Глава 704. Молодой господин Ши (Часть 1) •
Убийство и готовка, пытки и мытьё посуды, изысканное вино после боя, игра на цитре после допроса, цветоводство, садоводство, резьба по дереву и живопись… Он мог выточить цветок из дерева или стали, а мог взять пару стеклянных пробирок, купить в обычном магазине несколько распространённых химикатов и состряпать наркотик высочайшей чистоты.
Такой человек не пропадёт с голоду. Будь он шпионом — стал бы лучшим из шпионов. Возьми в руки ACW — стал бы лучшим снайпером на поле боя. Уйди в отставку и подайся в богему — стал бы самой яркой звездой. Начни писать книги — его произведения возглавили бы все рейтинги. Да даже если бы он пошёл в жиголо, то стал бы самым дорогим и лучшим жиголо во всей Федерации.
Таким был Ши Цинхай, молодой господин Ши, — выходец из бедной семьи, но обладающий поистине аристократическим духом.
…
Казалось бы, такой человек, как молодой господин Ши, должен жить в невообразимом для обычных людей счастье и удовольствии. Однако на самом деле, ещё со времён учёбы его жизнь была вынужденно погружена во тьму, и это чувство одиночества, когда скрываешься в тени без единого спутника, было не слишком приятным.
Почему он выбрал этот путь? В том длинном письме к Сюй Лэ он упоминал некоторые причины: смерть родителей, проигранное судебное дело и ещё кое-что.
Самые красивые мужчины в мире искусства и развлечений в конце концов оказываются геями, потому что для них найти красивую женщину слишком легко. Настолько легко, что это становится пресным.
Жизни всегда нужны вызовы. Поэтому любовь к представителю своего пола, которая до сих пор бросает вызов общественным устоям, естественно, становится тем, к чему они подсознательно стремятся. Вот и всё.
По той же логике, люди, которые могут с лёгкостью достичь счастливой, свободной и благополучной жизни, кто без труда получает материальные блага, зачастую не придают им большого значения, а больше стремятся к духовному росту.
Как известно, в рядах революционеров всегда было больше всего людей двух типов: тех, у кого ничего нет, и тех, у кого есть слишком много.
…
Красавец-революционер Ши Цинхай вёл тайное расследование. Особенно после того, как Сюй Лэ был изгнан из Столичного Звёздного Кластера, он молча взял это дело на себя. Хотя он не питал никаких чувств к семье Чжун из Западного Леса, его очень интересовали те, кто дёргал за ниточки за кулисами. С тех пор, как его пухлый наставник покончил с собой, выпрыгнув из окна здания HTD, этот интерес оставался неизменно сильным и не угаснет, пока он не поймает или не убьёт всех этих негодяев.
После возвращения Ду Шаоцина и его 7-й Железной Дивизии в Столичный Звёздный Кластер, он начал осторожно собирать информацию на периферии. С некоторых пор, бродя по улицам и переулкам в плаще с капюшоном, он стал ощущать, будто за ним следят чьи-то бесстрастные глаза.
Ши Цинхай понимал, что это профессиональная деформация. Как разведчик, чем больше тайн он узнавал и чем ближе подбирался к истине, тем сильнее ему казалось, что его могут устранить в любой момент. Возможно, его никто и не обнаружил, но такое напряжение легко могло вызвать обманчивые ощущения и даже галлюцинации.
Поэтому он усилил аэробные тренировки и увеличил потребление продуктов с молочной кислотой, чтобы снизить уровень тревожности. Жаль только, что в последнем месяце соевый йогурт в магазинчике под его съёмной квартирой был отвратительного качества.
Ковыряя металлической ложечкой жиденький соевый йогурт и недовольно бормоча что-то себе под нос, Ши Цинхай в обтягивающей спортивной майке взглянул на своё отражение в голографическом экране компьютера и вздрогнул.
«Почему я всё больше становлюсь похож на старую деву, которую никто не берёт замуж?» — подумал он.
Чтобы не видеть на голографическом экране этого женоподобного типа в повязке на голове, обтягивающей спортивной одежде и с йогуртом, он как можно быстрее включил компьютер. Увидев результат на экране, он ошеломлённо опустил баночку с йогуртом.
Собранная им рабочая станция, проработав без остановки всю ночь, наконец-то взломала тот самый файл. Ши Цинхай кое-как вытер салфеткой йогурт с губ, быстро сел в кресло, закурил и положил пачку сигарет на стол.
Увидев на первой странице файла броскую эмблему, Ши Цинхай нахмурился и инстинктивно взглянул на пачку сигарет. Уже много лет он курил сигареты этой марки. Первую сигарету, которую он протянул Сюй Лэ через решётку, была той же марки. На пачке были вытиснены три чёткие цифры «7».
А на эмблеме в файле на голографическом экране компьютера были три чёткие цифры «1».
Ассоциация Тринити.
…
Для более чем десяти миллиардов граждан Федерации лучшей средней школой была школа при Столичном университете, а самым престижным высшим учебным заведением Конституционной эры — Первая военная академия. В этих двух прославленных заведениях собирались бесчисленные гении и представители элиты.
Если студент оканчивал столичную школу с лучшим результатом, затем поступал в Первую военную академию тоже с лучшим результатом и через несколько лет выпускался из неё первым по успеваемости, то он мог вступить в легендарную Ассоциацию Тринити.
По сравнению с клубами в престижных школах провинции Линьхай, история Ассоциации Тринити была не такой уж и долгой, но столь строгие, даже пугающие условия вступления окутали её покровом тайны. На сегодняшний день в Ассоциации Тринити состояло всего лишь около дюжины человек, большинство из которых были уже в преклонном возрасте и занимали весьма важные посты.
Многие в армии знали, что прославленный генерал современности Ду Шаоцин был членом Ассоциации Тринити, но мало кто знал, что вице-президент Федерации Байрон и председатель Объединенного комитета начальников штабов Ли Цзайдао были её старыми членами.
Название «Ассоциация Тринити» не было для Ши Цинхая чем-то новым, потому что… он сам был одним из тех немногих, кто имел право в неё вступить. Однако в своё время из-за необходимости пройти спецподготовку на горе Цинлун он разминулся с таинственным приглашением, а потом в его жизни произошло слишком много событий, и он так и не столкнулся с этой организацией.
При желании найти список членов Ассоциации Тринити было не так уж и сложно. На самом деле, если бы Сюй Лэ не назвал точное время тех нескольких встреч, Ши Цинхай не смог бы связать тёмные силы Федерации с этой Ассоциацией.
Глядя на быстро прокручивающийся на голографическом экране список, Ши Цинхай хмурился и молча курил, не говоря ни слова.
Из архива было видно, что за последние годы члены Ассоциации Тринити собирались очень редко, и время и место этих встреч в точности совпадали с теми тремя так называемыми «встречами выпускников», о которых сообщил Сюй Лэ.
Что это означало?
…
— Если бы вы тогда приняли молодого господина в свою организацию, разве молодому господину сейчас было бы так трудно вести расследование?
Ши Цинхай, зажав сигарету в зубах, невнятно и с горечью упрекал Ассоциацию Тринити на голографическом экране. Его пальцы быстро забегали по клавиатуре, переключая внимание с украденного расписания встреч на сопутствующие им многочисленные счета.
Ещё на втором курсе старшей школы он сдал экзамен на сертифицированного бухгалтера, лицензированного совместно тремя крупными районами. Ему достаточно было предъявить аттестат, чтобы получить лицензию и легально подделывать отчётность. Однако из-за лютой ненависти к дурацкому правилу годичной стажировки он не пошёл по преступному пути обмана федеральных богачей с помощью цифр. Но благодаря своим солидным знаниям в этой области, найти зацепки в несложной финансовой отчётности Ассоциации Тринити было для него проще простого.
Начав со счёта, помеченного как офисные расходы, Ши Цинхай стал копать глубже. Он с возбуждением потёр руки, пересел за другую, более мощную рабочую станцию и начал взлом электронной системы банка-эмитента.
Поскольку служба хранения счетов не относилась к объектам первого уровня защиты в системе электронной безопасности, Ши Цинхай, обученный лучшими компьютерными специалистами из военной академии, Федерального бюро расследований и антиправительственных сил горы Цинлун, не потратил много времени на поиски нужного ответа.
Начиная с шестьдесят первого года Конституционной эры, кто-то постоянно арендовал две комнаты в жилом доме напротив одного из правительственных зданий в столичном особом районе.
Этот адрес Ши Цинхай однажды слышал от того подчинённого Мэдэлина, который любил носить серый свитер.
Он на мгновение замер, затем тихонько присвистнул, затушил сигарету, вытащил из подлокотника кресла магнитный ключ-диск и вставил его в рабочую станцию, после чего подключился к базе данных сети наблюдения второго уровня Федерального бюро расследований. Он покинул ФБР много лет назад, но на самом деле так и не ушёл оттуда по-настоящему.
Центральный компьютер Хартии, расположенный в подземельях Бюро Устава, был обязан защищать частную жизнь граждан, но правительственные ведомства вроде ФБР, похоже, никогда этим не заморачивались, поэтому он мог найти там много чего интересного.
Тот жилой дом действительно находился напротив здания Министерства обороны, а через дорогу от него располагался учебный центр. Вспомнив, что после инцидента на стадионе в провинции Линьхай более десятка молодых офицеров из Второго военного округа покончили с собой именно в этом центре, Ши Цинхай прищурился. Его взгляд, устремлённый на видеозаписи на голографическом экране, был спокоен, но напоминал взгляд орла, готового в любой момент ринуться в атаку.
Камера уличного наблюдения второго уровня бесстрастно транслировала изображение у входа в жилой дом: весной мимо проходили девушки в красном, осенью падали скрученные листья, красивые офицеры из Минобороны приводили любовниц-секретарш, а дряхлые старики, опираясь на палки, падали в снег.
Покушение в провинции Линьхай произошло во время новогоднего концерта в шестьдесят восьмом году Конституционной эры, поэтому Ши Цинхай установил время поиска до шестьдесят седьмого года и включил случайную перемотку на двенадцатикратной скорости. Даже так прошло немало времени, прежде чем он увидел того мужчину средних лет в сером свитере.
— Снова здравствуйте. Ваш ребёнок, кстати, в полном порядке, — Ши Цинхай нажал на паузу, глядя на человека, которого он жестоко убил. Он потёр уставшие глаза и продолжил поиск.
Целую ночь он просидел перед голографическим экраном компьютера, просматривая материалы. Без устали, без раздражения, спокойно и дотошно, не упуская ни малейшей детали.
Лишь когда за окном забрезжил рассвет, он наконец увидел на голографическом экране офицера, который, подняв воротник своего военного плаща и втянув плечи, вышел из жилого дома. Из-под края его фуражки виднелись рыжевато-каштановые волосы.
Зрачки Ши Цинхая сузились. Он закурил сигарету и сделал пару глубоких затяжек.
Следуя за офицером, Ши Цинхай быстро переключался между камерами в базе данных видеозаписей. Словно вернувшись на несколько лет назад, он снова прошёл по его следам, используя разбросанные по улицам камеры. К счастью, он не потерял его из виду и проследил, как тот сел в машину, вышел из метро, поднялся на холм и вошёл в неприметный частный дом.
Весь день из этого дома никто не выходил. Лишь под вечер из задней двери бесшумно вышел офицер с чёрными волосами.
Увеличив и повысив чёткость изображения, Ши Цинхай похлопал себя по онемевшему от недосыпа лицу, прищурился, глядя на экран, и с улыбкой поздоровался:
— Сымэнь Цзинь, привет.