Глава 689. Условия для души клинка •
— Душа клинка? — Йошики Фурурухара словно задохнулся от возмущённого смеха. — Если бы я мог наделить этот меч душой, чем бы это отличалось от создания нового Проклятого Меча?
— Разве это не было твоей давней мечтой? — вопросом на вопрос ответил Харуки Амамия.
Кузнец покачал головой:
— В те времена Окунинуси задействовал всё наследие Куницуками, чтобы создать Девять Мечей Катастроф. А теперь я — кузнец, прячущийся в горной расщелине, — по-твоему, должен просто щёлкнуть пальцами и выковать Проклятый Меч? За кого ты принимаешь эти клинки?
— Когда Окунинуси создавал те мечи, большая часть сил уходила на ковку самих лезвий и наделение их особыми свойствами, — продолжал Харуки Амамия, указывая на лежащие обломки. — Дождь в "Крушении Дождя", бумажные журавли в "Сэндзуру", проекции на огромные расстояния в "Чёрном Канате"... Но сейчас ты можешь пропустить этот этап.
Харуки Амамия не сводил глаз с двух частей [Рассекающего Белизну]:
— Этот меч уже выкован. У него есть свои уникальные свойства. Ни по материалу, ни по способностям он не уступает истинным Проклятым Мечам. Всё, чего ему не хватает — это душа клинка. Если мы наделим его душой, он станет десятым Проклятым Мечом в этом мире.
— Ты думаешь, душа клинка — это кочан капусты, который можно просто взять и приставить? — Йошики Фурурухара посерьёзнел. — Для того чтобы стать душой клинка, существуют строжайшие ограничения.
Он загнул палец:
— Во-первых, призрачная форма не должна долго находиться вне тела. Как только сила души начинает рассеиваться, она перестаёт быть целостной. А целостность духа — это обязательное условие.
— Во-вторых, — он загнул второй палец, — при жизни этот дух должен был обладать колоссальной силой, способной выдержать мощь самого клинка. Если прочности души не хватит, энергия меча просто раздавит её, стерев из бытия.
— В-третьих, душа обязана обладать высоким интеллектом и собственным разумом. Она должна уметь самостоятельно пробуждать силу Проклятого Меча, даже если хозяина нет рядом.
— В-четвёртых, дух должен стать душой меча добровольно. Иначе, даже если его насильно загнать в клинок, владелец не сможет пробудить истинную силу, а сам Проклятый Меч будет безнадёжно испорчен.
— И в-пятых, — кузнец вздохнул, — самое сложное. Способности души должны идеально совпадать с особыми свойствами меча, без малейшего отторжения. Если свойство твоего меча — дождь, то и способности души должны быть неразрывно связаны с дождём.
Выпалив всё это на одном дыхании, он перевёл взгляд с Харуки Амамии на Линь Цие и медленно произнёс:
— Когда создавались Девять Мечей Катастроф, Куницуками потратили неимоверные усилия, чтобы собрать по всей Японии восемь подходящих душ. Девятой стал сам мастер Хиротака, и только так удалось завершить цикл. Если я не ошибаюсь, свойства этого меча связаны с пространством. Значит, вам нужен дух с пространственными способностями, целостный, невероятно сильный, разумный и при этом добровольно желающий стать душой клинка...
Он сделал паузу, давая словам вес:
— Современное общество — это не мир древних легенд. Даже если вы прочешете всю Японию вдоль и поперёк, вы не найдёте такого духа. Именно поэтому в наше время Проклятые Мечи невозможно воссоздать. Итак... есть ли у вас на примете подходящая душа?
Харуки Амамия погрузился в молчание.
Он много знал о Проклятых Мечах, но не подозревал, что требования к душе настолько суровы. Как и сказал Йошики, подобного духа в Японии сейчас просто не существует. А значит, наделить этот меч душой практически невозможно.
Линь Цие негромко вздохнул, подошёл к Харуки Амамии и ободряюще похлопал его по плечу:
— Всё в порядке. Главное — починить его. Без души клинка мы как-нибудь обойдёмся.
Харуки Амамии оставалось только смириться.
— Уже поздно. Идите в дом, найдите любую свободную комнату и отдыхайте. Я приступаю к работе, — Йошики Фурурухара, увидев, что разговор окончен, без лишних церемоний выставил гостей. Он подхватил два обломка клинка и направился к горну.
— Он что, совсем не спит? — спросил Линь Цие, взглянув на часы.
— Обычно он спит днём, а куёт ночью. Причём на сон у него уходит от силы четыре часа в сутки, — Харуки оглянулся на мощную, занятую делом фигуру кузнеца. — Из-за того, что он годами живёт здесь в одиночестве, его характер стал... специфическим.
Линь Цие кивнул. Вспомнив ввалившиеся глаза Йошики и тёмные круги под ними, он всё понял. Настоящий трудоголик до мозга костей.
— Раз наделить меч душой не вышло, наше прежнее соглашение аннулируется, — негромко сказал Харуки Амамия. — Как только меч будет готов, возвращайся. В то место я отправлюсь один.
Линь Цие помнил их договор: если он поможет [Рассекающему Белизну] обрести душу клинка, Харуки защитит его на пути к определённой цели. Теперь, когда с душой не сложилось, Харуки решил идти один, не желая втягивать Линь Цие в свои опасные дела.
Линь Цие открыл было рот, хотел что-то сказать, но в итоге лишь покачал головой:
— Понимаю.
Они разошлись по своим комнатам. Внутри не было ни подушек, ни нормальных постелей — только татами и несколько старых одеял. Оставалось лишь гадать, как Йошики Фурурухара умудряется здесь выживать. Линь Цие лёг на татами и медленно закрыл глаза.
***
Психиатрическая больница Богов.
Линь Цие, облачённый в белый халат, шёл по коридорам и чувствовал, что в больнице стало куда оживлённее, чем раньше. Во дворе санитары развешивали свежевыстиранное бельё и простыни. Черныш, окружённый свитой из псов помельче, с гордым видом тащил в зубах швабру в сторону туалетов. Из кухни доносился треск огня и аппетитные запахи.
Пока Линь Цие шёл, мимо то и дело проходили сотрудники. Они вежливо кланялись и приветствовали его: "Здравствуйте, директор Линь".
"Похоже, у Ли Ифэя действительно талант к управлению..." — подумал Линь Цие.
Он дошёл до кабинета и увидел, что Браги и Мерлин уже ужинают за небольшим столом. Перед ними стояло восемь разных блюд и пара кувшинов с фруктовым вином. Оба уплетали еду за обе щеки.
— Директор? — Браги, увидев Линь Цие в дверях, радостно вскочил и замахал рукой. — Директор, присоединяйтесь к нам!
— Добрый вечер, господин директор, — с улыбкой произнёс Мерлин.
Линь Цие вошёл в комнату и, взглянув на пустующий стул, спросил:
— Вы только вдвоём?
— Ну да, — Браги снова сел и пожал плечами. — Ли Ифэй и ребята приготовили порцию и для того, кто в четвёртой палате, но... похоже, у неё нет никакого желания выходить к нам на ужин.
Мерлин кивнул:
— Поэтому я велел им чуть позже отнести еду прямо к ней в палату.
Линь Цие подошёл к окну и посмотрел на второй этаж, где за закрытой дверью четвёртой палаты царила тишина. Он тяжело вздохнул.