Глава 18 •
Моника посмотрела на заплаканного мальчика и не смогла сдержать улыбки. Взглянув на выбранный им рисунок, она на мгновение удивилась, но тут же снова стала любезной.
— Исследование — это смелость, но нужно знать меру. У тебя хорошая ментальная сила. Попробуй погрузиться, глядя через кристалл.
— Спасибо, наставница.
Видимо, из-за того, что Сол так быстро все схватывал, Моника сделала его примером для остальных новичков, чем вызвала зависть у многих. И Сол не подвел. С первой же попытки он погрузился в медитацию.
В этом состоянии рисунок больше не вызывал головокружения. Фигурки людей и монстров словно сошли со страниц и закружились в его сознании. Вскоре все вокруг стало расплывчатым, звуки доносились откуда-то издалека. Все померкло, а затем снова засияло.
Мир Сола озарили мириады разноцветных огоньков. Следуя указаниям Моники, он потянулся к ближайшему из них, притягивая его к своему лбу. Все прошло гладко. Первая частица стихии послушно вошла в его тело и растворилась в чем-то, похожем на пузырек, в его сознании.
Сол был в восторге и тут же начал притягивать следующую.
Он не заметил, как стоявшая рядом Моника нахмурилась. Она отошла от него и прошлась по аудитории, веля остальным новичкам пробовать медитировать, как Сол. Не у всех получалось погрузиться сразу, многие даже не могли подобрать подходящий рисунок.
— Держите свои кристаллы при себе, они помогут вам отгородиться от опасных вещей и сохранять стабильность в медитации. Пока не станете учениками второго ранга, я не советую вам медитировать без кристалла.
Моника вернулась на свое место и принялась монотонно перечислять важные моменты медитации, но больше никого не наставляла лично, как Сола. Это вызвало у некоторых недовольство. Как смеет какой-то жулик получать столько внимания от наставницы? Но вслух никто не осмелился возразить.
Первый урок медитации пролетел быстро. Сол не выходил из транса, даже когда все уже разошлись. Кори хотела было его разбудить, но Моника остановила ее. Кори недоуменно посмотрела на наставницу, и та загадочно улыбнулась.
— Можешь идти. У меня к нему отдельный разговор.
Кори смерила ее подозрительным взглядом. Моника нахмурилась от такой дерзости рыжей девчонки, но не успела она вспылить, как та уже выскользнула за дверь, не забыв ее плотно прикрыть.
Моника подошла к Солу и щелкнула пальцами. Сноп искр ударил его в лоб.
От внезапного толчка Сол пришел в себя. Открыв глаза, он увидел перед собой длинные ноги Моники.
— Наставница Моника! — он огляделся и понял, что в аудитории никого нет. — Простите, наставница Моника, я сейчас уйду.
Он торопливо извинялся, собирая свои вещи.
— Сродство к стихиям. Эту тему я собиралась разбирать на следующем уроке, — прохладным тоном произнесла Моника. — Сродство к стихиям — это, по сути, особенность ментальной силы. Как и внешность, оно у всех разное.
— Оно определяет твою чувствительность к частицам определенной стихии. Представь себе лист бумаги, который обладает одновременно свойствами красного, желтого и зеленого цветов. А теперь брось на него горсть камней — красных, желтых, зеленых и синих. Как думаешь, какой цвет ты увидишь?
Сол не совсем понял.
— Подумай. Не раскрашенный, а обладающий свойствами этих трех цветов одновременно.
Сол, кажется, начал понимать.
— Если лист бумаги одновременно и красный, и желтый, и зеленый… то первым я увижу синий камень.
Моника кивнула.
— Хорошо, что ты понял. Тело — как этот лист. Его цветовые свойства мешают нам видеть другие стихии. Тот цвет, который ты видишь лучше всего, и есть твоя сильнейшая стихия. Сила ментальной энергии также влияет на количество стихий, которые мы можем воспринимать.
Сказав это, она подхватила свое поедающее кожу существо и, покачивая бедрами, вышла из аудитории, оставив Сола в полном недоумении.
«Почему наставница Моника вдруг заговорила со мной об этом?»
Он взял свои книги и кристалл, но так ничего и не понял. Он долго шел по пустой аудитории, шаг за шагом, медленно, словно его заторможенные мысли.
«Увидеть только синий… только синий…»
Когда его рука коснулась дверной ручки, он резко вскинул голову.
«Я… во время медитации… я почти не видел частиц тьмы!»
Мышцы на его лице задергались, юное лицо исказилось.
«Я… мое сильнейшее сродство… это не тьма!»
Сол и сам не понял, как добрел до своей комнаты.
Он с грохотом захлопнул дверь, швырнул книги и хрустальный шар на кровать, а сам медленно сполз на пол, прислонившись к ее изножью.
«Почему я почти не ощущаю частиц тьмы? Может, дело в их неравномерном распределении в аудитории?»
При этой мысли он тут же схватил книгу и кристалл и, не меняя позы, снова погрузился в медитацию.
На этот раз он ощутил частицы тьмы, но их было до смешного мало, даже меньше, чем белых.
«Белые — это свет. Как такое возможно? На тесте у меня было самое высокое сродство именно к тьме».