Глава 112. Токкэби тоже любят отдых

В банкетном зале воцарилось молчание.

Я сказала как можно более невозмутимым голосом:

— Вы шутите?

— Вовсе нет. Я не стану участвовать в игре, если ты не согласишься отдать этот отель.

Пихён, видимо, долго сдерживался — он взобрался на ширму и улыбнулся, покачиваясь.

‘А я-то думала, как это он так ловко ходит, подчиняясь гравитации’.

Я посмотрела на Пихёна снизу вверх и сказала:

— Похоже, вы так уверены в ценности своей информации, что готовы просить за неё этот отель?

— Верно, — ответил Пихён, плавно шагая по верху ширмы.

Токкэби любят честные игры.

И ставка в пари тоже должна быть честной.

В таком случае…

Сотрудники, увидев мои колебания, обеспокоенно зашептали:

— Босс… вы действительно примете это пари?

— …Нет.

Я покачала головой.

— Что?

Пихён посмотрел на меня, свесившись вниз головой.

Уголки его глаз резко взлетели вверх.

Я, уже не удивляясь, спокойно посмотрела на Пихёна и ответила:

— Не приму. Для меня эта информация не стоит того, чтобы обменивать её на отель.

Когда я направилась к выходу из банкетного зала, Пихён преградил мне путь.

‘То тут, то там. Прямо Хон Гиль Дон какой-то’ (прим.: Хон Гиль Дон — герой корейского средневекового романа, известный способностью мгновенно перемещаться).

— Ах-ах, погоди. Моя информация действительно ценная, говорю тебе! Правда!

— Это вы так думаете.

Я мягко улыбнулась и ответила.

Слово «честность» иногда создаёт иллюзию, будто оно математическое и логичное.

Но на самом деле честность — понятие довольно субъективное.

У каждого свои критерии, и в зависимости от них меняется и вес вещей.

Я ухватилась за этот факт.

— Для меня эта информация не имеет такой же ценности, как этот отель.

— Но это лицо… Мне сказали, что для тебя оно точно будет ценным!..

— Кто это вам сказал? Высокая женщина, похожая на змею?

При моём вопросе лицо Пихёна застыло.

Он закатил свои ярко-жёлтые глаза и пробормотал:

— Ты… эту женщину…

— …Знаю. Знаю.

Значит, Пихён действительно встречался с тётей Хи Ён.

Я искренне подумала, что мне всё равно, даже если на этом всё закончится.

Сейчас для меня важнее всего этот отель.

Отель, где могут отдохнуть многие охотники и который, что важнее всего, даёт мне чувство удовлетворения.

— Информацию, которую вы не дадите, господин Пихён, я могу узнать у той женщины. Мне нет нужды получать информацию от вас, рискуя потерять отель.

Не успела я закончить, как лицо Пихёна исказилось.

Он понял, что я говорю серьёзно.

— Ты действительно не будешь играть? Точно?

Пихён с грустным видом следовал за мной, но я не останавливаясь дошла до самого входа.

Пихён жалобно спросил:

— Тебе правда не нужна моя информация? Правда?

Хм.

На этом моменте стоит оставить немного интриги.

Я остановилась.

— Будет жаль, конечно.

— …Верно?

— Но не более того.

Я повернулась и взялась за дверную ручку.

В этот момент Пихён схватил меня за руку.

— Хорошо! Я изменю условия пари!

…Попался.

Новое условие, предложенное Пихёном, заключалось в том, что если я проиграю пари, то должна буду играть с ним, когда бы он ни пожелал.

Это было очень хлопотно и раздражающе, но не невыполнимо, поэтому я согласилась.

— Отлично. Тогда начнём?

Лицо Пихёна выражало возбуждение от предстоящей игры.

Игроков на этот раз было четверо.

Пихён и Кильдаль — одна команда.

И я с управляющей — другая команда.

— У меня получится? — с беспокойством спросила управляющая.

— Игра во многом зависит от удачи с костями, так что не переживайте.

‘Если не получится, придётся каждую ночь играть с токкэби, ничего не поделаешь’.

Пока я так думала, управляющая сказала:

— Кстати, это лицо… это ведь охотник Ли Се Мён?

Я кивнула.

‘Хотя, было бы удивительнее, если бы в Корее нашёлся человек, не знающий лица моего отца’.

— Вы были знакомы с охотником Ли Се Мёном?

— Охотник Ли Се Мён — мой папа.

— …!

Глаза управляющей расширились.

— Значит, ваш покойный отец — это S-ранговый охотник Ли Се Мён!..

— Да. И судя по тому, что Пихён принял его облик, он либо что-то знает о моём папе, либо…

‘Встречался с ним’.

Возможна ли такая гипотеза?

Мысли путались.

Неужели папа, как и тётя Хи Ён, мог попадать в иной мир?

В этот момент.

Пихён поднял веер и обмахнул им воздух.

— Просто так неинтересно, может, увеличим игровое поле?

— …Что?

В тот же миг на конце веера Пихёна начало происходить нечто странное.

Игровая доска, на которой мы стояли, превратилась из 2D в 3D, нет, даже в 4D.

На клетках с надписями «Побережье» и «Центр города» появились маленькое море и крошечный замок.

— …!

Я на мгновение забыла, что токкэби мастера искажать пространство.

Управляющая разинула рот и пробормотала:

— Вау… что это ещё такое…

— Так ведь реалистичнее и интереснее, не так ли? — улыбнулся Пихён.

‘Вот же… одержимый игрой тип’.

Стоявший рядом с Пихёном равнодушный сонби Кильдаль сказал:

— Долго ещё будете тянуть время? Начинайте.

Очерёдность ходов решили определить жребием. Первой выпало ходить команде токкэби.

Сначала Пихён бросил кости.

Выпало 2.

[Заплатить дорожную пошлину]

Большой сундук на клетке зазвенел, требуя, чтобы Пихён положил деньги.

Лицо Пихёна исказилось.

— Кхм.

После того как Пихён бросил деньги, я взяла кости.

Мне повезло — выпала «Тихая хижина под соломенной крышей».

Это была земля, где можно было построить отель по низкой цене, так что я без колебаний сделала это.

Пихён хмыкнул и сказал:

— Говорят, удача новичка — собачья удача (прим.: корейская поговорка, означающая, что везение в начале игры часто недолговечно).

— …

Следующим был Кильдаль.

Кильдаль попал на клетку [Испытание].

Карточка испытания, которую вытянул Кильдаль, гласила: «Стойка на руках».

Кильдаль, разумеется, легко справился с этим. Даже на одной руке.

Увидев это, управляющая с побелевшим лицом сказала:

— Может, вам стоило попросить об этом Кымтона или Тото, а не меня?

— Там есть и загадки, которые нужно разгадывать, так что не обязательно.

Строго говоря, в колоде «Испытаний» было много карт, невыгодных для людей, а в колоде «Загадок» — невыгодных для токкэби.

Управляющая, ходившая следующей, вытянула карту загадки. Загадка была такой:

[Охотник прошёл 3 ли (прим.: корейская мера длины, около 393 м) на юг от своего дома, увидел медведя и выстрелил. Преследуя убегающего медведя, он прошёл 3 ли на восток и наконец поймал его. Оттуда он снова прошёл 3 ли на север и оказался у своего дома. Какого цвета был медведь?]

Ответ на знаменитую загадку венгерского математика был…

— Белый.

Управляющая ответила мгновенно.

Разумеется, это был правильный ответ.

Эта загадка была известна в соцсетях, так что управляющая не могла её не знать.

— Верно.

— Да как она это узнала?!

— Тут точно какой-то обман!

Токкэби бросились к нам, крича, что игра нечестная, но это было бесполезно.

— Если охотник, пройдя 3 ли на юг, 3 ли на восток и 3 ли на север, снова оказался у своего дома, значит, его дом находится на Северном полюсе, а медведи, живущие на Северном полюсе, — белые, — объяснила управляющая.

— Что? Да как такое можно знать?!

— Здесь нет никакого обмана. Иначе стала бы я класть в колоду карты вроде стойки на руках?

— …Это…

— …Хм…

Из-за особенностей этой игры — простой, но отнимающей немало времени — прошло уже больше четырёх часов.

Команде токкэби сначала не везло с костями, и они чуть не проиграли, но затем поставили крупную сумму на землю у побережья, и в результате этой ставки наша команда оказалась на грани банкротства, но выжила.

‘Было опасно…’

Я посмотрела на Пихёна, который сокрушался, что мог выиграть, и покачала головой.

‘Это сожаление на его лице — притворство’.

Пихён намеренно тянул время.

Ему нравилась игра, и хотя он мог бы быстро выиграть, он поддерживал шаткое равенство, играя с нами.

Хотя исход этой игры во многом зависел от удачи, возможность использовать выпавший шанс зависела от того, будешь ли ты рисковать и вкладываться, принимать ли рациональные решения, и насколько успешно справишься с заданиями на клетках миссий.

Поняв это, Пихён, когда мы были на грани проигрыша, намеренно проваливал миссии, чтобы затянуть игру.

‘Он полностью играет нами’.

Хотя нам с трудом удалось избежать крупного кризиса, земли, купленные командой токкэби, лежали перед нами как минное поле, так что следующий ход был опасен.

В то же время перед Кильдалем оставались только случайные штрафные зоны «Испытание» и «Загадка».

Можно было считать, что в ближайшее время банкротство им не грозит.

Хотя загадки могли их задержать.

‘Но даже если бы их задержали только загадки, ситуация бы улучшилась…’

Пока я об этом думала, дверь у входа открылась.

Это был Тото.

— Пора заканчивать и подниматься ужинать. После ужина можно будет возобновить игру… то есть, забаву, не так ли?

Хотелось сказать, что всё в порядке… но рядом раздалось урчание.

Управляющая со смущённым лицом сказала:

— …Есть и правда хочется.

Пока готовили еду, Пихён осматривал поп-ап магазин.

Им Се Хван неодобрительно смотрел на Пихёна, осматривающего магазин, но, кажется, втайне обрадовался, когда Пихён сказал:

— Это диковинная вещь, которую не создать даже дубинкой токкэби!..

Токкэби держал в руках магический пистолет.

Конечно, радость Им Се Хвана была недолгой.

— Не дашь ли мне одну такую? Давай заключим пари, если выпадет эта сторона монеты…

— Я инвестирую только в стабильные активы. Всего доброго.

Как только Пихён заговорил о пари, Им Се Хван тут же выпроводил его.

Пихён, облизываясь, был выдворен и смирно сел за обеденный стол.

Увидев румяные чжоны (прим.: корейские жареные лепёшки/оладьи), макколли (прим.: корейское рисовое вино), рис и мясо, Пихён широко раскрыл глаза.

— Давно меня так не угощали!

Пихён с любопытством разглядывал еду, поданную в саги-гырыт (прим.: традиционная корейская керамическая посуда) и завёрнутую в осэк-почаги (прим.: пятицветный платок для заворачивания подарков), приготовленную заранее для традиционных(?) гостей, и жадно ел.

Кильдаль, словно привыкший к такому зрелищу, ел рядом в своём медленном темпе.

Я подошла к гостю-токкэби с водой и сказала:

— Ешьте помедленнее.

Хотя я была не в настроении говорить это, предчувствуя проигрыш, настроение не должно влиять на поведение.

Я — владелица отеля, а Пихён — гость.

Пихён с удивлением сказал:

— Эта таверна — поистине удивительное место. Здесь мои колени, которые обычно ноют в дождь, чувствуют себя спокойно. К тому же, находясь здесь, ощущаешь такое умиротворение, будто время остановилось. А ведь обычно, когда я не играю, мне так скучно, что просто невыносимо.

‘Это что-то вроде зависимости?’

— К тому же, ты вот-вот проиграешь мне, но всё равно подаёшь такую изысканную еду. Ты — удивительное существо, юная леди. Ким Чхампхан (прим.: Чхампхан — старый чиновничий титул; вероятно, отсылка к корейской сказке, где персонаж проиграл дочь токкэби), когда проиграл мне свою дочку, тут же стал смотреть на меня с презрением, как на чудовище.

Услышав слова Пихёна, произнесённые с чавканьем, я невольно сжала кулаки.

‘Вот-вот проиграю, значит?’

— Исход игры можно узнать, только дойдя до конца.

Пихён продолжал есть с таким видом, будто говорил: «Ты лай, а я буду есть».

Пихён положил кусок пхёнюк (прим.: тонко нарезанная отварная говядина), оторванный рукой, на тарелку Кильдаля, который молча ел напротив.

— Почему мой младший брат так мало ест? Ешь побольше.

Кильдаль, которому явно не нравился кусок мяса, оторванный рукой Пихёна, заставил себя улыбнуться и сказал:

— Я в порядке, господин Пихён.

— Эхем. Какой там в порядке. Бери, бери. Нельзя отказываться от еды, которую даёт старший!

— Нет, я правда…

— Что? Неужели мясо, которое я даю, невкусное?

— Как такое может быть.

— Тогда ешь. И рюмку подними.

— Я спиртное…

— …Цыц!

‘Такие звуки я где-то часто слышала’.

Начальник отдела в моей бывшей компании часто так делал.

Там действительно царила культура кконде (прим.: корейский сленг для обозначения старшего, который ведёт себя высокомерно и навязывает устаревшие взгляды). На его месте я бы мысленно проклинала его на чём свет стоит…

В этот момент.

[Гость из номера 401] думает о том, чтобы ХХХХ ХХХ Пихёна.

[Гость из номера 401] представляет всевозможные ужасы.

[! Error !] Поток мыслей настолько ужасен, что его трудно перевести. Временно приостанавливаю работу «Ментальной Коммуникации»… 3… 2… 1…

……?

‘Ха. Так токкэби — это просто офисные работники?’

‘Только они оба духи, поэтому не могут умереть и должны работать вечно?’

‘Эм… погодите-ка’.

‘Вот оно что’.

В этот момент у меня в голове промелькнула мысль.

‘А что, если научить токкэби, уставшего от конфуцианской культуры, что такое хилинг?..’

Закладка