Глава 633. Возвращение героев •
Хлоп!
Звонкий хлопок разнесся над песчаным карьером.
О’Брайен опустил ладонь, его черты, будто высеченные топором, напряглись, когда он оглядел собравшихся: — Перекличка. Охотник на демонов, О’Брайен.
Словно звуковой выключатель, его голос разрядил тишину — карьер наполнился смесью кашля, шума откручиваемых фляг и тяжелого дыхания.
— Кнелл Бёрн, истребитель духов.
— Ночной Дозор Истинного Видения, Норберт Харрингтон.
— Истребитель духов, Эрикс Брэнд.
Люди в карьере называли себя по очереди. Последним был тот, кто плюнул песок, его голос звучал хрипло: — Копленд, старший следователь.
Сверху донеслись торопливые шаги, и человек соскользнул в карьер, подняв облако пыли.
— Не спеши, у нас еще минут три, — сказал О’Брайен вновь прибывшему, — дозорный, что видел?
— Оазис уже близко, — опустив голову, ответил изможденный мужчина, тяжело дыша, — меньше километра.
— Ты уверен?
— Безусловно, — Дозорный поднял лицо, открыв ужасающе черный левый глаз.
— А его видел? — снова спросил О’Брайен.
Дозорный покачал головой: — Но я чувствую его присутствие. В оазисе.
— Держи, следователь, — О’Брайен достал из внутреннего кармана потрепанный блокнот и бросил Копленду, — мы почти у цели. Ритуал теперь непрерывен, тишина — наше спасение.
— Найти и уничтожить — наша цель, — О’Брайен перевел взгляд на Копленда, судорожно ловившего блокнот, — Копленд, твоя задача особая: фиксируй все. Если мы падем — информация должна уцелеть.
Копленд раскрыл блокнот с коричневой обложкой.
[Его ритуал ширится с каждым днем. На подступах к оазису, в городке за триста километров, не осталось живых. Рискну предположить: скоро он станет полноценным третьим Бедствием]
[Есть и хорошее: звериный шум не привлекает его, лишь человеческий. Хотя… если мы верхом, звук коня вменяется нам? Потому что мы управляем им?]
Почерк ниже сменился.
[Предыдущий автор — Кейлан Каррен, я же — Ричардс Безфамильный, новый хранитель блокнота. Владельцы сменяются быстрее страниц. Совет потомкам: подписывайтесь. Победим — станем легендами, падем — будем первыми ласточками]
[Чем ближе, тем дольше длится ритуал, короче паузы… Возможно, у самого оазиса он станет вечным]
Копленд молча читал записи предшественников.
Помимо их наблюдений, прослеживалась печальная закономерность: чем дальше, тем чаще менялся почерк, тем короче становились записи.
[Микаэль Рейд. Ричардс Безфамильный был прав. В десяти километрах от оазиса — вечная ночь, как в зимнем Нордленде. Жалкие минуты затишья в море ритуала]
[Я — Генри Младший. Предыдущий хранитель погиб, не успев записать. Думаю, стоит упомянуть Квинлана Прайса. С точки зрения мистики: владельцы блокнота долго не живут. Проклятая вещь?]
[Трой Мак. До оазиса семь километров. Следующий хранитель, прочти — сообщи моим в Эллен, королевский город, Бенинг-стрит, 33…]
[Убли Карам. Пять километров. Двое до меня не оставили следов, имена их утеряны. Новостей нет. Пишу, чтобы меня помнили]
Страницы подходили к концу. Копленд перевернул последний лист.
Он поднял глаза на О’Брайена, отдающего распоряжения, достал ручку.
[Я, Копленд… Возможно, последний хранитель]
[Мы в километре от оазиса. Паузы по семь-восемь минут. Внутри, думаю, ритуал станет непрерывным…]
Он хотел добавить больше, но О’Брайен поднял руку: — Тише. Время пришло. Действуем по плану.
Копленд спрятал блокнот. Экзорцисты выбрались из карьера, захватив фонари и единственного коня, и двинулись к силуэту оазиса в сгущающихся сумерках.
Ладонь Копленда сжала блокнот под одеждой.
Они гибли безвестно и напрасно.
Эти лучшие должны были сражаться с аномалиями по всему миру, а не быть расходным материалом на пути к проклятому оазису.
Но… если не они, то кто? Обычные люди?
Хруст!
Звук отчетливо прозвучал в тишине.
Экзорцисты обернулись. О’Брайен стоял, его сапог провалился в пустоту под высохшим руслом, прикрытым песком.
Глухое бормотание раздалось вокруг, и в следующий миг он исчез.
Не было времени скорбеть. Оставшиеся двинулись вперед — О’Брайен все предусмотрел, даже свою гибель.
В ста ярдах от оазиса Норберт Харрингтон наступил на сухую ветку под песком.
У кромки оазиса Кнелл Бёрн задел куст.
У деревни Эрикс Брэнд задел камень, ударившийся о сухое дерево.
У окраины Дозорный споткнулся, но бесшумно выровнялся. Однако фонарь в его руке качнулся, скрипнув. Он лишь успел кивнуть Копленду на прощание, его аномальный глаз источал кровавые слезы.
Земля, казалось, принадлежала злому богу тишины, каравшему малейший звук как ересь.
На закате Копленд вошел в деревню и увидел источник третьего Бедствия — злого духа… Тонкий силуэт, висящий на высохшем дереве.
Копленд молча зарисовал увиденное в блокнот, положил его в седельную сумку коня и проводил взглядом скакуна, чей топот, вопреки всему, не потревожил тишину.
Он повернулся к дереву. Контуры силуэта стали четче.
И тогда он услышал стук собственного сердца.
…
В двухстах километрах от оазиса жители городка ждали возвращения героев экспедиции.
Глубокой ночью из темноты вынесся гнедой конь. Люди узнали его, окружили. Кто-то открыл сумку.
Внутри лежал лишь потрепанный коричневый блокнот.