Глава 102. Филч •
Глава 102: Филч
Шон их не знал. Он предположил, что это второкурсники, но это не помешало ему одно за другим отражать их мелкие сглазы. С шипящей миссис Норрис и готовым к атаке трансфигурированным кабаном у его ног ученикам было ни вперед, ни назад.
Шон, видя их панику и понимая, что произвел достаточно сильное впечатление, молча отошел от двери. Ученики, вне себя от радости, бросились к выходу. Один из них, дрожа, даже пообещал, что больше сюда не вернется. Шон кивнул.
Картина в кабинете была ужасающей. Зловоние распространялось на пять метров вокруг. Стены были измазаны грязью, а шкафы почему-то перевернуты.
Миссис Норрис перестала шипеть, потерлась о лицо Шона и повела его к стене. С тихим гулом там проявился камин. Похоже, его спрятали, чтобы ученики не испортили эту незаменимую вещь. Но как бы то ни было, это развеяло холод Шона. Он снова погладил миссис Норрис по пушистой голове.
[Ты добился расположения волшебного зверя жмыра (миссис Норрис) по стандарту «эксперт», мастерство +50]
[Волшебный зверь жмыр (миссис Норрис): Не приручен (70/90)]
[Уровень ученика в приручении волшебных зверей позволит разблокировать титул «Ученик в области ухода за магическими существами»]
Услышав уведомление панели, Шон поднял палочку, но не успел произнести заклинание, как внезапно появился человек с толстым клетчатым шарфом на голове. Мистер Филч в ярости закричал:
— Проклятая грязь! — его глаза выпучились, а мясо на двойном подбородке затряслось. — Везде грязь, везде беспорядок! Говорю вам, я обязательно доложу директору!
В этот момент Шон почувствовал, что ему будет трудно оправдаться. Но, к счастью, мистер Филч, увидев его лицо, на мгновение замолчал. Миссис Норрис прыгнула ему на плечо, и он, наконец, дрожащим голосом произнес:
— Шон Грин?
— Это я, мистер Филч.
— А, да, я хотел сказать, хорошо, спасибо, Грин…
Шон кивнул. Похоже, миссис Норрис и мистер Филч действительно были на одной волне, иначе его бы наверняка неправильно поняли.
— Иди, Грин, иди скорее… — его гнев все еще кипел.
Взяв миссис Норрис, он бросился в погоню. Когда он вернулся, Шон увидел его искаженное, полное ненависти лицо. В этот момент Шон, кажется, по-новому понял его язвительность.
Его работа — смотритель Хогвартса, ответственный за поддержание чистоты в этом древнем замке. Но подумать только, какая это была изнурительная задача — без магии управлять хаосом, создаваемым толпой энергичных подростков-волшебников (проделки Пивза, фейерверки братьев Уизли, разбросанные повсюду навозные бомбы). Его гнев и язвительность были, в некотором смысле, побочным продуктом этой «трудной работы». Но где еще, кроме Хогвартса, «сквибу» могли бы предложить работу?
Шон, молча размышляя, убрал палочку и покинул кабинет мистера Филча. За его спиной остался ошеломленный смотритель, увидевший идеально чистую комнату.
— Шон Грин? — услышал Шон за спиной голос.
Он обернулся. Это был мистер Филч, который догнал его.
— Мистер Филч?
— На улице дождь, сыро и ветрено. Одевайся теплее, Грин, — дрожащими губами, Филч смог выдавить лишь это.
— Погода наладится, — с улыбкой ответил Шон.
Для сквиба, жаждущего магии, эта тесная жизнь не заканчивалась наградой за страдания, не заканчивалась оперным финалом, а лишь смертью. Поэтому Шон старался вести себя как можно естественнее, без эмоций. Он знал, что, обладая магией, он не мог смеяться слишком громко, иначе всегда рисковал разбудить чужую боль.
Незаметно для себя Шон нарушил комендантский час, но мистер Филч, казалось, и не думал его ловить. Даже миссис Норрис, держа в зубах вяленую рыбку, лишь мурлыкала.
— Ты видел, в кабинете, ах, есть камин… — Филч не мог выговорить слова благодарности.
С самого начала ему были противны эти маги. Он их ненавидел, не любил, потому что никогда не получал от магии ни малейшей пользы. Эти волшебники либо смотрели на него свысока, либо презирали. И он предпочитал, чтобы его ненавидели, чем презирали. Но сегодня он… на что-то надеялся.
— О, я слышал, ты выучил какое-то новое заклинание, Грин?
— «Фините Инкантатем», сэр. Оно прерывает чужие заклинания.
— А, хорошо, очень хорошо… — пробормотал он и вернулся в свой кабинет. Вдруг, словно что-то вспомнив, он вышел с помятым шарфом в руках. — Я хотел сказать, шарф, если…
Шон, дрожавший от ночного холода, с радостью взял шарф:
— Спасибо вам, мистер Филч.
— Я хотел сказать, конечно, не за что.
…
Погода становилась все хуже, и Шону, естественно, было холодно. В школьной форме был шерстяной свитер, но одного свитера было явно недостаточно, чтобы защититься от пронизывающего ветра. Другими словами, его единственная одежда была слишком тонкой и старой. Если бы Шона сейчас поставили перед зеркалом Еиналеж, он бы наверняка увидел теплый, большой свитер.
Поэтому Шон все больше и больше полагался на камин. Иногда Гермиона даже подозревала, не оставил ли он что-то в камине, иначе почему он целыми днями сидит перед ним?
Учительская. Перед уродливым шкафом, забитым мантиями преподавателей, профессор Флитвик с улыбкой смотрел, как Шон пробегает мимо двух говорящих каменных горгулий:
— Похоже, твоё «Фините Инкантатем» неплохо получается, Грин.
Профессор Флитвик взмахнул палочкой, и, не успел он и слова сказать, как из ее кончика хлынула мощная струя воды.
— Фините Инкантатем! — Шон взмахнул палочкой, и струя исчезла.
С тех пор как он на уроке быстро справился с заклинанием «Агуаменти» Симуса, профессор начал устраивать такие полудуэльные проверки. Он уже привык к внезапным заклинаниям профессора. Надо сказать, это значительно повысило его боевые навыки. По крайней мере, по взмаху руки профессора Шон уже мог определить, какое это заклинание и как его прервать.
— Очень хорошо, Грин! Но Дезиллюминационное заклинание очень сложное. Ты уверен, что хочешь его изучать? — тонким голосом спросил Флитвик.