Глава 317. Члены семьи •
(Перевод: Ориана)
Цин Чэнь шел по туннелю. Когда он проходил мимо тритиевых ламп, его лицо освещалось светом, а затем снова погружалось в темноту.
В это время он даже убрал черную снайперскую винтовку «Покорение людей добротой», так как был уверен, что в туннеле, кроме него, не осталось ни одного живого человека.
Нить марионетки на его запястье порхала и кружилась в воздухе, и везде, где проходил Цин Чэнь, трупы и пятна крови исчезали без следа.
Когда Цин Чэнь приносил в жертву последний труп мастера уровня B, шелковая Нить марионетки, покрасневшая из-за высасывания крови, росла со скоростью, видимой невооруженным глазом.
Вторая нить моментально выросла на пятнадцать метров.
Цин Чэнь прикинул: если один мастер уровня B дает пятнадцать метров, то что даст мастер уровня A? Может ли это позволить полностью завершить формирование второй нити?
Однако, где уж там легко убить мастера уровня A?
Цин Чэнь обдумывал это снова и снова. Он решил, что поскольку даже боец уровня B погиб здесь, будь то люди Камиширо или Касимы, они наверняка подумают, что это ловушка.
Никто не должен больше прийти.
Значит, самое время разобраться с делом Ло Ванья.
Причина, по которой Цин Чэнь не спас Ло Ванья раньше, заключалась в том, что он хотел посмотреть, на что способен господин Ло, этот Лочэнский «змей», так что дал ситуации развиваться дальше.
Честно говоря, он сам не ожидал, что это затянется на целых три дня… Это действительно слишком долго.
Неизвестно, сможет ли господин Ло столько продержаться.
Однако, даже если он хотел спасти Ло Ванья, он не смог бы сделать это сегодня. На сегодня свой заряд энергии он уже потратил.
Цин Чэню нужно было восстановить свои силы.
Он развернулся и пошел обратно по подземному коридору.
Когда Цин Чэнь вернулся во двор Опавший лист, он внезапно обнаружил, что что-то не так.
В комнате, неизвестно когда, появился еще один человек.
Ли Чанцин, с длинными волосами, похожими на черный шелк, в черной кожаной куртке спала на кровати Цин Чэня. Она выглядела уставшей и уже не такой ослепительной, как обычно.
Цин Чэнь посмотрел на стол и увидел табличку с вырезанными на ней словами «Закрыто для посетителей», которую, видимо, бросила туда Ли Чанцин.
Он не знал, смеяться ему или плакать. Эта сильная женщина действительно не признавала никаких ограничений. Все его старания установить правила для семьи Ли оказались бесполезными перед Ли Чанцин.
В этот момент Ли Чанцин, услышав шум, медленно открыла глаза.
Она посмотрела на Цин Чэня, стоящего неподалеку, и, немного смутившись, сказала: «Ты вернулся?»
«Угу, – будто ничего не произошло кивнул Цин Чэнь. – Ты уснула?»
Ли Чанцин немного помедлила: «В последнее время я слишком много работала, я слегка устала... Куда ты только что ходил? В этом дворе есть секретный проход, да?»
«Ты знала о существовании этого секретного прохода?» – спросил Цин Чэнь.
«Я только сегодня узнала, – улыбнулась Ли Чанцин. – Отец сказал мне следить за жилым комплексом «Микромир» снаружи, чтобы посмотреть, есть ли шанс уцепиться за ниточку и поймать нескольких человек. Но не волнуйся, хотя мои люди охраняют снаружи, они не знают, что внутри есть секретный проход. Кстати, все убийцы в туннеле мертвы? Я хотела оставить пару-тройку из них для допроса».
Цин Чэнь нахмурился: «Сказали бы раньше, я бы тогда оставил некоторых из них в живых».
«Ничего страшного, – Ли Чанцин встала и, скрестив ноги, села на кровать. – Нет живых и ладно».
Цин Чэнь вдруг осознал, что она знала о возможном нападении убийц сегодня ночью и специально пришла во двор Опавший лист, чтобы защитить его!
Просто позже, увидев, что Цин Чэнь вне опасности, она не стала вмешиваться!
Однако Цин Чэнь указал на табличку «Закрыто для посетителей» на столе: «Ты ведь понимаешь, что там написано?»
Ли Чанцин притворилась рассерженной: «Эй, это я привела тебя в поместье Баньшань. И я так хорошо к тебе отношусь. Разве у меня не может быть каких-то привилегий? У тебя есть хоть капля совести? Ты знаешь, что это я лично повесила Бесстрастный медный колокол на твой карниз?»
Цин Чэнь на мгновение оцепенел. Так вот оно что.
«Конечно, у тебя могут быть привилегии, – вздохнул Цин Чэнь, – но ты могла хотя бы повесить табличку обратно на дверь. А если придет кто-то еще?»
Ли Чанцин улыбнулась: «В следующий раз я обязательно так и сделаю».
«Я вижу, что ты выглядишь очень уставшей. В последнее время в городе 18 происходит много всего?» – спросил Цин Чэнь.
«Угу, – кивнула Ли Чанцин. – Камиширо и Касима ведут себя неспокойно. Даже кандидаты на должность Тени семьи Цин устраивают беспорядки. Думаю, в ближайшие дни несколько человек погибнут. Сейчас город 18 стал городом шпионов. Все хотят что-то получить от смены власти в семье Ли. Вчера даже появился Тень семьи Цин».
Цин Чэнь с любопытством спросил: «Кто, в конце концов, Тень семьи Цин? Как его зовут?»
Ли Чанцин покачала головой: «Я не знаю».
Цин Чэнь не знал, как описать свои чувства. Он знал, что Тень Цин не вчера пришел в этот город, а был здесь уже давно.
Более того, возможно, он прямо сейчас пьет чай на 132-м этаже здания «Гибискус».
«Какова цель появления Тени Цин в городе 18?» – озадаченно спросил Цин Чэнь.
«Это самое странное. Ты знаешь, что он пришел сюда с какой-то целью, но не можешь угадать, с какой, – нахмурилась Ли Чанцин. – Он как сторонний наблюдатель, ничего не делает, просто наблюдает. Но ты не знаешь, за чем именно он наблюдает».
Цин Чэнь спросил: «Как долго тебе еще придется так напряженно работать?»
Ли Чанцин задумалась: «Скоро, возможно, очень скоро мне больше не придется быть такой занятой».
Цин Чэнь почувствовал легкий холодок в сердце. Казалось, тучи, нависшие над городом 18, вот-вот разверзнуться.
Это также означает, что путешественники во Внешнем мире, находящиеся под контролем Камиширо и Касимы, также скоро начнут действовать.
Ли Чанцин, сидя на кровати, ярко улыбнулась: «Но ты довольно хорошо умеешь скрывать. Ты, оказывается, солгал мне, что ты генный боец».
Цин Чэнь терпеливо объяснил: «Метод совершенствования был тайно передан мне главой Ли только несколько дней назад. Я сам недавно его получил».
«О? – удивилась Ли Чанцин. – Почему старик так хорошо к тебе относится?»
«Это тебе придется спросить у него», – сказал Цин Чэнь.
«Если ты его внебрачный сын, ты должен был сказать мне об этом раньше», – сказала Ли Чанцин.
Цин Чэнь сменил тему: «Ты выглядишь очень уставшей. Тебе следует уделять больше внимания отдыху».
«Я не могу отдыхать, – вздохнула Ли Чанцин. – С моим статусом мне приходится держать марку, куда бы я ни пошла. Не то чтобы я этого хотела, но люди в моем положении должны это делать, чтобы подчиненные уважали, а враги боялись. Все эти годы, как только мои машины выезжают из поместья Баньшань, за мной сразу начинают следить. Я даже не смогла как следует рассмотреть изменения, произошедшие в городе 18. Разве что когда-нибудь я перестану быть частью семьи Ли, тогда, возможно, смогу позволить себе больше свободы».
«Ты правда много работаешь», – искренне сказал Цин Чэнь.
В этот момент глаза Ли Чанцин вдруг загорелись: «Завтра вечером выведешь меня через этот туннель? Давай погуляем в городе 18».
Честно говоря, Цин Чэнь считал, что Ли Чанцин в этом отношении была очень несчастна. За ней следили, даже когда она выходила просто прогуляться, и каждое ее движение интерпретировалось слишком преувеличено.
«Бессовестный, – надула губы Ли Чанцин. – Я могу плотно закутаться. Если я не выйду через главные ворота поместья Баньшань, кто догадается, что я Ли Чанцин? Я просто хочу отправиться в город 18 как обычный человек!»
Цин Чэнь подумал и наконец вздохнул: «Хорошо».
Глаза Ли Чанцин загорелись. Она спрыгнула с кровати, подошла к Цин Чэню и сказала: «Договорились! Завтра вечером я приду к тебе. Давай скрепим клятву на мизинцах!»
С этими словами она протянула свой тонкий мизинец.
Цин Чэнь колебался, не решаясь протянуть руку, но Ли Чанцин схватила его за руку и насильно соединила их мизинцы: «Никаких отговорок!»
Сказав это, Ли Чанцин вышла в приподнятом настроении, словно ее усталость как рукой сняло: «Куда бы ты завтра ни пошел, я пойду с тобой».
Она открыла небольшие ворота двора Опавший лист, за которыми молча ждали Воробьятник и другие. Даже Старина Девятый, который раньше восстанавливался после ранения, уже вернулся в строй.
Ли Чанцин обернулась и сказала: «Завтра утром, возможно, будет внутреннее собрание высшего руководства семьи. Все члены семьи Ли, имеющие право войти в храм предков, должны присутствовать. Когда придет время, давай сядем вместе».
Цин Чэнь на мгновение остолбенел: «Собрание высшего руководства семьи… Мне позволят туда пойти?»
«Конечно, – с улыбкой сказала Ли Чанцин, – теперь ты занимаешь очень высокое положение. Ладно, я пошла».
После этого женщина сразу же ушла, быстро и решительно.
Однако Цин Чэнь вдруг задумался над вопросом.
Ли Чанцин на самом деле не важно, куда идти. Она просто хотела ненадолго избавиться от личности «Ли» и насладиться временем, когда за ней не следят каждую минуту.
Тогда, возможно, она не будет против помочь спасти Ло Ванья.
Раньше Цин Чэнь немного беспокоился, что среди тех, кто держит Ло Ванья под домашним арестом, могут быть сильные мастера, и он не сможет справиться с этим в одиночку.
Теперь, с таким мастером, как Ли Чанцин, все должно быть хорошо...
Двор Опавший лист снова погрузился в тишину, но в воздухе все еще чувствовался слабый аромат, который, казалось, оставили духи Ли Чанцин.
…
В квартире 102 Цзян Ичэнь, с темными кругами под глазами, украдкой смотрел в дверной глазок.
Он ждал с полуночи до трех часов ночи, но так и не дождался, чтобы убийцы снова вышли.
Вместе с теми четверыми, кто вошел раньше, эти шестнадцать убийц, после того, как вошли в дверь, были словно поглощены каким-то ужасным существом, исчезнув без следа.
Цзян Ичэнь не знал, что в доме есть секретный проход, и не знал, кто именно живет в той квартире. Он лишь чувствовал, что его новый дом находится в ужасно страшном месте.
Что это за чувство? Это как будто ты наконец купил дом, но через пару дней после переезда кто-то сообщает тебе, что это проклятое место, где предыдущие три владельца повесились.
Теперь Цзян Ичэнь чувствовал, что живет в таком проклятом доме, и ему было очень страшно.
В это время Ло Ванья молча лежал на полу маленькой комнаты, где вместе с ним находились еще шестеро путешественников, также запертых здесь.
Он не спал.
И не мог уснуть.
Ло Ванья приблизительно подсчитал время. Он находится под домашним арестом уже больше месяца с тех пор, как стал путешественником.
В течение месяца эти путешественники ничего не делали, только ели и спали. Каждый день им промывали мозги специально назначенные люди, чтобы извлечь из них правдивую информацию о Внешнем мире.
Окна в комнате были заколочены, и невозможно было увидеть, что происходит снаружи.
Душный и влажный воздух в помещении делал людей особенно раздражительными.
Перед этим перемещением Ло Ванья был полон уверенности. В конце концов, «Белый день» имел за плечами успешную операцию по спасению Чжан Чэнцзэ, что делало их куда более внушительными по сравнению с предыдущими путешественниками.
К тому же, они приняли две машины, которые он им подарил.
Но прошло уже три дня, а Ло Ванья так и не увидел никого из «Белого дня».
Неужели они, как и другие путешественники, не могут найти место, где его держат?
Или у них недостаточно сил, поэтому они не осмеливаются прийти и спасти его?
Это заставляло его беспокоиться, и он ворочался с боку на бок.
«Старина Ло, ты можешь не вертеться? – заворчал один из путешественников. — С твоими габаритами, когда ты поворачиваешься, это подобно землетрясению. Может, дашь другим поспать?»
Ло Ванья не ответил. Он никогда не рассказывал этим людям о том, что просил кого-то спасти его.
Вращаясь столько лет в криминальной среде, он четко усвоил одну вещь: никогда никому не доверяй. Кто знает, может, среди этих путешественников уже есть те, кто добровольно переметнулся?
Ему не промыли мозги, но ведь кому-то и промыли.
В этот момент в комнату вошли двое мужчин в черной боевой форме. Один из них с улыбкой сказал: «Семья, как вы сегодня отдохнули? Есть ли пожелания по улучшению питания?»
Другой тоже улыбнулся: «Разве вы все не спрашивали, когда вы сможете вернуть себе свободу? Мы всегда отвечали: скоро. Некоторые члены семьи, возможно, задавались вопросом, почему мы настаиваем на том, чтобы вы остались здесь. На самом деле, у нас есть свои трудности. Сейчас в городе 18 слишком опасно. Семьи Ли и Цин искали в городе путешественников. Выйти наружу для вас очень рискованно».
Ло Ванья быстро повернулся и спросил с преданным взглядом: «Начальник, я понимаю ваши трудности. Полностью понимаю».
Надзиратель был очень доволен. За это время самым успешным случаем промывания мозгов стал именно Ло Ванья. Он не только охотно сотрудничал, но и помогал промывать мозги другим.
Тогда один из надзирателей с широкой улыбкой сказал: «Семья, теперь начальство поручило нам задачу. Члены семьи во Внешнем мире срочно нуждаются в средствах для выполнения операции. Может, вы захотите добровольно сделать пожертвование? Это уникальная возможность. Начальство сказало, что только те члены семьи, которые проявят инициативу и сделают пожертвование, смогут стать частью большой семьи и получить больше возможностей для продвижения в организации…»
Ло Ванья с горящими глазами сказал: «Я сделаю пожертвование! Члены семьи, не спорьте со мной. У меня много наличных, они спрятаны под кроватью. Куда вы хотите, чтобы я их доставил?»
Мужчина развернул небольшой листок бумаги, взглянул на него и сказал: «В полночь на второй день после возвращения, под мостом Ванчэн. Когда доберешься туда, кто-нибудь непременно с тобой свяжется».
Ло Ванья почувствовал прилив возбуждения. Значит ли это, что он сможет поймать шпионов этих людей во Внешнем мире?
Однако он все еще не был свободен. Если он доставит неприятности во Внешнем мире, то, вернувшись, он, вероятно, умрет.
Мужчина взглянул на Ло Ванья, а затем с улыбкой обратился к остальным: «Члены семьи, посмотрите на сознательность Ло Ванья. Именно такое отношение должно быть у членов одной семьи. Кто-нибудь еще хочет сделать свой вклад в организацию?»
Под руководством Ло Ванья члены семьи с энтузиазмом начали делать пожертвования.
«Ладно, идите спать, – удовлетворенно махнул рукой мужчина, увидев, что задача по сбору средств на операцию выполнена. – Завтра вам не придется спать на полу. Вечером я отвезу всех членов семьи в другое место, где будет безопаснее и комфортнее».
«Члены семьи» переглянулись, и на их лицах отразилась радость.
Ло Ванья внутри вопил от ужаса. Место, где его держали под домашним арестом, и так было трудно найти. Если «Белый день» только начал нащупывать следы, а его вдруг перевезут, то все усилия окажутся напрасными.
На этот раз Ло Ванья действительно был встревожен!
Старшие братья из «Белого дня», где же вы?!