Глава 147 •
Целитель Сэйган был в замешательстве.
Он мирно выбирал травы в лавке, когда его внезапно схватили. Рыцари, явившиеся за ним, даже не объяснили причины.
Такого с ним еще никогда не случалось.
Холодное предчувствие пронзило его до костей. Ему казалось, что если он пойдет с ними, то обязательно случится что-то плохое.
«Эти типы не могут знать, кто я на самом деле».
В другом маркизате он бы забеспокоился, но это был домен маркиза Ричмонда. Земля невежественных рыцарей, где даже маг 4-го круга не представлял угрозы. Он мог бы открыто использовать черную магию, и никто бы этого не заметил.
«В чем же дело?»
Он злобно посмотрел на затылки двух рыцарей, шагающих впереди. Нескольких заклинаний было бы достаточно, чтобы не убить их, но серьезно ранить.
«Опасно».
Но за ним следовали еще двое рыцарей. Если он нападет на первых двух, то двое сзади его схватят.
«Надо было восстановить силы».
Сэйган.
Нынешняя душа этого тела, Херслегерс, на самом деле отказался от долгой жизни. Все дело было в том, что его душа и тело плохо сочетались.
Не прошло и нескольких месяцев, как тело начало подавать признаки разрушения. В лучшем случае через месяц тело умрет, а душа будет уничтожена.
«Провал... Не смогу увидеть Джока».
К счастью, он узнал, что его племянник и законный наследник королевства Болас уже полностью завладел чужим телом. А поскольку это было тело знатного дворянина, то действовать было гораздо удобнее.
И хотя по рангу он был выше, Сэйган решил служить ему верой и правдой.
В любом случае, он был обречен на гибель. Если великий род и королевство Болас смогут возродиться в далеком будущем, он готов был немного потрудиться.
К счастью, это было нетрудно. Он находился на землях маркиза Ричмонда, где магическая сила практически отсутствовала. Еще несколько дней мучений, и он сможет спокойно сбежать, прихватив с собой кулон.
— Послушайте, куда мы, собственно, идем?
— К молодому господину Харрисону.
— А что случилось с молодым господином Харрисоном?
— Узнаете, когда придем.
При упоминании имени молодого господина Харрисона Сэйган почувствовал облегчение. Возможно, наложенное им проклятие наконец-то сразило этого мерзавца.
Если его вызвали из-за больного пациента, то проблем быть не должно.
«Может, я слишком остро реагирую?»
Падение Харрисона было частью его плана. Если тот полностью потерял сознание, то он сможет спокойно открыть шкаф, взять все необходимое и уйти.
«Почему я так беспокоюсь?»
***
Батлер хотел избежать этой встречи. Но он не мог просто сбежать от человека, который привел его сюда.
Он, фехтовальщик 6-го ранга, не смог ничего сделать. Конечно, он был застигнут врасплох, но противник был на голову сильнее. Даже если бы он сопротивлялся, результат был бы тем же.
«Неужели Мастер?»
На спине у незнакомца висело длинное копье.
Батлер никогда не слышал о Мастере, который использует копье. Он мало что знал о Мастерах Западного и Восточного континентов, но был уверен, что на Центральном континенте нет Мастера с копьем.
«Может, это наемник-Мастер?»
В его памяти всплыли смутные воспоминания о том, что наемник с Платиновым Жетоном использовал большое оружие.
«Нет».
Возраст не сходится. Тот наёмник появилось около 20 лет назад. Если бы он был Мастером с тех пор, то сейчас ему было бы не меньше 50 лет.
Но мужчине с копьем на спине было не больше 30. Даже если он невероятно молодо выглядел, он не мог быть настолько юным.
«Должен ли я отвечать?»
Взгляды окружающих были суровыми. Ему казалось, что они прожигают его насквозь, требуя ответа.
— Дядя! Отвечайте же!
— Хаа... Да, я одолжил Стейниал.
— С какой стати у вас... дяди... есть на это право? И вообще, как вы могли...
Стейниал хранился в первой сокровищнице замка.
Первая сокровищница была объектом 1-го уровня безопасности, и доступ к ней имел только глава семьи. Естественно, у Батлера Ричмонда не было права входить в первую сокровищницу.
— Ну... я... просто...
— Просто?! Говорите толком! Как вы туда попали?
— Я часто видел, как туда входил ваш отец.
Под «отцом» Батлер подразумевал предыдущего маркиза Ричмонда, отца нынешнего маркиза, Бейка Ричмонда.
— Да как вы...
— А что такое Стейниал?
— Это... эльвиаз высшего класса.
— Эльвиаз высшего класса?
Эльвиазом называли шары, используемые в качестве магических артефактов. Сами по себе они были оружием мага, а также использовались для создания посохов и жезлов.
— Я сказал «высшего класса», но на самом деле он стоит гораздо больше. Он размером с ноготь, но содержит в себе магическую силу, превосходящую эльвиаз высшего класса.
— Ха, удивительно, что такая вещь вообще существует.
Эльвиаз, который Роден использовал в ловушке для преследователей Империи Ингрем в ущелье Хамрес на Западном континенте, был средне-высшего класса. Эльвиаз высшего класса обладал еще большей магической силой, и являлся настоящим сокровищем.
Эльвиаз высшего класса появлялся на рынке крайне редко. Роден никогда не слышал, чтобы он выставлялся на аукционе.
Его добывали на мана-рудниках, но это случалось крайне редко, один раз в 10 лет на весь континент.
— И этот шарик размером с ноготь?
Роден не пользовался посохами, жезлами и магическими артефактами, которые обычно использовали маги. Они мешали ему заключать контракты с фамильярами, поэтому он предпочитал обходиться без них.
Но если этот шарик был размером с ноготь, то это меняло дело. Такую маленькую вещь можно было вставить в перчатку или браслет и использовать как оружие.
— Это ценная вещь, но мы решили, что она слишком опасна, поэтому хранили ее в первой сокровищнице.
— Не знал, что в замке маркиза Ричмонда хранится оружие мага.
— Говорят, его нашли в Форслаке.
Форслак — это крепость Форслак, расположенная на крайнем востоке Западного континента, у Пограничных гор.
При упоминании крепости Форслак Роден вспомнил о бронзовом отряде, с которым он встретился на Западном континенте. Когда они прощались, бронзовый отряд получил задание сопроводить караван до крепости Форслак.
Если бы все прошло гладко, они бы уже перебрались на Центральный континент, но отряд был не настолько известным, чтобы о нем ходили слухи.
— Его нашел предыдущий маркиз?
— Нет. Это фамильная ценность, а в описании происхождения значится только одно слово — «Форслак».
Если это фамильная ценность, то узнать точный способ ее получения было практически невозможно.
— Значит, вы отдали эту вещь черному магу.
— Простите, у меня вопрос.
— Спрашивайте, маркиз.
— Маг Роден сказал, что мой дядя — черный маг. Но я все еще чувствую ауру в теле дяди Батлера. Значит ли это, что он магический мечник?
Магический мечник.
Так называли тех, кто мог использовать и магию, и меч. Батлер Ричмонд определенно попадал под это определение.
— Если быть точным, то да.
— Техника развития ауры нашей семьи не подходит для магических мечников. В таком случае аура и магия будут конфликтовать. Как же мой дядя смог стать магическим мечником?
С точки зрения здравого смысла, вопрос маркиза Ричмонда был вполне логичен. Если Батлер был настоящим магическим магом, то происходящее не имело смысла.
— Аура и магия не обязательно конфликтуют только потому, что находятся в одном теле. Столкновение происходит только при использовании магии.
— Разве это не одно и то же?
— Он либо не использовал магию, либо использовал ее по минимуму, терпя боль. Я думаю, что даже став черным магом, он использовал черную магию меньше 10 раз. И каждый раз ему приходилось терпеть адскую боль.
Маркиз Ричмонд посмотрел на своего дядю, словно спрашивая, правда ли это.
— Я использовал ее всего 4 раза.
— Дважды, когда накладывал проклятие.
— Дважды? Ах, да! Вы говорили про проклятие «Замедление» и «Истощение»?
— Именно. Дважды. И, видимо, еще два раза в качестве тренировки.
Предположение Родена было верным.
Впервые Батлер использовал черную магию, чтобы наложить легкое проклятие. Из-за этого проклятия одна из служанок чахла и вскоре умерла.
Во второй раз он использовал «Черную молнию». Это было атакующее заклинание черной магии, похожее на «Грозовой разряд» белой магии. Он использовал его ночью на манекене, установленном для тренировок рыцарей.
В третий и четвертый раз он использовал черную магию, чтобы наложить проклятие на весь маркизат. Это было заклинание, которое нужно было накладывать на какой-то предмет, и он с трудом справился с ним только благодаря помощи Сэйгана.
— Хаа, я не понимаю. Как можно было совершить такое злодеяние ради каких-то жалких лет жизни?
— Тебе, молокососу, не понять! Мне еще жить да жить! Я не могу вот так просто умереть!
В этот момент дверь, соединяющая покои молодого господина Харрисона с внутренними покоями, распахнулась. Четверо рыцарей вошли внутрь, окружив мужчину лет пятидесяти.
— Что? Что здесь... Ваша светлость, что происходит...
Целитель Сэйган, не понимая, что происходит, бросил взгляд на пол и заметил разбитую статуэтку. Его лицо мгновенно окаменело.
— Похоже, ты знаешь, что это такое.
— Ваша светлость, что, черт возьми, происходит...
— Я сожгу все это дотла.
— Нет!
Целитель Сэйган вскрикнул и бросился к статуэтке.
Но рыцари преградили ему путь.
Даже если бы не они, рядом со статуэткой стоял Карис. Роден и Джена находились всего в трех шагах от него.
— Твоя реакция говорит сама за себя. Собираешься ли ты отвечать на мои вопросы?
— Это ты! Это ты во всем виноват!
В глазах целителя Сэйгана сверкнула жажда убийства.
Те, кто знал Сэйгана, были шокированы его преображением. По их телам пробежал холодок, волосы встали дыбом.
— Да, это я. И что с того? Не обязан же я быть вежливым с не-человеком?
— Кто ты такой?! Маг?!
Судя по робе, Роден был магом, и он не стал этого отрицать.
— Ты же не скажешь, кто стоит за тобой?
— Никто за мной не стоит. Это все я сделал.
— Так и думал. Хм... Ты так и не смог подчинить себе это тело. Похоже, в нем все еще осталась частица прежней души.
Роден с первого взгляда понял, что с телом целителя Сэйгана что-то не так. Оно было хрупким, как здание на грани обрушения, из-за того, что в нем находились две души.
— Что?
— Что ж, тогда все просто. Нужно просто призвать настоящую душу. Блокировка!
Роден подготовился к этому заклинанию еще до прибытия Сэйгана.
Магия 7-го круга «Блокировка».
Именно этим заклинанием он обездвижил старейшину Кендрика из Башни Седрии. Маг 1-го круга, использующий черную магию, не мог противостоять заклинанию, которое не смог одолеть даже маг 5-го круга.
— Ах ты, мерзавец! Что ты делаешь?!
— Всего лишь маг 1-го круга, использующий черную магию. Должно быть, ты решил не утруждать себя развитием, зная, что скоро умрешь.
— ...
Сэйган хотел возразить, но сжал губы.
Он решил больше не разговаривать с этим проницательным магом. Роден вел себя так, будто знает все на свете, и Сэйган чувствовал, что чем больше он говорит, тем хуже ему становится.
— Что ж, придется призвать твою настоящую душу.
Роден поднял с пола статуэтку в форме крысы. Именно в ней когда-то находилась душа Сэйгана, и она все еще была связана с этим местом.
Скрежет!
— Ааа!
Роден легонько царапнул статуэтку ногтем.
Он почти не приложил усилий. Если бы это было тело, то на нем не осталось бы и царапины.
Но Сэйган забился в конвульсиях. Он катался по полу и кричал от боли.
— Интересно, как долго ты продержишься, древний дух?
— Ты... Ты...
Скрежет!
Роден снова царапнул статуэтку, на этот раз немного сильнее.
— Аааа! Лучше убей... убей меня...
— Хотел бы я убить только тебя, но если ты умрешь, то и тело разрушится. Джена, отрежь переднюю лапу этой статуэтке.
— Слушаюсь, господин.
Взмах!
— Кха... Ха... Ха...
Сэйган, который тяжело дышал, вдруг затих. Он медленно поднялся на ноги.
На его лице больше не было боли, оно приняло безразличное выражение.