понимаю, почему ты это говоришь. Какое это имеет отношение к моему убийству?»
Гарина презрительно цокнула языком. «Я не извиняюсь за то, что убила тебя, Ной. Это было весело. Я извиняюсь за то, что оскорбляла тебя. Я хотела подтолкнуть тебя к более глубокому раскрытию твоих способностей, но при этом сказала вещи, в которые сама не верила».
Ной уставился на нее с удивлением. Из всего, что могла сказать Гарина, этого он точно не ожидал. «Э-э… спасибо? Скажу откровенно, мне совершенно плевать на то, что ты говорила. Меня больше бесит, что я не могу присматривать за своими учениками во время их сегодняшней тренировки».
Апостол вздохнула и ущипнула себя за переносицу. «За последние несколько сотен лет было всего два человека слабее меня, к которым я испытала хоть какое-то уважение. Ты — один из них. Мне не доставляет удовольствия называть способности того, кто слабее меня, жалкими, особенно когда это вовсе не так».
«Понятно», — сказал Ной. «Ну, без обид. Я, в общем-то, обычно пропускаю боевой треп мимо ушей. Но почему тогда ты ничего не хочешь рассказать мне о Хаосе?»
«Потому что это было бы вредительством. Если ты действительно сумел создать Руну Хаоса полностью самостоятельно… пределы твоего воображения заведут тебя гораздо дальше, чем любые правила. Возьмем, к примеру, способность, которую ты только что продемонстрировал. Ты имеешь хоть какое-то представление о том, что ты делал?»
«Э-э-э… Думаю, я уплотнял магию в нечто физическое. У меня не было особой возможности поразмыслить над этим».
Гарина фыркнула. «Ты использовал магию Хаоса, чтобы воспроизвести музыкальную ноту, которая исказила реальность и сделала воздух непроницаемым. И все это было подсознательно. Если бы я сказала тебе, каковы, по моему мнению, пределы твоей магии, ты бы подсознательно поверил в то, что это правда. Будет гораздо лучше, если ты сам определишь эти пределы — но не бойся. Я помогу. Тебе нужно будет определить их, если ты хочешь иметь хотя бы призрачный шанс (2) против Апостолов».
Ной на мгновение задумался над ее словами. Затем на его губах появилась легкая улыбка. «Думаю, я понял, что ты имеешь в виду. Спасибо. Только… может, в следующий раз не убивай меня прямо перед моим уроком? У меня есть ученики, которые на меня рассчитывают».
«Сегодня у меня есть время. Я компенсирую то, что ты оказался не в состоянии сделать».
«Правда?» Глаза Ноя загорелись. «Спасибо!»
Гарина фыркнула. «Почему это единственная твоя благодарность, которая показалась мне по-настоящему искренней? Ты интереснейшее существо. Когда-нибудь ты расскажешь больше о своем происхождении. Я бы хотела узнать, как ты вообще появился на свет».
Он лишь бесстыдно ухмыльнулся. «Посмотрим. Так что, нам пора возвращаться?»
Гарина моргнула. «Возвращаться? Нет. Конечно, нет. До твоего занятия еще несколько часов, если верить твоим же словам. У тебя есть время продолжать тренировку».
«Мне кажется, кое-какая информация ускользнула от внимания», — сказал Ной, потирая затылок. «Я не могу сейчас пользоваться своей магией, Гарина. У меня нет доступа к Рунам. Я не могу больше тренироваться».
Гарина посмотрела на Ноя так, будто он только что сел на торт, который она с нетерпением ждала весь день. «Ты что, идиот?»
«…потенциально?»
«Неужели ты думаешь, что каждый из твоих противников будет просто прекращать бой после того, как ты умрешь? Что, когда ты вернешься беспомощным, как младенец, они просто сядут и начнут ковыряться в носу, пока ты не будешь готов снова драться?»
Ной прочистил горло. «Я имею в виду, это было бы здорово. Мне удавалось избегать…»
«Идиот», — сказала Гарина. «Ты тренируешься не только для тех сценариев, которые можешь контролировать. Ты тренируешься для тех, которые не можешь».
«Но что, черт возьми, я могу сделать, если у меня нет моей магии?» спросил Ной.
Гарина хрустнула шеей. Затем она улыбнулась так, как может улыбаться только волк, глядя на свою добычу. Предупреждающая дрожь пробежала по позвоночнику Ноя.
«Ты дерешься», — ответила Гарина, принимая боевую стойку. «Ты будешь удивлен, насколько далеко может завести тебя обычный рукопашный бой, Ной. К тому же ты уже доказал, что любишь бросаться ударами. Посмотрим, сколько еще ударов ты сможешь нанести».
А, мне конец. (3)
— — -
П.: * «Sticks and Stones» в названии оказались началом английской «детской рифмы»-идиомы, первые упоминания которой Википедия относит к 19 веку. Рифма «используется как защита от оскорблений и словесных издевательств, призванная повысить устойчивость, избежать физической расправы и/или сохранить спокойствие и безразличие». Полная рифма обычно представляет собой вариант: «Sticks and stones may break my bones, (but words can never hurt me)» («Палки и камни могут сломать мне кости (но слова никогда не причинят мне вреда)»). При поиске было обнаружено достаточно много современных дискуссий насчет ее «неправильности, потому что на самом деле слова могут ранить (особенно детей) гораздо сильнее, чем физические побои», но лично мне смысл этой фразы кажется ближе к анекдоту «Сёма, вы знаете, когда вас нет, о вас такое говорят! — Ой, я вас умоляю. Передайте им, что, когда меня НЕТ, они могут меня даже бить!»
(1) — Хоум-ран (англ. Home run) — разновидность игровой ситуации в бейсболе, там достаточно нюансов, но если коротко, то это когда мяч вылетает за пределы поля (и может даже быть пойман болельщиками). Википедия утверждает, что это один из самых зрелищных моментов в бейсболе.
(2) — Забавно, что в оригинале тут выражение «a fly’s chance» — «шанс мухи», и это вроде даже никакая не идиома)
(3) — Да, тут было матерное выражение, которое каждый может перевести себе сам^^
Это произошло не сразу. Он еще добрую минуту сопротивлялся, вытягивая из Нестабильного Пандемониума каждый клочок магии, который только мог, чтобы пытаться сдерживать ее натиск. Но Гарину было не остановить. Сдерживать ее было все равно что пытаться усмирить сам океан.
Ной даже не был до конца уверен, как работает его новообретенная способность останавливать атаки Гарины. Он не был уверен, что же именно делает магия Хаоса, позволяющая полностью гасить ее удары, — и к тому же Гарина совершенно не давала ему возможности остановиться и подумать об этом.
Но в целом он показал довольно неплохой бой. Пятый ранг мог противопоставить седьмому рангу не так уж много. Это было вдвойне верно, учитывая, что этот седьмой ранг был одним из Апостолов. Поскольку Гарина не использовала магию и явно сдерживалась, ему удавалось держать ее на расстоянии ровно до тех пор, пока его магия не иссякла.
Он не собирался начинать разбрасываться силой Разлома и Фрагмента Возрождения в рамках тренировочного поединка. Некоторые вещи раскрывать не стоило, и Ной пока не был на том этапе, когда чувствовал необходимость практиковаться в использовании именно этих Мастер-Рун.
Ной был уже на полпути к попытке призвать Воспламенение, чтобы задушить Гарину, когда она с такой силой ударила его по лицу, что его голова буквально оторвалась от плеч.
И на этом все закончилось.
Он был мертв.
Душа Ноя вырвалась из тела в одно мгновение, предоставляя ему возможность наблюдать в первом ряду, как его собственная голова взлетает в небо, словно мяч после хоум-рана (1). Его тело покачнулось и подалось вперед, с глухим стуком приземляясь на землю.
«Черт возьми!» воскликнул Ной. «Мне вообще-то после этого нужно вести урок, ты, чокнутая!»
Гарина его не слышала. Она просто смотрела вниз на его труп. Затем ее губы изогнулись. Она стряхнула кровь, покрывающую костяшки пальцев, затем присела и вытерла руку о траву рядом с собой. Ее взгляд при этом ни на секунду не отрывался от тела Ноя.
Она явно ждала, когда он оживет, — как и его тыква. Нить силы обвилась вокруг шеи Ноя и потянула его к ней. Он на мгновение задумался о возможности поддаться мелочному порыву и воспротивиться зову, лишь бы доставить Гарине чуть больше беспокойства.
Но это, к сожалению, ничего не дало бы, кроме усугубления повреждений души, полученного им при возрождении. Ной подавил поток проклятий. Все это серьезно рушило его планы на день.
Я не большой поклонник раскрытия Гарине принципов работы Разлома, но, похоже, у меня нет выбора… и я добился гораздо большего прогресса в работе над Нестабильным Пандемониумом, чем когда-либо за последнее время.
Разумеется, ей я этого не скажу.
Ной позволил зову захватить его. Из тыквы повалил черный дым, когда его резко потянуло за шею. Ной втянулся в нее.
Его глаза распахнулись. Он резко выпрямился, его рука уже тянулась к телу, которое, как он уже знал, лежало рядом с ним. Ной зацепил рукой дорожную сумку на поясе и достал из нее один из запасных комплектов одежды, без слов натягивая его на себя.
«Увлекательно», — сказала Гарина.
«Если только твое имя не Мокси, ты не имеешь права так говорить, пока я полуголый», — сказал Ной, натягивая куртку. Он поднялся на ноги, отталкивая пульсирующую в черепе головную боль, словно это было нежеланное блюдо с закусками на вечеринке.
«Ты не бессмертен. Ты просто не остаешься мертвым», — сказала Гарина, полностью игнорируя его слова. Она скрестила руки перед грудью. «И ты, очевидно, делал это уже достаточное количество раз, чтобы этот процесс тебя даже не смущал. У этого есть предел?»
«Это не приносит достаточного удовольствия, чтобы мне хотелось его искать», — сказал Ной. Он отряхнулся, прежде чем бросить взгляд на Гарину. «Тебе обязательно было меня убивать? И еще я хочу сообщить, что ты полностью угробила мои планы на день. У меня был урок со студентами».
Гарина наклонила голову в сторону. Ее темные глаза впились в череп Ноя, как лезвия. «Угробила? Я… а. Теперь я вижу. Как любопытно».
«Что видишь?»
«Твой домен. Его нет», — сказала Гарина. «Как и твоей магической сигнатуры. Вот это уже действительно увлекательно. Когда ты умираешь, твоя душа разрывает связь с телом, которое она занимала, но при входе в новое тело связь не восстанавливается мгновенно. У тебя нет доступа к своей магии, верно?»
Черт. Она это быстро поняла.
«Я…»
«А теперь вопрос», — сказала Гарина, ее глаза сверкали, как угасающие звезды. «Это слабость? Или защитный механизм?»
Прежде чем Ной успел спросить, о чем она говорит, Гарина взмахнула рукой. Черная линия прорезала воздух, двигаясь так быстро, что Ной заметил ее только после того, как она прошла сквозь него.
Его тело разлетелось на куски, словно недозрелый банан.
Душа Ноя второй раз за минуту была выброшена из своего обиталища. Останки его трупа разлетелись по земле, испортив совершенно неплохой комплект одежды потоком внутренностей и крови.
«Черт бы тебя побрал!» заорал Ной. «Серьезно? Что с тобой не так? Ты не могла по крайней мере сделать это, пока я был голый? У меня с собой не так много запасных, вообще-то!»
Тыква позвала.
Он ответил.
Ной снова резко поднялся, сверля взглядом пространство еще до того, как жизнь полностью вернулась в его глаза. Его рука была уже на полпути к сумке, когда он сел. Он молча вытащил из нее еще один комплект одежды и натянул его на себя.
«Что, черт возьми, с тобой не так?» спросил Ной. «Это было просто грубо».
«Это было увлекательно», — поправила Гарина. «И, похоже, это было второе».
«Второе?»
«Защитный механизм». Гарина постучала ногой по земле. «Когда ты возвращаешься, привязка твоей души к новому телу слаба. Честно говоря, это неудивительно. Формирование совершенно нового тела из чистой магии с последующим запихиванием в него себя должно сопровождаться еще большими побочными эффектами, чем те, что я вижу, но никак не меньшими. Ты еще легко отделался. Этот процесс не позволяет тебе использовать магию, но когда ты умираешь… он также сводит к минимуму урон, который получает твоя душа. По сути, у тебя есть льготный период для урона душе сразу после того, как ты погибаешь в первый раз. Невероятно. За все свои годы я никогда не видела ничего подобного».
Хм. Я никогда не задумывался об этом… но, должно быть, именно поэтому мне удалось так долго продержаться в Выжженных Акрах. Если я получаю меньше урона души, когда умираю вскоре после предыдущей смерти, то это довольно удобно знать. Сейчас это не особенно полезно… но, уверен, при подходящих обстоятельствах может оказаться важным.
«Я рад, что ты нашла меня интересным экспериментом, но ты все равно испортила мне урок. Я не могу должным образом защитить всех от их паттернов во время практики без доступа к моему домену».
«Тебя что, не волнует ничего, кроме твоих учеников?»
Гарина уставилась на него. «Ту, которую ты сделал?»
«Верно», — сказал Ной. «Я не лгал об этом».
Она еще несколько мгновений изучала его взглядом, прежде чем сдуть с лица прядь волос и покачать головой. «Ты вообще осознаешь, насколько абсурдным это выглядит? Ты хотя бы знаешь, что такое Хаос?»
«Не-а», — сказал Ной. «Но я сильно подозреваю, что ты собираешься меня просветить».
Гарина улыбнулась. «Нет. Не собираюсь».
«А?»
«Если ты говоришь правду… тогда абсолютно последним, что я бы сделала в этом мире, был бы рассказ тебе, что это за Руна. В конце концов, ты ударил меня. Меня».
«Блин, да мне стоит брать у тебя уроки злопамятности. У нас был спарринг! И ты меня убила! Дважды!»
«Ты меня неправильно понял, Вермил», — сказала Гарина, подходя ближе к Ною, и на ее губах появилась хищная ухмылка. «Я на тебя не злюсь. Скорее… и не жди, что я еще когда-нибудь повторю эти слова… я должна тебе небольшое извинение».
Ной моргнул. «Что?»
«Сила», — сказала Гарина, — «самая важная вещь в этом мире. Это единственный способ заслужить уважение окружающих. И хотя сила проявляется в действиях, именно слова являются мерилом уважения».
«Я не вполне уверен, что понимаю. То есть — я понимаю, что ты говоришь, но не понимаю, почему ты это говоришь. Какое это имеет отношение к моему убийству?»
Гарина презрительно цокнула языком. «Я не извиняюсь за то, что убила тебя, Ной. Это было весело. Я извиняюсь за то, что оскорбляла тебя. Я хотела подтолкнуть тебя к более глубокому раскрытию твоих способностей, но при этом сказала вещи, в которые сама не верила».
Ной уставился на нее с удивлением. Из всего, что могла сказать Гарина, этого он точно не ожидал. «Э-э… спасибо? Скажу откровенно, мне совершенно плевать на то, что ты говорила. Меня больше бесит, что я не могу присматривать за своими учениками во время их сегодняшней тренировки».
Апостол вздохнула и ущипнула себя за переносицу. «За последние несколько сотен лет было всего два человека слабее меня, к которым я испытала хоть какое-то уважение. Ты — один из них. Мне не доставляет удовольствия называть способности того, кто слабее меня, жалкими, особенно когда это вовсе не так».
«Понятно», — сказал Ной. «Ну, без обид. Я, в общем-то, обычно пропускаю боевой треп мимо ушей. Но почему тогда ты ничего не хочешь рассказать мне о Хаосе?»
«Потому что это было бы вредительством. Если ты действительно сумел создать Руну Хаоса полностью самостоятельно… пределы твоего воображения заведут тебя гораздо дальше, чем любые правила. Возьмем, к примеру, способность, которую ты только что продемонстрировал. Ты имеешь хоть какое-то представление о том, что ты делал?»
«Э-э-э… Думаю, я уплотнял магию в нечто физическое. У меня не было особой возможности поразмыслить над этим».
Гарина фыркнула. «Ты использовал магию Хаоса, чтобы воспроизвести музыкальную ноту, которая исказила реальность и сделала воздух непроницаемым. И все это было подсознательно. Если бы я сказала тебе, каковы, по моему мнению, пределы твоей магии, ты бы подсознательно поверил в то, что это правда. Будет гораздо лучше, если ты сам определишь эти пределы — но не бойся. Я помогу. Тебе нужно будет определить их, если ты хочешь иметь хотя бы призрачный шанс (2) против Апостолов».
Ной на мгновение задумался над ее словами. Затем на его губах появилась легкая улыбка. «Думаю, я понял, что ты имеешь в виду. Спасибо. Только… может, в следующий раз не убивай меня прямо перед моим уроком? У меня есть ученики, которые на меня рассчитывают».
«Сегодня у меня есть время. Я компенсирую то, что ты оказался не в состоянии сделать».
«Правда?» Глаза Ноя загорелись. «Спасибо!»
Гарина фыркнула. «Почему это единственная твоя благодарность, которая показалась мне по-настоящему искренней? Ты интереснейшее существо. Когда-нибудь ты расскажешь больше о своем происхождении. Я бы хотела узнать, как ты вообще появился на свет».
Он лишь бесстыдно ухмыльнулся. «Посмотрим. Так что, нам пора возвращаться?»
Гарина моргнула. «Возвращаться? Нет. Конечно, нет. До твоего занятия еще несколько часов, если верить твоим же словам. У тебя есть время продолжать тренировку».
«Мне кажется, кое-какая информация ускользнула от внимания», — сказал Ной, потирая затылок. «Я не могу сейчас пользоваться своей магией, Гарина. У меня нет доступа к Рунам. Я не могу больше тренироваться».
Гарина посмотрела на Ноя так, будто он только что сел на торт, который она с нетерпением ждала весь день. «Ты что, идиот?»
«…потенциально?»
«Неужели ты думаешь, что каждый из твоих противников будет просто прекращать бой после того, как ты умрешь? Что, когда ты вернешься беспомощным, как младенец, они просто сядут и начнут ковыряться в носу, пока ты не будешь готов снова драться?»
Ной прочистил горло. «Я имею в виду, это было бы здорово. Мне удавалось избегать…»
«Идиот», — сказала Гарина. «Ты тренируешься не только для тех сценариев, которые можешь контролировать. Ты тренируешься для тех, которые не можешь».
«Но что, черт возьми, я могу сделать, если у меня нет моей магии?» спросил Ной.
Гарина хрустнула шеей. Затем она улыбнулась так, как может улыбаться только волк, глядя на свою добычу. Предупреждающая дрожь пробежала по позвоночнику Ноя.
«Ты дерешься», — ответила Гарина, принимая боевую стойку. «Ты будешь удивлен, насколько далеко может завести тебя обычный рукопашный бой, Ной. К тому же ты уже доказал, что любишь бросаться ударами. Посмотрим, сколько еще ударов ты сможешь нанести».
А, мне конец. (3)
— — -
П.: * «Sticks and Stones» в названии оказались началом английской «детской рифмы»-идиомы, первые упоминания которой Википедия относит к 19 веку. Рифма «используется как защита от оскорблений и словесных издевательств, призванная повысить устойчивость, избежать физической расправы и/или сохранить спокойствие и безразличие». Полная рифма обычно представляет собой вариант: «Sticks and stones may break my bones, (but words can never hurt me)» («Палки и камни могут сломать мне кости (но слова никогда не причинят мне вреда)»). При поиске было обнаружено достаточно много современных дискуссий насчет ее «неправильности, потому что на самом деле слова могут ранить (особенно детей) гораздо сильнее, чем физические побои», но лично мне смысл этой фразы кажется ближе к анекдоту «Сёма, вы знаете, когда вас нет, о вас такое говорят! — Ой, я вас умоляю. Передайте им, что, когда меня НЕТ, они могут меня даже бить!»
(1) — Хоум-ран (англ. Home run) — разновидность игровой ситуации в бейсболе, там достаточно нюансов, но если коротко, то это когда мяч вылетает за пределы поля (и может даже быть пойман болельщиками). Википедия утверждает, что это один из самых зрелищных моментов в бейсболе.
(2) — Забавно, что в оригинале тут выражение «a fly’s chance» — «шанс мухи», и это вроде даже никакая не идиома)
(3) — Да, тут было матерное выражение, которое каждый может перевести себе сам^^
Закладка