Глава 189.2. Пэй'эр •
Цзян Синь Чжи всегда был близорук, но Е Фэн, который слушал, хотел отстоять честь своего господина и сказал:
– Молодой господин-шурин, то, что Вы сказали, неуместно. Молодая фужэнь не была отравлена в нашем особняке. Когда её осмотрели, оказалось, что молодая фужэнь носила токсин в своём теле ещё в утробе матери, и потом продолжала в детстве копить яд в своих венах и костях. Первопричина не в Цзинь Ин Ван фу. Не слишком ли неразумно с Вашей стороны обвинять нашего господина?
Стражники Цзинь И относились к Сяо Шао с полным уважением, но они не обращали столько внимания на других. Е Фэн был бесцеремонен, когда говорил. Цзян Синь был ошеломлён, когда услышал это, он риторически спросил:
– Яд с утробы матери?
– Итак, позволь мне спросить тебя, – Сяо Шао холодно посмотрел на него: – В Цзян фу кто-то был против вас. Кто это?
Цзян Синь Чжи на мгновение опешил, а затем усмехнулся. Он всегда относился к людям по-доброму и редко демонстрировал такое мрачное выражение лица. Молодой человек уверенно сказал:
– Мы с Жуань’эр – как гвоздь в глазу и как иголка в теле (1) у всех и каждого в Цзян фу. Если ты хочешь спросить меня, кто против нас, будет слишком долго перечислять. Жуань’эр постоянно оскорбляли с самого её рождения. Вначале её защищали её мать и я, так что она могла, по крайней мере, жить в мире. Если бы ты не упомянул об этом сегодня, я до сих пор не знал бы, что её отравили задолго до этого, – Цзян Синь Чжи сжал кулаки: – Если бы я знал, кто этот человек, я бы точно разнёс его на куски!
– Госпожа Чжао Мэй тоже была отравлена этим ядом, – сказал Сяо Шао. – Вот почему она скончалась. А тебя, кажется, не поймали, – Сяо Шао взглянул на Цзян Жуань в своих объятиях: – Только ты лучше всех знаешь внутреннюю обстановку в Цзян фу. Но прежде, чем мы будем что-то предпринимать, мне нужно, чтобы ты кое-что понял. После того, как я найду этого человека, ему не повезёт ещё больше, чем если его найдёшь ты. Я заставлю его почувствовать всё многообразие боли.
Его слова были лёгкими, как облака и ветерок (2), но в комнате внезапно стало немного прохладнее, и последние несколько слов были произнесены со слабым убийственным намерением, которое грозило заслонить небосклон и покрыть землю (3). Не было никаких сомнений в том, что этот красивый и элегантный молодой человек в следующий момент станет кровожадным и безжалостным Асурой.
Цзян Синь Чжи пристально посмотрел на него, Сяо Шао спокойно посмотрел на него в ответ, и через некоторое время Цзян Синь Чжи сказал глубоким голосом:
– Ся Янь уже мертва, но яд в теле Жуань’эр был стимулирован. И это сделала не Ся Янь, – проговорил Сяо Шао. – Я сейчас же проясню это дело… – он посмотрел на Цзян Жуань в своих объятиях: – Останься и присмотри за ней, – он ослабил свои объятия. Цзян Жуань немного успокоилась, возможно, послушавшись его долгих уговоров. По крайней мере, не было никаких истерических расспросов, но она всё ещё выглядела очень испуганной и встревоженной, как будто девушка пережила что-то крайне отчаянное.
Как только Сяо Шао отошёл в сторону, Цзян Синь Чжи шагнул вперёд и обнял Цзян Жуань. Глаза Цзян Жуань уже были красными и опухшими. Хотя Цзян Синь Чжи уже получил от Сяо Шао ответ на свой вопрос раньше, он всё ещё был полон сомнений, когда увидел эту сцену, и он поспешно спросил:
– Как Жуань’эр стала такой?
– По ошибке, теперь её демоны в душе подняли голову, – в голосе Сяо Шао нельзя было услышать радости и гнева, но одного тона было достаточно, чтобы заставить людей почувствовать слабый гнев, заключённый в спокойных словах. Он встал и взглянул на Цзян Жуань: – Это её демоны. Цзян Синь Чжи, она всё время погружается в такую панику. Я не могу этого понять, и ты этого не понимаешь, но есть некоторые вещи, которые, как мне кажется, тебе следует знать, – он опустил глаза, длинные ресницы Сяо Шао, казалось, слегка дрожали, и тон его был спокоен: – Твоя сестра, Хун’ань Цзюньчжу, не так бесстрашна, как кажется на первый взгляд. Она боится каждый день, но ни ты, ни я не знали этого, – сказав это, он толкнул дверь и вышел, оставив Цзян Синь Чжи наедине с его страдающей сестрой.
После мгновения изумления Цзян Синь Чжи, казалось, понял. Он посмотрел вниз на Цзян Жуань. Девушка не понимала, что брат рядом, несмотря на то, что Цзян Синь Чжи был рядом с ней.
________________________
1. 眼中钉肉中刺 (yǎnzhōngdīng ròuzhōngcì) – литературный перевод – как гвоздь в глазу и как иголка в теле – идиома, описывающая кого-то или что-то, с кем или чем невозможно мириться. Соотносится с нашим выражением «как бельмо на глазу».
2. 云淡风轻 (yúndàn fēngqīng) – литературный перевод – лёгкие облака и ветерок – идиома, описывающая беззаботность и невозмутимость, уверенное спокойствие.
3. 铺天盖地 (pūtiān gàidì) – литературный перевод – заслонить небосклон и покрыть землю – идиома, описывающая нечто вездесущее, всеохватывающее, повсеместное.