Глава 202.3. Предательство родственников •
Когда он снова посмотрел на Цзян Цюаня, улыбка мужчины была полна безразличия:
– Министр Цзян действительно хорош в планировании и интригах. Если бы он не видел этого своими глазами, Бэнь Гунцзы (1) не знал бы, что в мире найдётся такой человек с волчьим сердцем и лёгкими собаки.
Чжао Юань Пин всегда привык быть злым и саркастичным, не повышая голоса. Выражение лица Цзян Цюаня было яростным, когда он услышал это, но в глубине души он был невероятно смущён. Сегодня, когда он собирался отправиться в суд, чтобы разобраться с этим делом, Цзян Цюань проверил свой кабинет задолго до ухода из дома. И он никогда не видел никаких деревянных ящиков или коробок. Как это могло внезапно появиться. Что, чёрт возьми, происходит? Он крикнул:
– Это ни в коем случае не то, что я сделал, Сунь Сюй, как глава отдела судебных разбирательств, Вы должны обратить внимание на выяснение истины! Таким образом, с подобным незначительным предположением, как Вы смеете привлекать меня к делу? Это явно кто-то намеренно подставил меня? Разве Вы этого не понимаете?!
– Этот чиновник всегда рассматривал только доказательства, – медленно произнёс Сунь Сюй. Дело не в том, что он не получил угрозы в словах Цзян Цюаня, но что это за дело? Это была жена Сяо Шао, ныне Цзинь Ин Ванфэй, и бывшая Хун’ань Цзюньчжу, которая пожала личную жалобу. Кто мог не знать, насколько могущественен Цзинь Ин Ван фу, стоящий за её спиной? Именно он являлся официальным центром династии Цзинь. Сяо Шао лично приветствовал его, как он смеет пренебрегать этим. Более того, убитая женщина в этом деле по-прежнему является жемчужиной на ладони Генеральского фу. Если он не даст этим двоим особнякам достаточного объяснения, с недальновидным темпераментом семьи Чжао Гуана, можно было опасаться, что отдел судебных разбирательств окажется расформировано, не говоря уже о том, что во дворце постоянно будут находиться те, кто станет мериться с ним силами.
Хотя отдел судебных разбирательств занимался делами, с которыми обычные люди не осмеливаются справиться, даже если в этом замешано много столичных чиновников, это не означало, что его работники совсем уж ничего не боялись. Просто всё дело было в том, что Сунь Сюй полагался на Императора в своей карьере, и ему не нужно было лебезить или заискивать перед кем-то, чтобы предать человеку лица. Но если бы это был приближённый Императора, то было бесполезно ловить рыбу в чистой воде, и Сунь Сюй хорошо знал эту истину. В течение стольких лет занимаясь делами, которые могли оскорбить многих чиновников, но оставаясь при династии, сам Сунь Сюй также чрезвычайно хорош в том, чтобы оставаться достойным человеком, умеющим говорить с другими. В настоящее время статус Сюань Пэя во дворце рос день ото дня, и Император положил на него глаз. Пятый принц и восьмой принц постоянно устраивали междоусобицы, и теперь было не так уж ясно, кто займёт трон. Возможно, будущий наследник престола из Великой династии Цзинь сейчас является подающим надежды Тринадцатым Императорским Высочеством. Сюань Пэй намеренно просил людей подойти и поздороваться с ним. Хотя он не знал причины, Сунь Сюй также чувствовал сильное давление. Именно благодаря своим коллегам, за которыми он наблюдал на протяжении стольких лет, Сунь Сюй мог ясно видеть, что на этот раз Цзян Цюаню трудно выбраться сухим из воды, потому что каждый, кого он обидел, имел желание и возможность уничтожить мужчину.
Чжао Юань Фэн неторопливо сказал:
– Министр Цзян, тогда Цзян фу – это Ваш особняк, естественно, войти могут только Ваши люди. Вы даже не знаете, когда была спрятана эта шкатулка. Вы не можете спрашивать посторонних вроде нас, как мы ищем и получаем ответы. Вы знаете, что с момента открытия особняка, за исключением моей младшей сестры, нога семьи Чжао никогда не ступала в Ваш Цзян фу.
Цзян Цюань напоролся на гвоздь (2), но у него не было намерения спорить с Чжао Юань Фэном. Теперь он также осознает важность этого дела. Со всеми человеческими и вещественными доказательствами, глядя на отношение Сунь Сюя, трудно было бы избавиться от обвинения в преступлении. К этому времени Цзян Цюань, который всегда был полон уверенности, уже запаниковал. Он отчаянно думал о том, как шкатулка появилась в его кабинете, его глаза бесцельно скользили по толпе, и он внезапно остановился.
Знакомая фигура смешалась с толпой, это была молодая и красивая женщина. Цзян Цюань был ошеломлён, в его голове промелькнуло несколько мыслей, и он тут же закричал:
– Ся Юэ! Ты сука, ты действительно причинила мне боль!
Фигура женщины в толпе – это Ся Юэ, нынешняя фужэнь особняка министра Цзяна. Сначала она посмотрела на Цзян Цюаня и опустила голову, чтобы избежать взгляда мужчины. В этот момент она не могла не почувствовать лёгкое раздражение, когда услышала, как Цзян Цюань так громко зовёт её. Какое-то время она боролась со смущением, окрасившим её щёки в цвет заката, и молчала.
__________________________
1. 本公子 (běngōngzǐ) – дословный перевод – этот молодой господин. Однако в семье Чжао есть действительно молодые господа, поэтому я оставила пиньинем, как другие самообращения.
2. 钉子 (dīngzi) – литературный перевод – напарываться на гвоздь – идиома, которая означает полное крушение планов, фиаско, большие неприятности.