Глава 256: Гости Северных Врат •
Наставник Гван Сон из школы Цинчэн и настоятельница Муён из школы Эмэй вслед за Ха Джин Волем вошли во Врата Северного Неба — и оба невольно замедлили шаг.
Они знали, что где-то на Западном нагорье Сычуани укрылась новая сила. Но одно дело — знать, и совсем другое — увидеть своими глазами целую школу, выросшую здесь втайне от всех. Масштаб поражал и даже пугал.
Врата Северного Неба уже ничем не напоминали едва вставшую на ноги организацию. По числу и уровню мастеров они не уступали ни школе Цинчэн, ни школе Эмэй. А по сплочённости и ощущению силы, пожалуй, превосходили обе школы вместе.
«Какая же это молодая школа...»
«Если бы они были нашими врагами, от школ Эмэй и Цинчэн давно бы ничего не осталось».
Оставалось только радоваться, что Врата Северного Неба стояли на их стороне.
Ха Джин Воль проводил гостей к себе. Там уже ждал Тан Ги Мун, прибывший от имени клана Тан.
— Наконец все главные силы Сычуани собрались за одним столом. Благодарю, что нашли возможность приехать.
— Это нам следует благодарить вас, стратег Ха. Вы позволили увидеть силу, которую до сих пор так тщательно скрывали.
— Ну что вы. Теперь мы связаны одной судьбой. Было бы странно и дальше что-то друг от друга прятать.
Гван Сон и Муён улыбнулись. По дороге сюда они успели вдоволь наговориться с Ха Джин Волем и уже составили о нём мнение.
Этот человек поражал не объёмом знаний сам по себе. Гораздо важнее было другое: он умел знаниями пользоваться и смотрел на происходящее куда шире людей, всю жизнь проживших в пределах Сычуани. Астрономия, география, военное дело, управление людьми — казалось, не существовало области, в которой он бы не разбирался.
Разговор сам собой оказался в его руках.
К тому времени, как они добрались до Врат Северного Неба, оба уже воспринимали Ха Джин Воля как стратега Союза Четырёх Школ. И незаметно для себя признали в нём человека, способного удержать этот союз вместе.
— А где глава Джин? — Гван Сон огляделся. Хозяина Врат Северного Неба нигде не было.
— Готовится уехать.
— Уехать?
— Из Сычуани невозможно в полной мере понять, что происходит в Поднебесной. Он хочет сам всё увидеть и сделать выводы.
— Хм...
— Не тревожьтесь. Мы всегда сможем с ним связаться. А если он понадобится здесь, вернётся быстро.
— Тогда другое дело.
Гван Сон и Муён заметно расслабились. После недавней кровавой бойни они слишком хорошо поняли, что значит иметь рядом абсолютного мастера уровня Джин Му Вона.
Ха Джин Воль перешёл к делу.
— Союз Четырёх Школ создан. Теперь нужно заняться самым срочным вопросом.
— Каким именно?
— Нам Чхон Мён — один из сильнейших мастеров Тайной Ночи. Он пропал без вести. Рано или поздно там начнут выяснять, что с ним случилось.
Лица собравшихся посерьёзнели.
— Пока о Союзе никто не должен узнать.
— И что вы предлагаете?
— С этого дня задействуем все наши возможности. Перекроем сведения из Сычуани, подменим часть сообщений, пустим ложные следы. Тайная Ночь должна как можно дольше оставаться в неведении.
— Для этого вам нужна наша помощь?
— Очень нужна.
— Какая именно?
Улыбка Ха Джин Воля стала чуть шире.
Она была совершенно обычной, почти добродушной. И всё же у остальных от неё почему-то пошёл мороз по коже.
* * *
Ю Гон Ёп смотрел на Джин Му Вона снизу вверх. Чёрные глаза мальчика казались особенно яркими на раскрасневшемся лице. Одежда промокла от пота, дыхание сбилось.
— Ещё можешь?
Ю Гон Ёп молча кивнул.
С тех пор как он поселился во Вратах Северного Неба, мальчик заметно оттаял. Особенно после того, как подружился с Квак Мун Джоном и Хан Сон У. Разговорчивее он почти не стал, зато прежняя мрачность понемногу ушла.
Каждый день Ю Гон Ёп тренировался. Пока его занятия сводились главным образом к одному: босиком бегать до полного изнеможения. Но он не пропускал ни дня, и выносливость росла на глазах.
— Внутренний метод, который я тебе показал, отрабатываешь?
— Да!
— Пока меня не будет, продолжай.
— Вы куда-то уезжаете?
— В Шэньси.
— Туда, где...
— Где сейчас тяжелее всего идут бои между Облачным Небосводом и Тайной Ночью.
— Зачем вам туда?
— Иначе я не пойму, что на самом деле стоит за этой войной.
— На самом деле?
Джин Му Вон улыбнулся и провёл ладонью по волосам мальчика.
Ю Гон Ёп был ещё слишком мал, чтобы ясно увидеть одну простую вещь: весь мир сходил с ума от войны, а большинство людей даже не знало, почему она началась и ради чего продолжается.
Пока скрытая причина оставалась скрытой, искать выход было бессмысленно.
Теперь, после создания Союза Четырёх Школ, Джин Му Вон наконец мог позволить себе уехать. Ха Джин Воль справится и с союзом, и со Вратами Северного Неба. Сам же он собирался вернуться в мир боевых искусств, посмотреть, как меняется обстановка, и при необходимости вмешаться.
— К следующему этапу перейдёшь, только когда как следует освоишь внутренний метод. Поэтому занимайся каждый день. Без поблажек.
— Да!
Оставив Ю Гон Ёпа тренироваться, Джин Му Вон вышел во двор.
У ворот его уже ждал Квак Мун Джон, держа за повод двух лошадей. На этот раз Джин Му Вон решил взять его с собой.
— Брат!
— Поехали.
— Да!
Они сели в седло и покинули Врата Северного Неба.
Квак Мун Джон даже не пытался скрыть радость. За последние три года он исходил и изъездил пол-Поднебесной, но ни разу не путешествовал вместе с Джин Му Воном.
*Хе-хе.*
Улыбка сама лезла на лицо.
Для него Джин Му Вон оставался человеком, которого он искренне любил и уважал. Уже одно сознание, что теперь они снова будут вместе странствовать по миру боевых искусств, приводило его в восторг.
— Значит, едем в Шэньси?
— Да.
— Тогда лучше держать путь через Ханьчжун. На больших дорогах наверняка полно постов Облачного Небосвода. Хотите обойтись без лишней мороки — пойдём по глухим горным тропам.
— Дорогу знаешь?
— Ещё бы! Я несколько лет охранял караваны. Где только не побывал. Так что дорогу доверьте мне.
— Договорились.
— Не пожалеете.
Квак Мун Джон для убедительности хлопнул себя по груди. Джин Му Вон не удержался от улыбки.
Работа караванного охранника с детства таскала его по всей Поднебесной. Он рано увидел то, чего другие не видели и в зрелые годы, и потому рано повзрослел. Именно это Джин Му Вон ценил в нём больше всего.
Квак Мун Джон ехал впереди и без умолку рассказывал о дорогах, городах, людях, которых встречал за последние годы. Джин Му Вон слушал и время от времени отвечал короткой репликой.
Лето входило в самую жаркую пору. По обе стороны дороги тянулись рисовые поля; крестьяне, по колено в воде, пололи их под палящим солнцем. Лица раскраснелись, руки и ноги почернели от загара, но люди улыбались.
Сейчас им было жарко и тяжело. Зато после этой жары придёт жатва.
Джин Му Вон долго смотрел на них из седла.
В этих улыбках было больше света, чем во всём, что он видел за последние годы. Ради семей люди терпели сегодняшний изнурительный труд и знали, ради чего терпят.
От этой простой картины внутри что-то дрогнуло.
«Вот бы и мне когда-нибудь жить так. Не отнимать жизнь, а вырастить хотя бы горсть зерна для другого человека».
Он понимал, насколько несбыточно это желание. И всё же не хотел от него отказываться.
Десять дней спустя они добрались до Гуанъюаня, у самой границы Сычуани и Шэньси.
Заставу, которую недавно разгромил Отряд Демона Преисподней под командованием Нам Чхон Мёна, теперь охраняли новые люди.
— Глава!
Это были мастера, присланные из Врат Северного Неба. Пока три школы восстанавливали силы после потерь, они взяли охрану границы на себя.
Прежние стражи из школы Цинчэн и других ортодоксальных школ держались с привычной для них степенной уверенностью, иногда переходившей в расслабленность. Эти же выглядели иначе: грубоватые, свободные, внимательные к каждой мелочи.
Когда-то они бродили по Поднебесной разбойниками вместе с Ма До Гваном. Уличная хватка у них была отменная, а умение драться — ещё лучше. Такой отряд без особого труда смёл бы небольшую школу боевых искусств.
— Присмотрите здесь как следует.
— Езжайте спокойно, глава. Пока Ю Джи Хван стоит на этой заставе, мышь без спроса не проскочит.
— На вас и рассчитываю, командир Ю.
Ю Джи Хван ухмыльнулся.
С виду он был простоватым мужиком, но был хитрее лисы и замечал всё вокруг. Даже Ма До Гван, его прежний главарь, не раз хватался из-за него за голову. Одно, впрочем, сомнений не вызывало: Вратам Северного Неба он был предан по-настоящему.
Даже в разбойничьи годы Ю Джи Хван тосковал по этим местам сильнее многих. А увидев Джин Му Вона, сразу решил, кому будет служить.
Поговорив со стражей, Джин Му Вон двинулся дальше. Квак Мун Джон успел тепло попрощаться со знакомыми и нагнал его уже за заставой.
После Гуанъюаня он снова повёл их дальше. Ещё через два дня они добрались до Ханьчжуна и остановились на постоялом дворе.
До столицы Шэньси, Сианя, отсюда было далеко, но война чувствовалась уже здесь.
Почти все посетители носили оружие. Стоило Джин Му Вону и Квак Мун Джону войти, как разговоры на миг стихли, а десятки глаз повернулись к ним.
Оба давно привыкли к таким взглядам. По дороге их встречали везде.
Никто больше не мог с уверенностью сказать, кто перед ним — свой или враг. Люди Облачного Небосвода не обязаны были ходить в одежде со знаками своей организации, а мастера Тайной Ночи и подавно не спешили себя выдавать. Среди сидевших в зале вполне могли находиться и те и другие.
Поэтому каждого нового гостя сначала оценивали как возможную угрозу.
У Джин Му Вона оружия при себе не было, а Квак Мун Джон выглядел совсем молодо. Напряжение понемногу спало.
— Добро пожаловать, господа.
Хозяин подошёл осторожно, почти крадучись. При такой обстановке и он привык лишний раз не делать резких движений.
— Комната найдётся?
— На двоих уже ничего нет. Могу поселить вас в общей комнате на десять человек, если устроит.
— На десять...
Джин Му Вон нахмурился, но выбора не было. Крыша над головой всё равно лучше ночёвки под дождём.
— Присаживайтесь. Еду сейчас подадим.
Хозяин поспешил на кухню.
Свободный стол нашёлся с трудом. Похоже, насчёт комнат он не соврал: постоялый двор был забит под завязку.
— Народу-то сколько. Они все в Фусянь едут?
— Не знаю.
Джин Му Вон и сам не мог понять, что привело сюда столько людей.
Когда он в прошлый раз направлялся к Цитадели Железной Крови, всё ощущалось иначе. Теперь на лицах не осталось и следа прежней беспечности.
Казалось, по залу разлили масло: одной искры хватило бы, чтобы всё вокруг вспыхнуло.
Такой стала вся Шэньси. Там, где сходились Тайная Ночь и Облачный Небосвод, напряжение висело над каждой дорогой и каждым двором.
Джин Му Вон спокойно оглядел зал. Люди сидели небольшими группами и переговаривались вполголоса.
Вскоре от одного из столов поднялся крепкий мужчина лет под сорок. За спиной у него крест-накрест висели два меча. Подойдя ближе, он с улыбкой уставился на Квак Мун Джона.
— Ты ведь Мун Джон?
Тот удивлённо моргнул.
— Сын У? А вы здесь откуда?
Пхё Сын У, как и Квак Мун Джон, зарабатывал охраной караванов. Только постоянного хозяина у него не было: кто больше платил, к тому он и переходил. Верность делу или торговому союзу его занимала куда меньше денег.
Когда-то его нанимал и Торговый союз Белого Дракона. Через несколько месяцев Пхё Сын У ушёл к другому заказчику, предложившему больше. Вместе они проработали недолго, но человек он был такой, что забыть трудно.
— Работа занесла.
— Какая работа?
— Вон тот господин — мой заказчик. Ему нужно до Фусянь, вот и нанял меня для охраны.
Пхё Сын У кивнул на мужчину средних лет за своим столом. Ничем не примечательный с виду человек нервно поглядывал по сторонам и обеими руками прижимал к груди небольшую шкатулку.
Работа охранника проста: если тебя наняли защищать человека или груз, защищай до конца.
И всё же Квак Мун Джон задумался. По виду заказчик не походил на того, кто мог позволить себе Пхё Сын У.
«Может, просто не выставляет богатство напоказ».
Такое встречалось часто. Квак Мун Джон выбросил мысль из головы.
— А ты сам? Каравана рядом не вижу.
— Я со старшим братом. Мы тоже в Фусянь.
— Со старшим братом?
Пхё Сын У перевёл взгляд на Джин Му Вона.
Тот чуть кивнул.
— Дан Чхон Ун.
— Рад знакомству, Дан. Раз дорога одна, ещё не раз увидимся.
— Возможно.
— Ха-ха! Тогда отдыхайте. Завтра перед выездом ещё свидимся.
Пхё Сын У вернулся к своему столу.
Квак Мун Джон проводил его взглядом и помрачнел.
— Что такое? — спросил Джин Му Вон.
— Неспокойно мне.
— Из-за него?
— У Сын У обычных заказов почти не бывает. Он всегда берётся за то, где хорошо платят. А чем больше платят, тем чаще пахнет бедой. Хотелось бы в этот раз ошибиться.