Глава 37 •
У Ородана не сложились хорошие отношения с благородными домами.
Неудивительно — он провёл тысячи временных петель, убивая их представителей и солдат, поэтому его настороженность была вполне оправдана. С самого детства его учили держаться подальше от знати и их воинов — слишком часто они избивали и притесняли таких, как он. А когда начались временные петли и окрепла ненависть к дому Аргон, это лишь усилило его предубеждение против знатных домов в целом.
Впрочем, было бы несправедливо относить это и к дому Симарджи, владевшему лесопилкой, где он сейчас трудился. Этот небольшой род прославился во время освободительной войны, приведшей к созданию Республики. Изначально они пришли из восточных королевств, а когда разразилась война, проявили себя достойно и заслужили дворянский титул.
Основной доход дома приносили сельское и лесное хозяйство. Они в одиночку обеспечивали значительную часть республики продовольствием и древесиной, при этом заслужив репутацию справедливых и уважаемых работодателей.
Конечно, за порядком на лесопилке следили стражники уровня Адепта — как и положено разумным владельцам серьёзного предприятия. Но работники тепло отзывались о графе Роханусе Симарджи, старшем сыне рода. Этот целитель уровня Элиты славился деловой хваткой и хорошим отношением к подчинённым. Именно его магия во многом способствовала процветанию ферм и лесных угодий дома Симарджи.
Для Ородана всё это означало спокойную работу без лишних проблем. Не считая угрюмого надсмотрщика-дварфа по имени Огрик Дотрилрок, остальные работники выглядели довольными и беззаботными — похоже, им действительно нравилась их работа.
В отличие от старого склада на Але роуд 4, здешние работники не испытывали страха перед людьми уровня Адепта. К Ородану относились с лёгким уважением, но без излишнего трепета — и это было куда приятнее, чем когда с тобой обращаются как с опасным оружием, вокруг которого нужно ходить на цыпочках.
Самое главное — в отличие от прежнего места работы, здешнее начальство не боялось последствий из-за работника с такими способностями и не опасалось, что его переманят. Дом Симарджи сам был достаточно влиятелен, да и ходили слухи о каком-то могущественном члене семьи, который предпочитал оставаться в тени.
Стражники уровня Адепта всё же заинтересовались Ороданом в ходе этой петли — его физическая сила не могла остаться незамеченной, когда он так легко управлялся с брёвнами и резал дерево, словно воздух. Впрочем, они подошли вполне дружелюбно, расспрашивая о том, кто он и каковы его цели. Ородан ответил честно, понимая, что кто-то в наблюдательной башне наверняка записывает каждое его слово.
Лесопилка оказалась отличным местом для развития навыка Деревообработки. Материала было в избытке, а местные плотники охотно делились опытом и советами с трудолюбивым работником, который выдавал рекордные объёмы продукции. Попутно он освоил и навык Лесоруба.
И это при том, что в этой петле он даже не использовал комбинацию Общения с деревом и Ауры оружия для получения по-настоящему качественной древесины.
За час до объявления, которое должно было предварить хаос на площади Эверсонг, Ородан заметил фигуру, неспешно направлявшуюся к нему.
Мужчина выглядел древним старцем — бронзовая морщинистая кожа, струящиеся седые волосы и длинная борода. Несмотря на высокий рост, он опирался на длинный шест, обёрнутый тканью.
Ородан прервал работу — он уже перевыполнил недельную норму всей лесопилки. Конечно, иногда на подобных предприятиях появлялись странствующие умельцы с невероятной физической силой, но чтобы кто-то задержался так надолго, как Ородан, да ещё и владел нужными навыками — это было необычно.
— Чем могу помочь? — спросил Ородан.
Эти слова заставили Ородана насторожиться. Кто этот старик и откуда ему известно о грядущих разрушениях? Ородан решил рискнуть — в конце концов, третье Благословение могло послужить путём к отступлению, если что-то пойдёт не так.
— Почему же тогда никто ничего не предпринимает? Ведь машина под горой Кастариан скоро пробудится, и вся округа превратится в красную пустошь хаотической маны!
Теперь уже старик пристально взглянул на Ородана.
— Откуда молодому человеку известны такие вещи? Я хотел предостеречь тебя, заметив твой необычный для твоего возраста талант... но ты знаешь куда больше положенного об интригах под горой.
— Ещё бы не знать — я проживаю этот день снова и снова! Я почти смирился с этим, но до сих пор не понимаю политических игр. Почему Республика и такие, как вы, зная обо всём, отправляют на площадь Эверсонг в полдень лишь горстку людей? — воскликнул Ородан. — Что за игра здесь ведётся?!
Глаза старика слегка расширились, и несколько секунд он пристально смотрел на Ородана. А потом рассмеялся хриплым смехом.
— Хех... просто поразительно... магия времени такого масштаба, наложенная на столь юного и неискушённого, — пробормотал старик, словно в бреду. — Скажи, дитя, сколько раз ты умирал с тех пор, как попал под действие этого заклинания?
— Тысячи раз? Не меньше десяти тысяч... Я сбился со счёта во время некоторых циклов.
— Так много? — старик бормотал, обращаясь скорее к себе, чем к собеседнику. — Ни у одного смертного не хватит маны поддерживать такое заклинание столько раз... Да и хрономанты уровня Мастера не поднимали шума о возмущениях временного потока... С какими богами ты связан? Только они способны на такое... но даже так... Собор не отмечал ничего необычного...
— Я не связан ни с какими богами... об этой временной петле не знают даже они. Когда я рассказал об этом Ильятане, она попыталась «одарить» меня чем-то, что сделало бы из меня лучшего слугу в поисках ответа... К счастью, Бог Смерти спас меня, даровав Благословение, позволяющее легко оборвать свою жизнь.
— Манипуляции душой... мерзкая магия. Тебе повезло избежать этого, — старик приподнял бровь. — И всё же твоя история звучит совершенно безумно, она практически невозможна.
Но он не отверг её сразу?
— Практически невозможна? Значит, всё-таки может быть объяснение тому, что со мной происходит? — спросил Ородан.
— Возможно... Идём, дитя, присядем, и ты расскажешь мне подробности об этой временной петле.