Глава 77.1 •
Даже если у меня имелась группа из сильных людей, самым важным оставалось заполучить сильнейшего из сильнейших. Если бы нашелся кто-то, способный управлять водой, это стало бы для меня зеленым светом на дороге.
Ведь большинство трудностей в колыбели романа были связаны с водой.
— Хозяин. Уголки твоего рта ненормально подергиваются, ён. Тебе все еще холодно, ён?
— Пи-пи-пи.
— Ах, это зловещая улыбка, ён? Ты делаешь так не только потому, что тебе холодно, ён?
— Кхм. Ким Соль, перестань болтать глупости и иди сюда. Хэгым… ты ведь не умеешь летать?
— К сожалению, у меня нет крыльев, ён.
Задавая этот вопрос, мне просто было интересно, сможет ли он «отрастить» крылья из воды и полететь. Видимо нет.
Я схватил Хэгыма и положил его в нагрудный карман.
— Оставайся здесь.
Надеть рубашку вместо футболки сегодня утром было гениальным решением с моей стороны. Теперь я всегда должен носить исключительно рубашки.
— Давайте для начала вернемся в наш номер. Хэгым, ты должен молчать, пока мы не доберемся до нашего номера. Ни в коем случае не издавай ни звука.
— Я буду помнить об этом, ён.
Поскольку Син Суха тоже вышел с утра на тренировку, проблем с разговорами в номере не возникнет.
Я тихонько утихомирил Хэгыма и вышел из бассейна.
В отличие от утренней толкучки, сейчас в отеле было тихо, словно все ушли на тренировку.
Я нажал на кнопку верхнего этажа в лифте и принялся следить за тем, как будут меняться числа на табло, постепенно увеличиваясь. Но внезапно лифт остановился на первом этаже. Двери открылись, и… я увидел знакомое лицо.
— Хён? Почему ты здесь?
Это был Тхэджу собственной персоной. Его лицо исказилось яростной гримасой.
— Что значит «почему я здесь»? Я же сказал, что хочу поехать на международный чемпионат охотников.
— Нет, прямо сейчас!.. Что ты делаешь здесь?..
Тхэджу, в последний момент остановивший закрывающиеся двери лифта, вошел в кабину и нажал кнопку двадцатого этажа.
«Значит, высшие чины располагаются ниже, чем я», — эта мысль меня позабавила.
— Ху-у-ух… Как ты сюда попал? Даже если бы тебе удалось достать билет на самолет, выдача виз на сегодня уже приостановлена.
«Вот же ублюдок. Он знал, что у меня нет билета на самолет, но все равно оставил меня дома», — подумал я, тут же озвучив свои мысли.
— Ты бросил меня, хотя все прекрасно знал?
— Как ты сюда попал?! — Тхэджу повысил голос.
Как будто я в чем-то провинился, что он позволяет себе так кричать на меня. Но я не хотел выяснять отношения.
Когда двери на двадцатом этаже с грохотом распахнулись, Тхэджу мотнул головой в сторону выхода и сказал приказным тоном:
— Выходи.
— Эй. Мне нужно на двадцать первый этаж.
— Нам нужно серьезно поговорить. Выходи.
Я скрестил руки на груди и уставился на Тхэджу исподлобья. Нелепо, что со мной так обращаются, когда я еще не пришел туда, куда мне, по его мнению, нельзя ходить.
— Я сказал, выходи!
— Чувак, ты собираешься взять меня под стражу прямо здесь прямо сейчас? Какое преступление я совершил на этот раз?
Тхэджу, который удерживал с помощью кнопки двери лифта открытыми, посмотрел на меня и снова тяжело вздохнул.
— Хён. Давай просто поговорим. Мы ведь можем хотя бы поговорить, верно?
Ожесточенность из голоса уже исчезла. Вспомнив, каким он был перед нашей ссорой дома, я тоже вздохнул и вышел из лифта.
Номер, в который я вошел вслед за Тхэджу, оказался стандартным гостиничным номером, как я и ожидал.
Теперь понятно, почему Син Суха снял отдельный номер. С его точки зрения этот номер просто крошечный.
— Садись сюда. — Тхэджу усадил меня на стул и начал вышагивать по номеру туда-сюда с яростной энергией.
— Фу-у-ух… — протяжно выдохнув, Тхэджу наконец-то посмотрел на меня, попросив: — Хён. Теперь объясни-ка мне всё.
Хм. Судя по свирепому блеску в его глазах, похоже, он еще не до конца успокоился.
Но то, что он смог сдержать свой гнев, уже было достойно восхищения.
Я очень сомневался, действительно ли нам нужно продолжать этот разговор, пока он находится в таком состоянии. Но завтра я буду весь день в бегах, а послезавтра я планировал вернуться в Корею.
Лучше поговорить сейчас, а не после возвращения домой.
— Гильдмастер Син Суха зарегистрировал меня как сопровождающего, и я прилетел с ним на частном самолете. Так что виза мне не понадобилась.
Тхэджу резко провел рукой по недовольному лицу и испустил глубокий вдох-выдох, который, казалось, исходил откуда-то из самых глубин.
Нет. Это не то, о чем стоит так глубоко вздыхать, верно? Если бы Тхэджу знал, что я собираюсь сделать, это было бы одно дело. Но он думает, что я пришел просто посмотреть на соревнования, так почему же он так остро реагирует?
— Хён, — начал он разговор.
— Да.
— Вернись домой.
— Почему?
Тхэджу схватил меня за запястье и потянул вверх на себя, начав активно действовать.
— Я позабочусь о твоем багаже, когда буду уезжать, так что давай я отвезу тебя в аэропорт прямо сейчас.
— Эй! — я резко выдернул руку из его захвата.
Если человек отвечает по-доброму, то и ты должен ответить ему по-доброму. Какого черта он сейчас делает?
— Хён. Разве я не говорил это раньше? Мне не нравится, что ты общаешься с охотниками. Почему, по-твоему, я не привел тебя сюда?! Почему ты все время пытаешься связаться с охотниками?! — воскликнул он, начиная заводиться.
— Ты сумасшедший ублюдок, я так-то тоже охотник.
— Вот почему я просил тебя бросить это занятие! Я просил тебя просто жить обычной жизнью! Обычной!
Вот тогда-то это и произошло. В моей голове что-то перемкнуло, я даже сам не понял, что.
В одно мгновение мое намерение решить этот вопрос тихо-мирно отпало.
— Обычной жизнью, говоришь?.. Что такое эта обычная жизнь? Эй, где в этом мире осталось что-то от обычного?!
— Что ты говоришь?..
— Если я буду работать в какой-нибудь компании в качестве офисного работника, это будет ближе к обыденности, которую ты так хочешь видеть? Тебе офисные работники кажутся такими обычными? Они тоже живут каждый по-своему. Это тоже дикие джунгли, просто жизнь там не стоит на кону. Что же это такое — обычная жизнь?
— Хён!
— Что?! Думаешь, если ты будешь кричать, я просто скажу «хорошо» и соглашусь с твоими доводами? Перестань так себя вести. Думаешь, я просто смолчу, потому что не могу так же кричать? А?! — грубо крикнул я и перевел дыхание.
Тхэджу нервно провел рукой по волосам.
— …Ладно. Это не обязательно должно быть чем-то настолько обычным. Просто не ходи в подземелья. И с охотниками не водись. Что это был за запрос от Майкла на обмен группами охотников? Это произошло потому, что ты сдружился с Майклом, верно?
«Это произошло из-за того, что я врал ему про очищающее зелье, а не потому, что мы с Майклом сдружились», — хотел бы я так ответить, но не мог. Все, что мне оставалось, раздраженно вздыхать.
— И Син Суха. Я не знаю, как ты познакомился с Син Сухой, но в итоге ты отправился к разлому, потому что подружился с Син Сухой. И ты чуть не погиб из-за этого, — продолжил перечислять Тхэджу.
— Это не то…
— Хён, я волнуюсь за тебя. — Тхэджу тяжело опустился на кровать, закрыв лицо руками.
Я закрыл рот при виде его явно измученного вида.
— Не знаю, как ты на самом деле меня воспринимаешь, но я хотел стать для тебя настоящей семьей. Я хотел, чтобы мы жили как родные братья, как мечтали наши родители.
Для того, кто хочет быть ласковым младшим братом, он был слишком агрессивен в тот день, когда я только переместился в этот мир.
— В тот день, когда появился скрытый босс. Я действительно думал… я думал, что в тот день ты отправился умирать, хён!
Я это знал и без него. Поэтому я и простил его в тот день, притворившись, что не могу победить.
— Тогда я понял. Пока ты жив, мне все равно, чем ты занят. Но хён. Каждый раз, когда ты продолжаешь ходить в подземелья и общаться с охотниками, мне становится так тревожно. И существование Соль тоже. Что, если плохой охотник узнает о существовании Соль?
— Со Тхэджу.
— Я знаю. Я знаю, что это все выглядит так, будто я сгущая краски, слишком беспокоюсь. Но, хён, ты не знаешь. Ты не знаешь, как умерли мама и папа. Я тебе никогда не рассказывал, как они умерли у меня на глазах.
Плечи Тхэджу слегка вздрогнули.