Глава 180.3. Скрытое намерение убийства •
Но если говорить, что семья пришла к своему упадку, не стоит забывать, что семья Цзян также произвела на свет Цзюньчжу Хун’ань, которую любила Вдовствующая Императрица И Дэ. Старший молодой господин Цзян ещё более многообещающий. Репутация Бога Войны Великой династии Цзинь неизмерима. Даже дочь Шу, четвёртая юная леди Цзян, теперь также поднялась на третье место, достигнув ранга Чжаои (1). Таким образом, дни министра Цзяна не были печальными. Некоторые добрые люди сетовали, что министр Цзян изначально был неравнодушен только к паре брата и сестре, вышедших из утробы Ся Янь, но относился пренебрежительно к паре брата и сестры, рождённых его покойной женой Чжао Мэй, а к Цзян Дань был ещё более равнодушен. Кто же мог знать, что ветер и вода поменяются местами (2), но два брата и сестры, которые были наименее любимыми в прошлом, теперь живут лучшей жизнью. Семья Цзян полагалась на них, чтобы блистать в кругу благородных семей, что было действительно удивительно.
* * *
К этому времени зима прошла и приближался Новый год, но погода по-прежнему была такая же холодная, как и раньше, и снежные крупинки с шорохом падали с небес. Цзян Жуань стояла перед внутренним двором, снежинки падали на землю и быстро таяли, а её светло-красное платье было подобно огню на снегу, сжигая его своим блеском.
Ци Фэн встал рядом с ней и вдруг сказал:
– Третий брат скоро вернётся.
Война между королевством Тяньцзинь и Великой династией Цзинь началась весной этого года. В конце концов, пыль должна была вот-вот осесть. Королевство Тяньцзинь уже возмутило национальный престиж Великой династии Цзинь. Теперь королевство Тяньцзинь неуклонно отступало. Гвардейцы Цзиньи ведомые Сяо Шао действовали яростно и жестоко, едва не нанося удары по чужим городам. Однако королевство Тяньцзинь сейчас находилось в тупике, и это только вопрос времени, когда оно сдастся Великой династии Цзинь. Сегодня у королевства Тяньцзинь даже не было сил упрямо сопротивляться. Как только война закончилась, Сяо Шао, естественно, должен был незамедлительно вернуться.
Цзян Жуань мягко кивнула, и Ци Фэн сказал:
– Когда третий брат вернётся, ты выйдешь замуж, – говоря об этом, он действительно почувствовал горечь во рту. Молодой человек повернул голову. Девушка перед ним была одета в светло-красное платье, как будто на неё упали тысячи сияющих лучей. У неё были яркие и очаровательные брови, и она выглядела тёплой, как огонь. Только подойдя ближе, можно было понять, что это всего лишь кусок льда. В эти дни он был рядом с Цзян Жуань, наблюдая за её стратегиями, следил за её неуверенностью, но каждый раз возникало ощущение, словно она не принимала всё близко к сердцу. Иногда он задавался вопросом, неужели всё в этом мире не может привлечь её внимания. Теперь, когда он сообщил новость о том, что Сяо Шао вот-вот вернётся, задумчивый вид Цзян Жуань вошёл в его поле зрения, и Ци Фэн сразу понял.
Он скрыл свои эмоции в глазах и пошутил:
Цзян Жуань улыбнулась и сказала:
– Спасибо.
Её отношение всегда такое отчуждённое и недостаточно близкое. Ци Фэн перестал пытаться найти причину, покинув её. Только Цзян Жуань осталась стоять во дворе. С зимы до весны в этом году произошло много событий. Сяо Шао, который изначально находился в приграничье, действительно должен был скоро вернуться. Более того, он сообщил ей необычные новости о том, что Чжао Цзинь действительно отправилась в приграничье. Это сильно поразило Цзян Жуань. Чжао Цзинь также спасла Цзян Синь Чжи. Чжао Цзинь происходила из семьи военного генерала, и у неё всё ещё был прямолинейный стиль поведения, более свойственный мужчинам. Цзян Жуань сообщила об этом Чжао фужэнь. Чжао фужэнь успокоилась. Два старших брата семьи Чжао были разумными и не испытывали слишком большого смущения. Просто когда Линь Цзы Сян узнала об этом, она прибыла в Цзинь Ин Ван фу, чтобы обвинить Цзян Жуань в этом деле. Сама Цзян Жуань, которая была совершенно не причём, была немного беспомощна, не зная, как реагировать. Линь Цзы Сян даже дошла до того, что утверждала, что Цзян Синь Чжи забрал Чжао Цзинь по своей воле, что казалось крайне возмутительным.
Говоря о Линь Цзы Сян, она теперь часто бегала в Цзинь Ин Ван фу, но не для того, чтобы увидеть Цзян Жуань. В конце концов, истинные мысли старого пьяницы вовсе не о вине (3). Она и Ся Цин при первой встрече неправильно поняли друг друга. Позже недоразумение разрешилось, и кто знает, с каких пор они стали прекрасными собеседниками. Ся Цину, казалось, очень понравилась Линь Цзы Сян, просто умы обоих этих людей были слишком ясны, чтобы их могли понять другие.
____________________________
1. 昭仪 (zhāoyí) – Чжаои – это ранг Императорской наложницы, который был учреждён Императором Юанем из династии Хань.
2. 风水轮流转 (fēngshuǐ lúnliú zhuǎn) – литературный перевод – воздух и вода поменялись местами – идиома, которая соотносится с более привычным нам выражением «будет и на нашей улице праздник», всё течёт, всё изменяется.
3. 醉翁之意不在酒 (zuìwēng zhī yì bù zài jiǔ) – это неполная фраза из произведения Оуян Сю (историка, эссеиста и поэта династии Сун, 1007-1072 гг. н.э.) «Рассказ о павильоне старого пьяницы» – «醉瓮之意不在酒，在乎山水之间也», что переводится как «мысли старого пьяницы не в вине, а в желании жить между гор и ручьёв». Это выражение говорит о том, что некто преследует совершенно иные от озвученных цели, когда говорит одно, а делает совершенно иное, обладает неким тайным намерением.