Глава 693 - Почётная месть •
— Бегите, не останавливайтесь! — под крики Хилле Фалес и его спутники, шлёпая по грязной воде, в панике мчались по мрачному туннелю.
Туннель заполнял странный белый дым, непрерывно сочащийся из щелей в полу и стенах, застилающий обзор и сильно замедляющий их бег.
— Чёрт, как этот ублюдок… — Гловер, держа факел, следовал за Фалесом и Хилле, то и дело морщась и касаясь лба, явно ещё не отошедший от воздействия псионической способности: — Как он нас нашёл?
Позади раздалось недовольное хмыканье Ральфа и болезненный стон Кэтрин.
— У меня был подчинённый – хисс – Сангаре, он…Он разводил собак, в том числе ищеек, с отличным нюхом, — Призрачный Клинок, лёжа на спине Ральфа, сдавленно постанывала от тряски. — Мы пришли сюда в крови, с запахом крови – уф!
— Кхе-кхе, никому не интересно, откуда этот дым? — Слимани с отвращением отмахивался от дыма перед собой и хромал по извилистому туннелю, опираясь на костыль: — Это же канализация – чёрт, дохлая муха! Неужели тут внизу ещё и опиумная площадка?
Среди плеска воды голос Хилле донёсся спереди: — Может, и правда есть, в этом туннеле всякое случается – ай, осторожно, тут камень!
Во главе отряда Фалес молчал. Адские чувства работали без остановки: эта задымлённая тропа побега была всюду усеяна ещё не остывшими трупами крыс и тараканов. Пауки и букашки, обычно любившие прятаться по тёмным и сырым углам, в панике штурмовали стены, слепо спасаясь бегством, точно как они сами. Ещё и время от времени мухи с мотыльками шлёпались сверху на влажную землю и бились в конвульсиях… Просто густой белый дым скрывал это от остальных, и они ничего не замечали.
«Что происходит?» — Фалес потряс головой, чувствуя себя потерянным.
В белом дыму ощущался еле уловимый обычным нюхом рыбный запах, вызывающий у него зловещее чувство. Юноша глубоко вздохнул, стараясь сосредоточиться.
— Нет… кто ты, чёрт возьми… — отголоски боя Лозанны II и таинственного подкрепления проникали сквозь стены, улавливаясь его адскими чувствами, но доносились лишь обрывки: — Разве… несправедливость… отчаяние… безумие… проще… отбрось сомнения… биип…
Слова закончились резким звоном в ушах, от которого Фалес скривился, инстинктивно зажав уши: «Проклятье! Как режет!»
— Мы правда не поможем? — Гловер отодвинул кучу обломков, пропуская остальных, и невольно оглянулся назад, но увидел лишь дым. — Этот… храбрец, он один сражается с этим Лозанной?
— Кому хочется идти – идите! — Слимани торопливо протиснулся вперёд через препятствие: — Я точно пас!
Кэтрин, превозмогая боль, спустилась на землю, опираясь на плечо Ральфа: — Я знаю, мы будем помнить и благодарить его – а теперь бегите!
— Поверьте, мы там только помешаем, — Хилле подхватила разговор, её тон был твёрд. — Сейчас нам стоит беспокоиться… беспокоиться о…
Она не договорила.
— Почему мы ещё не на месте! — Слимани раздражённо перебил: — Сколько можно петлять, где выход в конце концов?
«Точно», — Фалес, только что очнувшийся от боли, вздрогнул. Его осенило. — «Точно, где выход? Выход из Туннеля Упырей?»
Плюх, плюх, плюх…
Он глубоко вздохнул, заставляя себя посмотреть вперёд: свет факела освещал лишь на пару метров вперёд, дальше всё застилал белый дым.
— Выход, выход должен быть… — Фалес растерянно бормотал.
Плюх, плюх, плюх…
По какой-то причине его сердце учащённо билось, а тело пылало. Каждый шаг отзывался странным ощущением и плеском воды. И этому мрачному туннелю, казалось, не было конца…
«Нет».
Бултых! Бултых!
Сердце Фалеса колотилось всё быстрее, дыхание сбивалось: «Выход на поверхность…»
— Должен быть здесь! Но… — юноша схватился за лоб и сильно нахмурился.
Странно, с благословением «Никогда не теряйся» он должен был знать дорогу. Как только что, когда они пробирались по улицам Нефритового города, или когда спускались в туннель – несмотря на запутанный маршрут, Фалес чётко знал, на каком уровне они находятся, где повернуть, в каком направлении двигаться…
«Но почему?» — почему вдруг – Фалес недоверчиво смотрел на белый дым, поднимающийся из-под ног, – он потерял путь?
«Неужели благословение Никогда не теряйся» дало сбой? Как… в Великой пустыне?»
Белый дым, лезущий из неведомых щелей, становился всё суше, резал глаза и ноздри, раздражая Фалеса, заставляя его нервничать.
— Почему не… — Фалес рассеянно бормотал, его взгляд блуждал, а земля под ногами казалась всё более неровной: — Выход, почему мы ещё не дошли…
В этот момент кто-то схватил его за руку! Фалес очнулся и обнаружил позади себя Хилле, которая изо всех сил старалась удержать его на ногах.
— Спокойно, сосредоточься, — её голос был твёрд, взгляд решителен, и юноша постепенно пришёл в себя, его сердцебиение выровнялось.
Позади Гловер и Ральф смотрели на него с тревогой: — Ваше Высочество, Вы устали? Я могу Вас понести…
Фалес быстро выпрямился, глядя вперёд: — Нет, не нужно, идём дальше. Так, где выход…
— Недалеко, — Хилле успокаивающе заговорила. — Не паникуй, мы идём не тем путём, что раньше, к другому выходу: держись этого направления, игнорируй мелкие повороты, если становится тяжелее – это хороший знак, значит, дорога поднимается…
Под её руководством отряд, шурша и спотыкаясь, двинулся дальше.
— Что это, Хилле? — Фалес, опираясь на неё, посмотрел на белый дым под ногами, и тихо спросил: — Что это такое?
Хилле не подняла головы, и лишь крепче поддержала его: — Осень, холодно, из канализации поднимается пар… Сосредоточься, Фалес, нам надо выбраться. Сосредоточься.
Фалес нахмурился, собираясь уточнить, но вдруг заметил: Хилле низко опустила голову, её ресницы дрожали. И не только это. Принц опустил взгляд: руки Хилле, что поддерживали его под локоть, слегка тряслись, это чувствовалось даже сквозь перчатки. Как… Как на улице, когда с неё сорвали перчатку. Фалес замер. Он закрыл рот, отвернулся и сосредоточился на дороге.
Как оказалось, указания Хилле были точнее, чем предчувствие Фалеса по нахождению дороги. Через несколько минут они свернули за угол, впереди забрезжил свет, воздух стал чище. Слимани радостно вскрикнул и первым рванул наружу. Остальные, воодушевившись, поспешили за ним! Фалес тоже стиснул зубы и побежал – никто не хотел задерживаться в этом зловонном, скверном месте ни на секунду. Наконец, они преодолели редеющий белый дым и вырвались из узкого, закрытого туннеля, спотыкаясь, скатились по замусоренному грязному склону и вдохнули свежий воздух.
— Ах! Мы наконец-то выбрались! — Слимани рухнул на землю, глядя вдаль на заходящее солнце, и разрыдался.
Ральф осторожно опустил стонущую Кэтрин и сам едва держался на ногах.
— Чёрт, уже так поздно! — Гловер хмуро смотрел на последний краешек солнца над горизонтом: — Надо срочно сообщить лорду…
В этот момент все они были в жалком состоянии: грязные, оборванные, с ног до головы пропахшие канализацией. Фалес согнулся, упёршись в колени, тяжело дыша. Тепло закатного солнца на лице дарило чувство, что он пережил катастрофу.
«Странно», — Он стиснул зубы: выйдя из зоны белого дыма, кажется, сила «Никогда не теряйся» вернулась? И его разум больше не был затуманен?
Фалес бросил взгляд в сторону: Хилле была бледна и рассеяна.
— Где мы?
Все подняли головы и только теперь заметили, что находятся у основания опоры большого моста, а прямо над ними доносились приглушённые голоса толпы.
— Я знаю, это мост Северных Ворот, дальше – Новый пригород, — Кэтрин, стиснув зубы, затянула повязку. — Территория Чёрных Шелков.
— И куда теперь? — недоумённо спросил Слимани.
Но в этот момент Фалес что-то почувствовал, инстинктивно поднял голову и замер! Все, следуя за его взглядом, обернулись и тоже застыли!
Лозанна II.
Убийца в чёрном неизвестно когда появился на склоне позади них, глядя сверху вниз. Его взгляд был холоден. Фигура – худощава. Длинный меч в руке – весь в выбоинах и зазубринах.
— Блядь! — первой выругалась Кэтрин.
— Опять он! — Гловер инстинктивно вскочил, вскинув нож. — Ущипните себя, сосредоточьтесь, не поддавайтесь его трюкам!
— Как от него оторваться? — Слимани был в ужасе.
Ральф яростно топнул ногой.
В суматохе Фалес хмуро смотрел на убийцу в чёрном на склоне, а Хилле не отрывала глаз от туннеля за его спиной. Солнце садилось, тень от опоры моста разделила склон надвое: Лозанна наверху, окутанный мраком тени. Фалес внизу, залитый светом заката. Наверху – чёрный, внизу – алый, словно два разных мира.
Бам!
Фейерверк взлетел в небо, расплескав яркие краски. Все вздрогнули, но, услышав нарастающий гул толпы над головой, поняли: солнце почти село, началась очередная ночь Нефритового праздника.
— А где тот храбрец? Наше подкрепление? — настороженно спросил Гловер.
— Я же сказала, мы будем его помнить, — вздохнула Кэтрин.
— Не стойте, бегите! — Слимани, чуть не плача, поторопил всех.
Хилле, с серьёзным лицом, настороженно огляделась по сторонам.
Бам! Бам! Бам!
Фейерверки вспыхивали, озаряя небо, затмевая угасающий закат. В те моменты два мира – чёрный и алый, – на мгновение сливались. Лозанна посмотрел на фейерверки в небе, затем на Фалеса.
Принц вздохнул и шагнул вперёд: — Хорошо, Лозанна II, мы все вымотаны, давай закончим на сегодня.
Лозанна молчал, не отвечая. В следующий миг он перевернул повреждённый длинный меч и с силой вонзил его в землю!
Слимани обрадовался: — Он согласился?
Но Фалес нахмурился: в адских чувствах тело Лозанны II было словно бездонная тьма, холодная и одинокая. Убийца в чёрном неторопливо достал чёрную повязку, снова закрыл лицо, поправил одежду. Осталась видна лишь пара леденящих глаз.
— Что это значит? — Слимани дёрнул бровью: — Мол, время вышло, я на выход»?
В следующую секунду Лозанна, закончив с повязкой и одеждой, выдернул меч из земли! Он шагнул вниз по склону, приближаясь к ним. У всех похолодело в груди.
— Нет, — Кэтрин тяжело вздохнула, — я думаю, это время пришло, я приступаю к работе».
— Почему он так усердно работает? — Слимани скривился от недовольства. — Это уже сверхурочная работа – неужели за неё так щедро платят?
Гловер щёлкнул по лезвию ножа, его лицо выражало решимость: — Немой, уведи Его Высочество первым, я прикрою, — он помедлил секунду, но всё же посмотрел на Фалеса: — Ваше Высочество, если я… пожалуйста, скажите ей, что мне очень жаль…
Но не успел Зомби договорить, как Ральф твёрдыми шагами обогнал его, встав впереди и показав жест: [Даже не думай.]
«Даже не думай в одиночку красоваться перед Его Высочеством, изображая героя».
Гловер нахмурился: — Я не шучу, ты бегаешь быстрее меня…
— Нет, вы оба отступите и уведите их, — Фалес решительно прервал их. — Я прикрою.
Гловер и Ральф одновременно изменились в лице.
— Не волнуйтесь, — Фалес указал на приближающегося Лозанну II. — Он не причинит мне вреда.
— Ты уверен? — в стороне с сомнением в голосе спросила Хилле.
Фалес мотнул головой и шагнул вперёд, загораживая людей за собой.
— Зайен ведь предупреждал тебя, верно? — Фалес громко обратился к Лозанне, указывая на фейерверки над головой: — Скрывать свою личность, действовать незаметно и, уж точно, не устраивать публичных разборок, которые потом будет трудно убрать!
Но Лозанна не ответил. Он лишь шаг за шагом приближался.
— Ваше Высочество? — встревоженно начал Гловер, но Фалес остановил его, подняв руку.
— Возвращайся, ты сделал всё, что мог, — сказал Фалес, глядя на всё ближе подходящего Лозанну II, чувствуя, как раскаляется Грех Адской Реки, готовясь в любой момент броситься телом навстречу атаке. — Остальное я улажу с твоим нанимателем…
В следующее мгновение Лозанна исчез из его поля зрения!
«А?» — Грех Адской Реки резко вспыхнул, заставив сердце Фалеса сжаться от холода.
— Нет! — раздался яростный крик Гловера.
Бах!
Среди свиста клинка Фалес почувствовал, как его сильно толкнули, и перед глазами всё поплыло.
Глухой удар!
Придя в себя, Фалес понял, что Хилле с силой повалила его на землю!
«Что?» — Фалес в смятении повернул голову: Лозанна II стоял там, где только что был Фалес, его изломанный клинок глубоко вонзился в землю, разрубив почву надвое.
— Идиот! — прорычала Хилле, прижимая его к земле.
«Погоди, Лозанна II… он только что пытался…» — Фалес, лёжа на земле, широко распахнул глаза, осознавая. — «Убить меня? И ему плевать…»
В следующую секунду, не успел Фалес среагировать, как Гловер и Ральф с двух сторон с яростными криками бросились на Лозанну! Но на этот раз взгляд убийцы в чёрном оставался холоден, он ловко сменил позицию, и его клинок сверкнул молнией!
В одно мгновение Гловер болезненно вскрикнул, его нож упал на землю, но, не обращая внимания на хлещущую кровь из правой руки, он не отступил, а ринулся прямо на клинок Лозанны!
Бах!
Глухой удар – Гловер был в шаге от гибели, но Ральф молнией метнулся к нему, оттолкнув Зомби на два метра, едва спасая от смертельного удара. Однако свист клинка не утихал – меч Лозанна, словно тень, устремился за Ральфом!
— Нет! — взревел Фалес.
Кланг!
Металл зазвенел, Ральфа подбросило в воздух, и он тяжело рухнул на землю, сжимая колено и корчась от боли.
— Надоедливая блоха, — Лозанна II посмотрел на Ральфа, затем на отлетевшую в сторону голень», его голос был холоден и механичен. — Хотел отсечь тебе обе ноги…
Кэтрин посмотрела на упавший протез и изменилась в лице. Гловер сплюнул кровь, стиснул зубы, попытался встать, но рухнул обратно. Лозанна повернулся к оставшимся двоим. Слимани, осознав происходящее, в ужасе закричал, пока Кэтрин не пнула его ногой.
Призрачный Клинок, стиснув зубы, поднялась, с трудом вытянула единственную руку, сжала кулак и приняла стойку: — Пф, шавка Тёрнбулла, слушай сюда: я ни хрена не жалею!
Лозанна не ответил, но медленно поднял меч.
— Хватит! — раздался гневный рёв Фалеса! Он, стиснув зубы, встал, стараясь выбросить из головы только что пережитый смертельный удар: — Если убьёшь меня, твой хозяин не будет в востор…
Но не успел он договорить, как Хилле сзади схватила его: — Фалес!
«Что?» — принц замер, только сейчас заметив, что Хилле держит его за руку, отчаянно качая головой.
— Хозяин? — раздался голос Лозанны II. Пустой, холодный, с оттенком насмешки. — Хе-хе-хе… Хозяин, хозяин, хозяин здесь, хозяин там, хозяин повсюду… — он медленно повернулся, его взгляд из-под маски впился в Фалеса: — Ты, высокомерный щенок, напичканный привилегиями, думаешь, что можешь быть умнее и благороднее других, но ты просто… Нет, все вы, все люди в этом мире, с рождения до смерти постоянно насилуемые и даже не замечающие этого рабы… Вы просто не можете жить без хозяина, без кнута, что хлещет вас, верно?
В следующую секунду Лозанна II пошатнулся, наклонился, схватившись за голову, и слегка задрожал. Словно его мучила головная боль. Фалес вздрогнул, осознав: что-то с ним не так.
— Будь этот хозяин учителем, начальником, боссом, королём, страной, правилом, идеалом, верой, любовью или какой-то другой дерьмовой чушью… — Лозанна, скрипя зубами, тёр лоб. — Вы просто не выносите дня без того, чтобы вам не засовывали что-то в рот или в задницу. Даже если они разрывают вам задницы и выбивают зубы, вы всё равно благодарно киваете и убеждаете себя: мы, рабы, должны так жить!»
Убийца в чёрном, держась за голову, дрожал всем телом, его последний хриплый крик был полон надрыва, даже голос изменился.
Фалес был ошеломлён: «Нет. Лозанна II… Он стал другим».
И поэтому больше не сдерживался, даже перед принцем Созвездия.
— Что оно с ним сделало? — невольно прошептала Хилле.
Фалес повернулся к ней: — Что?
«Кто? Что сделало?»
Но Хилле не ответила, лишь задумчиво посмотрела на вход туннеля, где рассеивался белый дым: — Что ты сделал?
Через несколько секунд Лозанна II перестал дрожать, выпрямился, его взгляд снова стал холодным, и он посмотрел на Кэтрин и трясущегося от страха Слимани.
«Ладно. Других вариантов нет», — истощённый до предела Фалес глубоко вдохнул, вытащил кинжал ДШ и прижал его к левой ладони.
Но рядом Хилле тут же схватила его за руку.
— Нет, пожалуйста, не уходи, ты не знаешь, оно… — её голос был слабым, почти умоляющим.
Фалес лишь слегка улыбнулся ей и решительно отстранил её руку: — Всё в порядке, всё будет хорошо.
Бах!
Ещё один праздничный фейерверк взорвался в небе, осветив пространство под мостом. В этот момент вокруг Лозанны II взметнулся ветер, и, воспользовавшись его силой, чья-то фигура, поднявшись с земли, рванула к убийце в чёрном!
Фалес был застигнут врасплох, осознав: — Ральф, нет!
В следующую секунду Лозанна II развернулся и взмахнул мечом навстречу Ральфу, который, несмотря на единственную ногу, решительно бросился вперёд!
Время как будто остановилось.
Динь!
Раздался лёгкий звон, и Лозанна II снова дёрнулся, но на этот раз уклонился в сторону, противоположную Ральфу! Призрак Ветра промахнулся, потерял равновесие и тяжело рухнул на землю. В это мгновение Фалес застыл, широко раскрыв глаза, словно забыв, как дышать. Лозанна II обернулся и посмотрел на место, где только что стоял: в земле торчала стрела, её оперение ещё дрожало.
— Опять? — тихо произнёс он.
Но только голос Лозанны затих, как он стремительно развернулся, едва уклонившись от длинного меча, нацеленного ему в затылок! Убийца в чёрном крутанул запястьем, трижды скрестив клинок с нападавшим, и отступил на три шага назад! Перед ним стояла мечница в чёрных перчатках, холодно стряхнувшая кровь с меча:
— Это второй раунд, ублюдок.
Фалес широко распахнул глаза и радостно воскликнул: — Мира!
Свист!
Снова взметнулся ветер от клинка, и Лозанна II, не успев ответить, второй раз развернулся, отражая ещё один меч, атаковавший с хитрого угла!
— Неплохо, — сказал появившийся справа офицер авангарда Майк Джонвелед, держа меч в левой руке, его взгляд стал острее. — А как насчёт этого?
Клинок Лозанны II вспыхнул снова, нанося сильный удар Джонвеледу, но в этот момент, с другой стороны, на него обрушился длинный нож необычной формы!
Кланг! Динь!
Мечи сталкивались, издавая резкие звуки.
— Пусть твоё тело покроют шипы, чужак, — произнёс офицер защиты второго класса Хосе Костад, продолжая атаковать мечом и бормотать: — Как звёзды меркнут перед тобой.
Лозанна с трудом отражал двойную атаку, но тут же из-за спины к нему устремились два коротких меча! На этот раз ему пришлось на пределе возможностей развернуться, неловко кувыркнувшись, чтобы избежать клещей атаки и вырваться из окружения!
— Давай, покажи ещё свои паршивые фокусы, — офицер авангарда второго класса Рио Морган яростно сплюнул, стряхивая кровь с меча. — Крыса?
Лозанна II вздрогнул и медленно поднялся: в какой-то момент Миранда, Джонвелед, Костад и Морган, встав по четырём сторонам, полностью окружили его. В следующую секунду десятки факелов зажглись вокруг, осветив склон под мостом.
— Держать строй! На этот раз не дайте ему сбежать! — глашатай Толедо стоял на северном склоне, глядя на Лозанну и медленно вытаскивая клинок. Рядом с ним лениво стоял офицер крыла логистики Итальяно с арбалетом на плече.
С западной стороны офицер авангарда Оскарсон в одной руке держал факел, другой взявшись за рукоять меча. Офицер дисциплинарного крыла Капоне весело склонил голову, крепче сжав топор, а офицер авангарда второго класса Влаттен облизнул губы, его взгляд был недобрым.
На юге офицер авангарда Несс, чей боевой дух был на высоте, стиснув зубы, смотрел на Лозанну II (Он мой! Один на один!»). Видя это, офицер авангарда «Дерьмо» Супа Ленгли вздохнул и упёрся булавой в землю[1], в то же время офицер защиты Жан-Лука Коммодор держал ножны и улыбался Фалесу.
С востока знаменосец «Призрак» Хьюго Фабл аккуратно убрал записную книжку. Генард, ведя чёрную кобылу Дженни, имел острый взгляд, а Уиллоу, сжимая два копья, старался выглядеть внушительнее.
На возвышении, Пол Боздорф спокойно опустил длинный лук, настраивая прицел.
Все присутствующие неотрывно смотрели на прибывшее подкрепление: Хилле инстинктивно спрятала руки за спину, Гловер выдохнул с облегчением, Ральф расслабленно лёг на землю, Кэтрин нахмурилась, о чём-то думая, а Слимани, избежав смерти, разрыдался от радости. Под светом фейерверков и факелов Фалес радостно оглядел знакомых подчинённых.
«Погодите, даже знаменосец Фабл, которому на всех плевать, здесь. Значит…»
— Ваше Высочество, Вы действительно хорошо бегаете.
Знакомый голос заставил Фалеса обернуться, и он воскликнул в приятном удивлении: — Тор!
Маллос появился на самом верху северного склона и слегка кивнул Фалесу.
— Кстати, — Фалес, вспомнив что-то, стиснул зубы и указал на фигуру в чёрном. — Этот парень – Лозанна II…
Но смотритель лишь мельком взглянул на Фалеса, и его взгляд заставил принца замолчать, проглотив слова.
— Наконец-то мы встретились, убийца в чёрном, — Маллос повернулся к взятому в кольцо Лозанне II.
Лозанна молчал. Он огляделся, окончательно убеждаясь: незаметно он оказался в плотном окружении, без шанса на прорыв.
Убийца в чёрном посмотрел на четверых, стоящих в полной готовности, тихо усмехнулся и опустил меч, словно смирившись: — Ты… ты их командир, королевская гвардия?
Маллос посмотрел на него сверху вниз и через несколько секунд холодно ответил: — Торговец вином Дагори Мосс умер в тюрьме, истёк кровью, и никто не заметил; торговец шерстью Диоп умер в своём особняке, с выражением ужаса на лице, в состоянии крайнего волнения – это ведь твоих рук дело, верно?
Фалес замер. Лозанна II хранил молчание.
— Твоя способность, — твёрдо произнёс Маллос, — заставляет людей впадать в иллюзии, лишая их возможности сопротивляться или звать на помощь, превращая их в ходячих мертвецов, которых ты можешь безнаказанно убивать, а свидетели вокруг приходят в себя в полном неведении, ничего не помня.
Лозанна II не стал отрицать, его плечи затряслись – он тихо рассмеялся: — Так это ты нашёл способ противостоять моей способности?
В глазах Маллоса сверкнул холодный блеск.
— Прошу, немедленно возвращайтесь во дворец, Ваше Высочество, вместе со своими друзьями», — внезапно обратился смотритель к Фалесу. — Если задержитесь, кто знает, какие нелепые оправдания для Вашего отсутствия придумают адъютант Касо и офицер защиты Дойл.
Фалес замер, не обращая внимания на Хилле, тянущую его за руку: — Но…
— Это не проявление неуважения, Ваше Высочество Фалес! — Маллос перебил принца, его тон был твёрд и не терпел возражений: — Пока Вы здесь, мы не можем действовать в полную силу, сдерживаемые заботой о Вас, и не можем рассчитаться за кровавый долг гвардии.
Фалес нахмурился: — Кровавый долг гвардии?
Маллос не ответил принцу, а холодно повернулся к Лозанне в центре: — Этот господин в маске – ни через семью Ковендье, ни через мастера Хоакина, – крыло знаменосцев не смогло найти о нём никаких сведений.
Знаменосец Фабл тихо фыркнул.
Однако Маллос сменил тон: — Но я слышал, ты хвастался моим людям, что убил королевского гвардейца?
Лозанна II остался неподвижен, лишь слегка нахмурился.
— Учитывая это, мы изучили архивы погибших членов королевской гвардии. За последние пять лет – ничего, за десять – тоже, за двадцать – и вот… — Маллос сделал паузу, гвардейцы вокруг стояли в полной готовности, атмосфера была торжественной. — Двадцать три года назад, — тихо продолжил смотритель, — знаменосец первого класса Жуан Акнайт отправился домой навестить родных, но погиб.
Услышав это имя, Лозанна медленно поднял голову, встретившись взглядом с Маллосом.
— Знаменосец Акнайт учился в той же школе, что и «Череп» Бруно. Пусть он и не был таким устрашающим мастером высшего класса, как Череп, но его мастерство фехтования было выдающимся, он был в шаге от прорыва. Убить его мог только необычный противник.
Лозанна не издал ни звука. В этот момент воцарилась тишина, слышался лишь свист ветра.
— Ещё любопытнее, что и Акнайт, и Бруно были рыцарями-оруженосцами, — взгляд Маллоса дрогнул, — а их учителем был не кто иной, как мастер Имперского стиля – Хандро Хоакин.
Фалес с удивлением посмотрел на Лозанну, но тот оставался неподвижным.
— В те времена царила неразбериха, гвардия была занята другими делами, Череп искал убийцу, но безуспешно, и дело отложили, — продолжил смотритель. — После Кровавого Года гвардия пережила большие перемены, и расследование старых дел стало невозможным. До сегодняшнего дня.
Слова Маллоса затихли. Гвардейцы со всех сторон стояли с серьёзными лицами, молча уставившись на убийцу в чёрном в центре. Через несколько секунд Лозанна II фыркнул и расхохотался.
— Верно, этот придурок Жуан, — холодно усмехнулся убийца в чёрном, — это я его прикончил.
Его слова вызвали волнение среди гвардейцев Звёздного Озера: кто-то фыркнул, кто-то вздохнул, кто-то сплюнул, кто-то цокнул языком. Фалес нахмурился. Маллос на мгновение закрыл глаза, и тут же снова открыл их. Он посмотрел на Фалеса.
— Хорошо, Тор, — принц выдохнул, шагнул вперёд, помогая Гловеру подняться, и кивнул Хилле. — Удачи.
Наблюдая, как Фалес и его спутники постепенно уходят, Маллос кивнул.
В следующую секунду он громко выкрикнул: — Императорский указ принят!
Гвардейцы со всех сторон выпрямились и в унисон ответили: — Рыцари в сборе!
Их голоса звучали слаженно, производя внушительное впечатление. Солдат Уиллоу смотрел на это с завистью.
Лозанна II смотрел на эту сцену пустым взглядом, подняв голову к небу: «Рыцари. Рыцари?»
— Именем королевской гвардии, под троном Верховного короля, — под взглядами всех гвардейцев Маллос шагнул вперёд, вытаскивая клинок из ножен.
Следуя его движению, гвардейцы вокруг обнажили оружие, готовясь к бою. Лозанна стоял один в центре окружения, с изломанным мечом и рваной одеждой.
— Пятьдесят седьмой смотритель, Тормонд Маллос, возглавляющий четырнадцать гвардейцев, — голос Маллоса был холоден, а выражение лица сурово, — здесь, чтобы исполнить…
Маллос посмотрел на Лозанну II, его взгляд стал острым: — Почётную месть за погибшего знаменосца гвардии, лорда Жуана Акнайта.
Бах!
Ещё один фейерверк взорвался в небе, осветив фигуру Лозанны и тьму в его глазах.
(Конец главы)