Главы 4271-4272 •
Глава 2137 (Восхождение На Трон 30)
Фэн Юйсюань, который был уверен в победе, почувствовал неприятное ощущение. Откуда кронпринцесса теперь знает боевые искусства? Неужели она всё это время скрывала свои способности?
Если так, то неудивительно, что Императрица не хотела лишать Ни Бинянь статуса кронпринцессы. Даже он сам оказался обманут.
Руки Фэн Юйсюаня онемели от силы Нин Шу. Он почувствовал тревогу и тут же подул в свисток. Многие ассасины услышали свисток и пришли на помощь Фэн Юйсюаню.
Нин Шу была окружена ассасинами. Даже с мечом Нин Шу не могла оставить шрамов на теле ассасинов.
Они были непробиваемыми.
Нин Шу использовала духовную энергию, прикрепив её к мечу, и одним лёгким ударом срубила голову ассасина.
Нин Шу начала крутиться, выпустив духовную энергию, сравнимую с самым острым оружием в мире, которая разрубала тела ассасинов пополам. Ни один ассасин не смог приблизиться к Нин Шу.
Все присутствующие были в крайнем шоке. Она явно всегда считалась никчёмной, но оказалось, что она всё это время сидела затаившись. Неужели кронпринцесса всё это время скрывала свою силу?
Ощущение было такое, словно муравей своими жвалами перевернул слона.
Нин Шу была словно богиня смерти, с широко распахнувшимися волосами и пронзительным взглядом. Кожа, которая была вымочена в различных зельях, была очень прочной. Ассасины, которых невозможно было ранить обычным оружием, теперь опасались приблизиться к Нин Шу.
Фэн Юйсюань закрыл глаза. Его план оказался напрасным. Его мать была выслана из столицы. Он начал перемещать людей из семьи Фэн, чтобы отступить, перегруппироваться, а потом атаковать. Но теперь Фэн Юйсюань сомневался в том, что он сам сможет уйти.
Нин Шу держала меч, кончик меча скользил по земле, а с лезвия капала кровь.
Нин Шу подошла к Фэн Юйсюаню. Фэн Юйсюань выглядел спокойным, но рассмеялся и сказал:
— Женщина, которую я люблю, действительно самая сильная в мире.
Нин Шу ударила по коленям Фэн Юйсюаня. Выражение лица Фэн Юйсюаня застыло, и он встал на колени перед Нин Шу.
— Сперва я сломаю тебе ноги, а потом поговорим.
— Старшая сестра, прошу, не надо его ранить, — Ни Байвэй с наполовину опухшим лицом загородила собой Фэн Юйсюаня. — Муж и жена однажды — супруги на все жизни. Старшая сестра, неужели ты действительно хочешь его покалечить?
— Матушка-Императрица родила нас, вырастила нас и дала нам богатство и славу. Он использовал ядовитое насекомое, чтобы отравить нашу мать. И ты всё ещё просишь помиловать убийцу своей матери? Ни Байвэй, у тебя с мозгами всё в порядке? — равнодушно сказала Нин Шу. — У тебя совсем нет никаких родственных чувств.
— Я, я…. — Ни Байвэй не знала, что сказать, поэтому просто начала умолять Нин Шу. — Старшая сестра, когда закончится эта месть? Ты же стала Императрицей, ты можешь просто проигнорировать Фэн Юйсюаня? Ты можешь быть более милосердной?
Ни Байвэй встала на колени перед Нин Шу.
Нин Шу закатила глаза. Она ненавидела людей, которые постоянно просят её быть более милосердной. Если их не простить, то ты будешь считаться мелочной. К тому же, святым тоже нужно выбирать свою цель. Псевдо-святые, которые милосердны к другим, надеюсь, в будущем вы будете жить как воины клавиатуры. Воины клавиатуры такие простые, любой человек может быть кем угодно.
Если бы она не знала боевых искусств, то, скорее всего, это она сейчас стояла бы на коленях.
И тогда, вряд ли Ни Байвэй умоляла бы отнестись к ней милосердно.
Нин Шу влепила Ни Байвэй пощёчину по второй щеке.
— Я не убила тебя только потому, что хотела показать тебе кое-что очень интересное.
Ассасины увидели, что их хозяина захватили и изо всех сил попытались спасти Фэн Юйсюаня, но Нин Шу убила их всех, разрубив пополам.
Земля была усыпана отрубленными конечностями и внутренними органами, от которых ещё шёл пар. Обычные мечи не могли разрезать кожу ассасина, поэтому она использовала сжатую и острую духовную энергию.
Все присутствующие были напуганы жестокостью Нин Шу. Некоторые не смогли этого вынести и их тут же стошнило.
Нин Шу попросила стражниц закопать тела, а потом заперла Фэн Юйсюаня в клетке. Фэн Юйсюань, ноги которого были искалечены, мог лишь сидеть в клетке.
Все вернулись в столицу с бледными лицами. В их мыслях была лишь картина из внутренностей и отрубленных конечностей. Из-за этого визуального шока, они целый месяц не могли есть. Те, у кого психологическое состояние было слабее, даже мучались от кошмаров по ночам.
Фэн Юйсюань был посажен в тюрьму, которую изнутри и снаружи охраняли три слоя стражи. Что касалось боевых искусств Фэн Юйсюаня, Нин Шу не собиралась лишать его их, потому что потом Фэн Юйсюань пожалеет, что они у него есть.
Нин Шу похоронила Императрицу в императорской гробнице, после чего провела церемонию коронации. Нин Шу села на трон дракона и обвела взглядом министров, стоящих на коленях. Она медленно сказала:
— Мои дорогие министры, прошу, поднимитесь.
Потом Нин Шу снова пришла в тюрьму, чтобы повидать Фэн Юйсюаня. Хоть он и был в тюрьме, но одежда и еда у него были словно у Императрицы. Он был хорошо одет и хорошо питался. Никто не относился к нему плохо.
Фэн Юйсюань увидел Нин Шу и спросил:
— Ты пришла. Что ты хочешь со мной сделать?
Фэн Юйсюань уже думал, что над ним будут издеваться, но еда, которую ему приносили каждый день, была обильной и изысканной. Кто-то даже подлечил его тело. Он совсем не страдал, за исключением того, что он не мог ходить.
Нин Шу улыбнулась и сказала:
— Конечно, же мы прислушались к словам Ни Байвэй. Жена и муж однажды — супруги на все жизни. Как мы можем что-либо сделать с тобой? Даже если ты захочешь умереть, мы будем хорошо к тебе относиться, чтобы мы не зря были женой и мужем.
Фэн Юйсюань уставился на Нин Шу зловещим взглядом.
— Среди всех принцесс, я и не ожидал, что ты скрываешься больше всех.
Подобная решительность была немного пугающей. Нин Шу улыбнулась и сказала:
— Что ты имеешь в виду под сокрытием? Что мы скрывали?
После этого Нин Шу объявила о преступлениях Фэн Юйсюаня в суде. Это считалось изменой, из-за которой можно было казнить всю семью. Но Фэн Юйсюань тайком вывез всю семью из столицы.
Но, разве у неё не остался ещё сам Фэн Юйсюань?
Нин Шу приговорила Фэн Юйсюаня к казни через тысячу надрезов.
Ни Байвэй была под домашним арестом в своём дворце. Она «случайно» услышала, как дворцовые служанки говорят о том, что Фэн Юйсюаня казнят через тысячу надрезов. Она тут же растерялась и была очень расстроена. У неё перехватило дыхание. Ни Бинянь оказалась настолько жестокой, что решила казнить Фэн Юйсюаня через тысячу надрезов!
Ни Байвэй никогда раньше не видела настоящей смерти через тысячу надрезов, но она почувствовала ужас, когда услышала о том, что кого-то нарежут на части. Она закатила истерику, плакала и просила, чтобы ей позволили повидать Нин Шу, но стражницы её остановили. Она хотела заставить Нин Шу прийти и к ней другими различными способами. Она писала письма кровью и ранила себя, только чтобы повидать Нин Шу.
Нин Шу проигнорировала Ни Байвэй. Можно сказать, что Фэн Юйсюань был единственной надеждой Ни Байвэй в этом мире. Тут у Ни Байэвэй не было родственников. А те родственники, что были — были не настоящими. У неё не было друзей. У неё был только Фэн Юйсюань, её возлюбленный.
Насколько же это была душераздирающая боль?
Когда Фэн Юйсюань, сидящий в тюрьме, услышал приговор Нин Шу, он попытался покончить с собой. Никто не пришёл спасти его. Приходила одна волна за другой, но его тюрьма была окружена неприступной стеной. Никто снаружи не мог пробраться внутрь.
Узнав, что его будут казнить через тысячу надрезов, он решил, что лучше просто умереть, чем терпеть такую боль. У этой бессердечной женщины нет к нему ни жалости, ни никаких-либо других чувств.
Но за Фэн Юйсюанем пристально следили и не позволили ему покончить с собой. Тюремщики охраняли Фэн Юйсюаня весь день и всю ночь. Её Величество Иператрица сказала, что хочет видеть живого Фэн Юйсюаня, а не мёртвого.
Фэн Юйсюань, который был уверен в победе, почувствовал неприятное ощущение. Откуда кронпринцесса теперь знает боевые искусства? Неужели она всё это время скрывала свои способности?
Если так, то неудивительно, что Императрица не хотела лишать Ни Бинянь статуса кронпринцессы. Даже он сам оказался обманут.
Руки Фэн Юйсюаня онемели от силы Нин Шу. Он почувствовал тревогу и тут же подул в свисток. Многие ассасины услышали свисток и пришли на помощь Фэн Юйсюаню.
Нин Шу была окружена ассасинами. Даже с мечом Нин Шу не могла оставить шрамов на теле ассасинов.
Они были непробиваемыми.
Нин Шу использовала духовную энергию, прикрепив её к мечу, и одним лёгким ударом срубила голову ассасина.
Нин Шу начала крутиться, выпустив духовную энергию, сравнимую с самым острым оружием в мире, которая разрубала тела ассасинов пополам. Ни один ассасин не смог приблизиться к Нин Шу.
Все присутствующие были в крайнем шоке. Она явно всегда считалась никчёмной, но оказалось, что она всё это время сидела затаившись. Неужели кронпринцесса всё это время скрывала свою силу?
Ощущение было такое, словно муравей своими жвалами перевернул слона.
Нин Шу была словно богиня смерти, с широко распахнувшимися волосами и пронзительным взглядом. Кожа, которая была вымочена в различных зельях, была очень прочной. Ассасины, которых невозможно было ранить обычным оружием, теперь опасались приблизиться к Нин Шу.
Фэн Юйсюань закрыл глаза. Его план оказался напрасным. Его мать была выслана из столицы. Он начал перемещать людей из семьи Фэн, чтобы отступить, перегруппироваться, а потом атаковать. Но теперь Фэн Юйсюань сомневался в том, что он сам сможет уйти.
Нин Шу держала меч, кончик меча скользил по земле, а с лезвия капала кровь.
Нин Шу подошла к Фэн Юйсюаню. Фэн Юйсюань выглядел спокойным, но рассмеялся и сказал:
— Женщина, которую я люблю, действительно самая сильная в мире.
Нин Шу ударила по коленям Фэн Юйсюаня. Выражение лица Фэн Юйсюаня застыло, и он встал на колени перед Нин Шу.
— Сперва я сломаю тебе ноги, а потом поговорим.
— Старшая сестра, прошу, не надо его ранить, — Ни Байвэй с наполовину опухшим лицом загородила собой Фэн Юйсюаня. — Муж и жена однажды — супруги на все жизни. Старшая сестра, неужели ты действительно хочешь его покалечить?
— Матушка-Императрица родила нас, вырастила нас и дала нам богатство и славу. Он использовал ядовитое насекомое, чтобы отравить нашу мать. И ты всё ещё просишь помиловать убийцу своей матери? Ни Байвэй, у тебя с мозгами всё в порядке? — равнодушно сказала Нин Шу. — У тебя совсем нет никаких родственных чувств.
— Я, я…. — Ни Байвэй не знала, что сказать, поэтому просто начала умолять Нин Шу. — Старшая сестра, когда закончится эта месть? Ты же стала Императрицей, ты можешь просто проигнорировать Фэн Юйсюаня? Ты можешь быть более милосердной?
Ни Байвэй встала на колени перед Нин Шу.
Нин Шу закатила глаза. Она ненавидела людей, которые постоянно просят её быть более милосердной. Если их не простить, то ты будешь считаться мелочной. К тому же, святым тоже нужно выбирать свою цель. Псевдо-святые, которые милосердны к другим, надеюсь, в будущем вы будете жить как воины клавиатуры. Воины клавиатуры такие простые, любой человек может быть кем угодно.
Если бы она не знала боевых искусств, то, скорее всего, это она сейчас стояла бы на коленях.
И тогда, вряд ли Ни Байвэй умоляла бы отнестись к ней милосердно.
Нин Шу влепила Ни Байвэй пощёчину по второй щеке.
— Я не убила тебя только потому, что хотела показать тебе кое-что очень интересное.
Ассасины увидели, что их хозяина захватили и изо всех сил попытались спасти Фэн Юйсюаня, но Нин Шу убила их всех, разрубив пополам.
Все присутствующие были напуганы жестокостью Нин Шу. Некоторые не смогли этого вынести и их тут же стошнило.
Нин Шу попросила стражниц закопать тела, а потом заперла Фэн Юйсюаня в клетке. Фэн Юйсюань, ноги которого были искалечены, мог лишь сидеть в клетке.
Все вернулись в столицу с бледными лицами. В их мыслях была лишь картина из внутренностей и отрубленных конечностей. Из-за этого визуального шока, они целый месяц не могли есть. Те, у кого психологическое состояние было слабее, даже мучались от кошмаров по ночам.
Фэн Юйсюань был посажен в тюрьму, которую изнутри и снаружи охраняли три слоя стражи. Что касалось боевых искусств Фэн Юйсюаня, Нин Шу не собиралась лишать его их, потому что потом Фэн Юйсюань пожалеет, что они у него есть.
Нин Шу похоронила Императрицу в императорской гробнице, после чего провела церемонию коронации. Нин Шу села на трон дракона и обвела взглядом министров, стоящих на коленях. Она медленно сказала:
— Мои дорогие министры, прошу, поднимитесь.
Потом Нин Шу снова пришла в тюрьму, чтобы повидать Фэн Юйсюаня. Хоть он и был в тюрьме, но одежда и еда у него были словно у Императрицы. Он был хорошо одет и хорошо питался. Никто не относился к нему плохо.
Фэн Юйсюань увидел Нин Шу и спросил:
— Ты пришла. Что ты хочешь со мной сделать?
Фэн Юйсюань уже думал, что над ним будут издеваться, но еда, которую ему приносили каждый день, была обильной и изысканной. Кто-то даже подлечил его тело. Он совсем не страдал, за исключением того, что он не мог ходить.
Нин Шу улыбнулась и сказала:
— Конечно, же мы прислушались к словам Ни Байвэй. Жена и муж однажды — супруги на все жизни. Как мы можем что-либо сделать с тобой? Даже если ты захочешь умереть, мы будем хорошо к тебе относиться, чтобы мы не зря были женой и мужем.
Фэн Юйсюань уставился на Нин Шу зловещим взглядом.
— Среди всех принцесс, я и не ожидал, что ты скрываешься больше всех.
Подобная решительность была немного пугающей. Нин Шу улыбнулась и сказала:
— Что ты имеешь в виду под сокрытием? Что мы скрывали?
После этого Нин Шу объявила о преступлениях Фэн Юйсюаня в суде. Это считалось изменой, из-за которой можно было казнить всю семью. Но Фэн Юйсюань тайком вывез всю семью из столицы.
Но, разве у неё не остался ещё сам Фэн Юйсюань?
Нин Шу приговорила Фэн Юйсюаня к казни через тысячу надрезов.
Ни Байвэй была под домашним арестом в своём дворце. Она «случайно» услышала, как дворцовые служанки говорят о том, что Фэн Юйсюаня казнят через тысячу надрезов. Она тут же растерялась и была очень расстроена. У неё перехватило дыхание. Ни Бинянь оказалась настолько жестокой, что решила казнить Фэн Юйсюаня через тысячу надрезов!
Ни Байвэй никогда раньше не видела настоящей смерти через тысячу надрезов, но она почувствовала ужас, когда услышала о том, что кого-то нарежут на части. Она закатила истерику, плакала и просила, чтобы ей позволили повидать Нин Шу, но стражницы её остановили. Она хотела заставить Нин Шу прийти и к ней другими различными способами. Она писала письма кровью и ранила себя, только чтобы повидать Нин Шу.
Нин Шу проигнорировала Ни Байвэй. Можно сказать, что Фэн Юйсюань был единственной надеждой Ни Байвэй в этом мире. Тут у Ни Байэвэй не было родственников. А те родственники, что были — были не настоящими. У неё не было друзей. У неё был только Фэн Юйсюань, её возлюбленный.
Насколько же это была душераздирающая боль?
Когда Фэн Юйсюань, сидящий в тюрьме, услышал приговор Нин Шу, он попытался покончить с собой. Никто не пришёл спасти его. Приходила одна волна за другой, но его тюрьма была окружена неприступной стеной. Никто снаружи не мог пробраться внутрь.
Узнав, что его будут казнить через тысячу надрезов, он решил, что лучше просто умереть, чем терпеть такую боль. У этой бессердечной женщины нет к нему ни жалости, ни никаких-либо других чувств.
Но за Фэн Юйсюанем пристально следили и не позволили ему покончить с собой. Тюремщики охраняли Фэн Юйсюаня весь день и всю ночь. Её Величество Иператрица сказала, что хочет видеть живого Фэн Юйсюаня, а не мёртвого.
Закладка