Глава 274. В обмен на людей •
Говоря о рынке Племени Хань, стоит отметить, что благодаря решению Ло Чуна использовать шкуры зверей в качестве универсального средства обмена, их запасы у племени стали весьма внушительными. Обеспечив одеждой всех соплеменников, Племя Хань могло позволить себе использовать лишние шкуры на изготовление предметов роскоши — больших барабанов, обтянутых воловьей кожей.
Если прошлой весной во время жертвоприношения такой барабан был всего один, то теперь их стало восемь. Их установили по обе стороны четырёх надвратных башен, чтобы использовать в качестве сигнальных орудий городской обороны. На каждых воротах несли стражу около десятка воинов — по четверо на смену. Двое из них грелись у огня внутри башни, а двое патрулировали стену, сменяя друг друга через определённое время.
Воевать им вряд ли пришлось бы: на такие высокие стены враг просто не смог бы взобраться, если только у него не было бы лестниц. Однако Ло Чун ещё не слышал, чтобы какое-нибудь племя умело их делать. Так что, по правде говоря, эти дозорные были скорее для вида, ну и для того, чтобы открывать и закрывать ворота.
На седьмой день после второго зимнего снегопада, когда Ло Чун вместе с Большим Ротом отливал специальный большой железный котел для маслобойни, внезапно загрохотал барабан на южных воротах. Гулкие удары разнеслись по всему городу Ханьян. Ло Чун вздрогнул, недоумевая, что случилось, но, прислушавшись, понял, что бьёт только один барабан, и на душе у него сразу отлегло.
На каждых воротах города Ханьян висело по два барабана. В случае вражеского нападения полагалось бить в оба одновременно. Если же к стенам подходила лишь небольшая группа людей, и было понятно, что это не враги, следовало бить только в один. Это правило Ло Чун установил заранее, поэтому по звуку он мог судить об обстановке за стенами.
— Продолжайте отливать котел, — распорядился Ло Чун. — Снаружи не враги, не беспокойтесь. Я схожу к южным воротам и посмотрю.
— Слушаемся, всё сделаем. Вождь, будьте осторожны, — ответил Большой Рот.
Дав указания, Ло Чун подхватил свой меч и направился прямиком к южным воротам. Когда он поднялся на башню, стражники, завидев вождя, перестали бить в барабан.
— Что случилось? Почему бьёте в барабан? Кто эти люди под стенами? — спросил Ло Чун.
Он подошёл к краю, высунул голову между зубцами и посмотрел вниз. У южных ворот переминалиь с ноги на ногу восемь незнакомцев, задрав головы и разглядывая надвратную башню.
— Вождь, эти люди только что пришли. Сначала они походили вокруг, а когда увидели нас на стене, начали подавать знаки. Кажется, хотят обменяться товарами. Я слышал, как они выкрикивали "рынок", — объяснил один из воинов.
— Обмен? Притащились торговать в разгар зимы? — Ло Чун снова выглянул наружу и с сомнением добавил: — Что-то я не вижу, чтобы они принесли с собой какие-то товары. Что им нужно?
— Мы и сами не поняли, поэтому не знали, открывать ли ворота. Вот и ударили в барабан, — ответил воин.
— Открывайте, — подумав, приказал Ло Чун. — Опустите подъемный мост. Их всего несколько человек, ничего серьёзного они не предпримут.
— Слушаемся, вождь!
Эти восемь человек были воинами из маленького племени, насчитывавшего меньше сотни человек. Раньше они уже бывали на рынке Племени Хань, но из-за того, что цены у ханьцев были высоки, шкур у них было мало, а никаких диковин, способных заинтересовать Ло Чуна, они не имели, никакого обмена тогда не вышло. Посмотрели и ушли.
Но теперь запасы еды в их племени подошли к концу — продержаться они могли от силы месяц. Сначала хотели отправиться на охоту, чтобы выкопать впавших в спячку мелких зверьков, но внезапный сильный снегопад укрыл всю землю. Оказавшись в безвыходном положении, они решили попытать счастья у Племени Хань в надежде на помощь.
Однако, добравшись до места, они буквально лишились дара речи. Последний раз они были здесь осенью, когда строительство стен только начиналось, и приметным был лишь ров. Теперь же ров давно сковал лёд, а над землёй выросла величественная стена. Если бы не выступающий за её пределы подъемный мост, они бы ни за что не догадались, где находятся ворота.
Лишь хорошенько присмотревшись, они заметили на вершине этого колоссального сооружения людей — целую группу воинов Хань. Только тогда они поняли, что не ошиблись местом.
После того как они попытались заговорить со стражей, на стене загремел барабан, едва не обратив их в бегство. Если бы не вопрос выживания племени, они бы точно сбежали — это Племя Хань внушало им суеверный ужас своими странными творениями.
Подождав немного, они увидели, что барабан смолк, а мост начал медленно опускаться. Когда он коснулся земли, за ним открылись огромные ворота, выкрашенные красным лаком. Поражённые, люди столпились перед мостом, но переходить его не решались.
Ло Чун в сопровождении четырёх воинов с бронзовыми копьями вышел в проём ворот. Сняв засов из толстого бревна, он распахнул створку и внимательно оглядел незваных гостей.
Они были одеты в дырявые, продуваемые всеми ветрами шкуры. Уши и носы у всех покраснели от холода, руки и ноги покрылись цыпками и обморожениями. Дрожа всем телом, они стояли на том конце моста, сжимая в руках каменные копья и костяные пики, и со страхом смотрели на Ло Чуна и его воинов.
Положив руку на рукоять меча, Ло Чун жестом пригласил их войти. Люди осторожно ступили на мост, подошли к воротам и, подчинившись требованию вождя, сдали оружие. Их отвели в пустующую хижину и каждому дали по миске горячего мясного отвара — такого же, какой готовили для рабов. Только когда пришедшие немного отогрелись, Ло Чун начал расспрос.
— Вы сказали, что пришли для обмена? Что вы хотите предложить? Я не вижу при вас ничего, что стоило бы обменивать.
— Вождь Племени Хань... — начал предводитель группы, нерешительно подбирая слова. — Дело в том... в нашем племени почти не осталось еды. В этом году снег слишком глубокий, охотиться трудно. Мы хотели попросить у Племени Хань немного еды в долг. Сейчас нам нечего дать взамен, но в следующем году, когда будет добыча, мы обязательно всё вернём. Как вы на это смотрите?
Ло Чун не сдержался и рассмеялся. Надо же, в эти времена кто-то додумался просить еду в долг! В детстве он слышал, как в деревне одалживали соль или соевый соус, но чтобы прийти за едой... Как они собираются её возвращать? Если они сейчас не могут прокормить себя, то как у них появятся излишки в следующем году? Это же просто смешно.
— В долг я ничего не дам, — отрезал Ло Чун. — У Племени Хань еды в достатке, но мы не раздаём её просто так. Впрочем, я понимаю ваше положение и не скажу, что совсем не помогу.
Ло Чун сделал паузу и продолжил:
— Раз уж вы пришли за обменом, давайте так и поступим: выменяем еду. У вас нет шкур или редких товаров? Не беда. Зато у вас есть люди. Раз ваше племя не может их прокормить, отдайте их Племени Хань, а мы взамен дадим вам провизию. Так вы и от лишних ртов избавитесь, и запасы пополните. Получится выгода для всех. Что скажете? Подумайте над этим.