Глава 1441. Секта под прицелом •
«Цзинь! Группа из пяти человек в составе Лу Цяньцянь, Сяо Цзуйцзи и других завершила задание секты. Получено: 100 очков вклада, 100 очков достижений, 10 очков репутации.»
Стоило Цзюнь Чансяо привести учеников обратно в секту, как в его ушах раздался системный голос. Парень тут же расплылся в довольной улыбке. Хотя десять очков репутации — это немного, заданий высокого уровня сложности было предостаточно. Если за каждое из них будут давать столько же, то со временем накопится весьма солидная сумма.
— Я же говорила, — подала голос Система. — Новая версия заданий секты весьма недурна. Она как минимум обеспечит хозяину стабильный доход.
— И то верно, — кивнул Цзюнь Чансяо.
— Прародитель, — в этот момент в главный зал вошел король демонов Цзы Линь. Его лицо было непривычно серьезным. — С тем Магическим туманным лесом и его Королем-монстром явно что-то не так.
— Что именно? — уточнил Цзюнь Чансяо.
— Еще до того, как я тайно сбежал в нижний мир, этот парень был запечатан мощной формацией, — пояснил глава Зала Волков. — Он никак не мог там появиться.
Цзы Линь, будучи таким же Королем демонов, разумеется, слышал о владыке туманного леса. Более того, он знал, что из-за кровавых расправ над людьми, которые тот устраивал в лесу, явился некий великий мастер и лично наложил на него печать.
— Хм? — Цзюнь Чансяо на мгновение задумался, услышав подробности. — Может, печать просто ослабла от времени, и монстр вырвался на свободу?
— Исключено, — покачал головой Цзы Линь. — Короля-монстра запечатывал великий знаток Пути Формаций. Такие печати не разрушаются сами собой от течения лет. Только если… — он сделал паузу, — кто-то намеренно её не взломал.
Цзюнь Чансяо сцепил пальцы в замок, и его взгляд стал холодным. На самом деле он и сам сомневался в версии с «ослабевшей печатью». В Магическом туманном лесу он не почувствовал ни капли остаточной энергии какой-либо запечатывающей формации. Если бы она просто обветшала, остались бы хоть какие-то следы.
— Все предельно просто, — вмешалась Система. — От формации не осталось и следа, потому что её полностью сняли.
— Значит… — глаза Цзюнь Чансяо недобро блеснули, — то, что Цзинян и остальные наткнулись на Короля-монстра, не было простой неудачей. Нас намеренно подставили!
— Задания секты хоть и отличаются по сложности, но проходят через строгий расчет, — добавила Система. — Смертельной опасности там быть не должно, если только не вмешается какой-то внешний, неучтенный фактор.
И это не было попыткой оправдаться. Если бы Король-монстр внезапно не преградил им путь, Лу Цяньцянь и остальные смогли бы вовремя отступить. Прогулка вышла бы пугающей, но не более того. Однако некие силы решили подкорректировать сценарий, чего предвидеть было невозможно.
— Прародитель, — подал голос хранитель Черный Ракшаса, до этого хранивший молчание. — Насколько мне известно, много лет назад для запечатывания того монстра в Магический туманный лес отправлялись мастера из Палаты Миров.
— Я тоже об этом слышал, — подтвердил Белый Ракшаса. — Кажется, это был один из дьяконов отдела формаций. Уровень культивации у него был не запредельным, зато в искусстве формаций он разбирался превосходно. Его техники запечатывания гремели на весь мир.
— Палата Миров? — лицо Цзюнь Чансяо потемнело. — Неужели они пронюхали про мою связь с почтенным Тунгу и, не смея напасть в открытую, начали пакостить из-под полы?
— Проклятые твари! — выругался Глава. — Стоило мне на время затаиться, чтобы спокойно развивать секту, как они решили, что Вечную секту можно безнаказанно обижать?
Черный Ракшаса потер подбородок: — О том, что Палата Миров запечатала Короля-монстра, знает каждый встречный. Тайком снимать собственную печать… не слишком ли это глупо с их стороны?
— Формации дьякона из отдела формаций невероятно крепки, — возразил Белый Ракшаса. — Если не они сняли печать, то кто еще на такое способен?
— Ну, это бабушка надвое сказала, — хмыкнул Черный Ракшаса. — В Высшем мире полно мастеров формаций. Тот же отшельник Тай Сюань, хоть и ведет затворническую жизнь, по глубине познаний едва ли уступит признанным гениям Палаты Миров.
— Это верно… — Белый Ракшаса на мгновение замолчал.
— Хранитель Хэй, ты хочешь сказать, что печать мог снять кто-то другой, чтобы намеренно подставить Палату Миров? — уточнил Цзюнь Чансяо.
— Я лишь перечисляю возможные варианты, — ответил Черный Ракшаса.
— Справедливо, — согласился Цзюнь Чансяо. — Пока нет неопровержимых доказательств, возможность подставы сбрасывать со счетов нельзя.
Пыл Главы, который уже был готов лезть в драку, немного остыл после слов Черного Ракшасы. Он про себя отметил: «Кто бы за этим ни стоял, ясно одно: секта уже попала под прицел неких темных личностей. Нужно быть в разы осторожнее». Против открытых врагов Цзюнь Чансяо был готов выставить хоть весь Высший мир, но тайные интриги и удары в спину раздражали его больше всего — от них невозможно защититься заранее.
***
Над выжженной землей, где раньше шумел Магический туманный лес, медленно проявился силуэт Императрицы Лин Яо. Окутывающая её дымка не позволяла разглядеть выражение её лица.
— Ц-ц-ц, — внезапно раздался голос сверху. — Почему ты здесь, а не ловишь Гу Чаоси?
В воздухе плавно возникла золотая колесница. Цзинь Хао лениво восседал в ней, на его лице играла двусмысленная улыбка. Выглядел он в этот момент даже более вызывающе, чем сам Цзюнь Чансяо.
— Палата Миров поручила нам двоим поймать беглеца, а не приставила тебя ко мне в качестве надзирателя, — холодно бросила Императрица Лин Яо.
— А тебе какое дело?
— Я же сказал — просто любопытство.
— Вот именно это любопытство и заставило тебя пролежать в Бассейне Оживления Плоти больше двух лет, — хлестко ответила она.
Удар по больному месту. Улыбка на лице Цзинь Хао не дрогнула, но в его глазах промелькнула искра лютой ненависти. — Я обязательно верну этот долг, рано или поздно!
— Дам тебе совет, — сказала Императрица Лин Яо. — Если хочешь жить, лучше не трогай его.
— Из-за почтенного Тунгу?
— Возможно.
— Пф, да без этого покровителя он и гроша ломаного не стоит. Обычный муравей.
Если бы Цзюнь Чансяо услышал эти слова, он бы наверняка невозмутимо ответил: «Да, без связей в Высшем мире не выжить. Но штука в том, что они у меня есть. Ну что, съел?»
***
В Вечной секте Лу Цяньцянь после нескольких дней отдыха окончательно пришла в себя. Но когда она уже собралась снова отправиться на тренировку в Измерение Девяти Небес, её остановил Цзюнь Чансяо.
— Если бы я не подоспел вовремя, что бы с тобой стало? — прямо спросил он.
Он уже знал подробности случившегося от Ли Циняна. Особенно его встревожил рассказ о том, как после победы над монстром эта женщина защитила всех ледяной техникой, а вокруг неё мерцали искры света, словно горело само её естество.
Что могло гореть в такой момент? Кристаллическое ядро, атрибуты стихии или сама душа. Обычно такие приемы заканчиваются либо непоправимым ущербом для здоровья, либо полным развеиванием духа.
— Просто раны были бы чуть серьезнее, — бесстрастно ответила Лу Цяньцянь.
Цзюнь Чансяо, разумеется, ей не поверил. Он проникновенно произнес: — Впредь, если столкнешься с опасностью, первым же делом найди способ известить секту.
— Я поняла, — кивнула Лу Цяньцянь. — Если больше распоряжений нет, я пойду тренироваться.
Проводив взглядом свою первую ученицу, Цзюнь Чансяо потер переносицу и усмехнулся: — С тех пор как она побывала в пещере Высшей Тайны, её характер заметно изменился.
— Эх, — вздохнула Система. — Единственная нормальная ученица под твоим тлетворным влиянием тоже научилась спасать жизни и заниматься «принудительной торговлей».
— Ах да! — Цзюнь Чансяо хлопнул себя по лбу. — Если пилюля Очищения, которую создала глава Мяо, настолько эффективна, то её продажа в нашем магазине должна принести баснословную прибыль!
С этими мыслями он лично отправился в Павильон Ядоварения.
Сказать по правде, Цзюнь Чансяо не очень любил заходить на Пик Медицины к отравителям. С тех пор как там обосновался этот отдел, гора была окутана слоями ядовитого тумана, а в воздухе висел такой тошнотворный запах, что сводило внутренности.
— Глава пожаловал? Есть дело? — Мяо Сайфэн вышла навстречу и налила ему чаю.
Когда-то она примкнула к Вечной секте под давлением, но теперь уже давно осознала все прелести своего положения. Эта женщина, как и Ли Лоцю, относилась к типу властных красавиц, а многолетняя работа с ядами придавала её облику особый, опасный шарм.
Впрочем, у Цзюнь Чансяо не возникло никаких лишних мыслей, в чем читатели могут быть абсолютно уверены.
— В чае ведь нет яда?
— Даже если бы был, главу таким не возьмешь.
— И то верно.
Цзюнь Чансяо сделал глоток, а затем велел ей изготовить как можно больше пилюль Очищения. Таким образом, глава павильона, чье экранное время стремилось к нулю, официально сменила статус с «ожидания» на «полезный инструмент».
***
Пр-р-рт! — из уборной донесся характерный звук.
Спустя некоторое время Цзюнь Чансяо, посетивший заведение уже в восьмой раз, вышел оттуда, бледный, держась одной рукой за стену, а другой — за живот. Его ноги подкашивались, а в голове гремел яростный крик: «Эта женщина всё-таки подсыпала яд в чай!»