Глава 431: Уровень искусства (1). •
Этот день был не похож ни на один другой.
Кузнецы, работавшие в своих мастерских, торговцы, продававшие различные товары на улице, и многие другие люди сейчас собрались в одном месте.
Причиной послужили не что иное, как новости о работе Романа Дмитрия.
Когда жители Дмитрия услышали, что их император собирается выковать меч у всех на глазах, они не могли оставить это без внимания.
Это было год назад. Маркиз Валентино пригласил на показ своей коллекции всех экспертов, которые разбирались в мечах.
На том показе Валентино сказал, что за мечами, изготовленными Романом Дмитрием будущее. Изготовленное им «Пламя», несмотря на то, что являлось одной из первых работ, давало фору всем выставленным на рынке так называемым легендарным мечам. Пламя отличалось не только остротой и прочностью, но и было способно поглощать ману, которую его владелец потом мог использовать при атаке.
Тогда люди не могли поверить в то, что маркиз Валентино смог приобрести такой отличный меч за какие-то 1,200 золотых. Если бы Пламя сейчас было выставлено на продажу, за него можно было бы выручить как миниму вдвое больше.
Подводя итог, люди тогда отзывались о коллекции Валентино исключительно положительно и восторженно.
После того показа те эксперты заинтересовались кузнецкими навыками Романа Дмитрия.
Тот факт, что этот меч был создан мечником с аурой, который должен был возглавить новую эпоху, и был сыном семьи Дмитрий, известной своим железным оружием заставил цену меча быть вдвое больше рыночной, говорил о том, что этот меч был невероятно редким экземпляром.
Однако интерес жителей Дмитрия был вызван не только этим, но и слухами, которые пускали слуги Его Величества императора.
Чем, чёрт возьми, господин Роман занимается в своей мастерской? Даже если он занимается ковкой чего-то, это не объясняет того почему его мастерская каждый раз выглядит так, будто в ней случился страшный пожар.»
Я тоже это видел! За все годы, что я зачищал различные мастерские, могу с уверенностью сказать, что не было ни одного случая, чтобы остался такой след, как от Мастера Романа. Как вы и сказали, это определённо невозможно, если вся мастерская не сгорит.»
Как правило, мастерскую Романа Дмитрия, за всё время её сущестсования, видели помимо её хозяина всего несколько человек. Именно их разговоры после уборки мастерской и положили начало слухам среди остальных слуг.
Они могли только гадать, как их господин умудряется работать в таких нечеловеческих условиях и оставаться при этом невредимым.
И вот сейчас вызванный показом маркиза Валентино, известного как жадный коллекционер, и слухами слуг Романа, народный интерес к тому, как же император куёт свои мечи достиг пика.
И под всеми этими пристальными взглядами Роман Дмитрий наконец вошёл в подготовленную ему мастерскую.
Дверь в мастерскую была широко открыта, позволяя собравшимся снаружи зевакам прекрасно наблюдать процесс создания нового меча.
Швырь.
Вспых.
Трск.
Первым делом Роман подгтовил для работы кузнецкую печь. Закинув в неё достаточно дров, он поджёг их и затем раздул пламя при помощи мехов.
Когда в помещении стало очень и очень жарко Роман взялся за кусок железа, который желал превратить в новый меч.
По мастерской раздались ритмичные удары молота по железу.
Зеваки, среди которых были и другие кузнецы, наблюдали за этим пока без особого интереса. Конечно, вид того, как Роман работает без какой-либо защитной экипировки, из-за чего отчётливо было видно каждое вздрагивание его неприкрытых мышц был необычен, но пока он всё равно не делал ничего необычного.
Но уже вскоре люди начали восторженно ахать.
Ух ты!»
Вот это да!»
После каждого следующего удара молота о будущий меч тело Романа охватывал настоящий столб пламени. Но Роман никак не реагировал на словно пытавшееся сожрать его пламя. Он словно не чувствовал его жара, продолжая, как ни в чём ни бывало, бить молотом по мечу.
Он совершенно не обращал внимания на взгляды тех, кто наблюдал за его работой, полностью сосредточившись на своей задаче.
‘Александр был настолько силён, потому что черпал свою силу из Мира демонов. И когда мы в будущем пойдём войной против демонов нам придётся столкнуться в бою с созданиями, которые будут обладать такой же, если не ещё большей силой. Поэтому, чтобы суметь одолеть их нам нужно то, что сможет развеять тёмную магию и уничтожить демонов, пользующихся ей.’
Именно поэтому Роман Дмитрий велел своим кузнецам выковать божественное оружие. Оно единственное сможет уничтожить не только физическое тело демона, но и разрушить саму его суть, заложенной в клинок божественной силой.
Постановка создания этого оружия на поток была первым шагом в подготовке к вторжению вдемонов.
Бац.
Звяк.
Пока его руки машинально выполняли одни и те же действия, сам Роман с головой ушёл в размышления. Он снова и снова думал о том, как именно можно уничтожить ту же силу, которой обладал Александр.
И хотя для зевак процесс создания меча мог показаться набором однотипных и монотонных действий, никто из них не мог отрицать того, что в каждый удар своего молота Роман вкладывал всю душу.
Роман Дмитрий погрузился в настоящее состояние глубокой медитации.
Несмотря на то, что его тело всё раскраснелось от жара и его постоянно окутывали языки пламени, Роман не только не ослабил силу ударов молота, но и продолжал делать их со всё той же силой, что вначале.
‘Я не стану наделять этот меч божественной силой.’
Божественное оружие возможно создать только, облив в процессе ковки будущий клинок оружия священной водой. Но поскольку Роман ковал сейчас лишь образец для кузнецов, он был уверен, что процесс, за которым следят Хендрик и другие кузнецы, станет достаточной инструкцией по созданию божественного оружия.
Вспых.
Пламя вокруг Романа разгорелось с новой силой.
В процессе работы Роман совершенно позабыл о времени.
Посчитав, что меч уже достаточно подготовлен к этому, Роман Дмитрий начал наполнять его энергией разрушения.
‘В Муриме тоже были существа, обладающие немыслимой силой, прямо как Александр в этом мире. Общее между ними то, что и те, и другие получали свою силу от какого-то источника. И если этот самый источник уничтожить этой энергией разрушения, тогда даже существа подобные Александру не смогут выжить.’
Бац!
Трск.
После очередного сильного удара искры пламени разлетелись от будущего меча во все стороны.
Ставшее ещё более мощным пламя горело так сильно, что его практически нестерпимый жар был теперь ощутим даже за пределами мастерской.
Роман Дмитрий контролировал пламя, не давая ему слишком разбушеваться.
Тем не менее Роман ни на секунду не прекращал бить молотом по будущему мечу.
Звяк!
Звяк!
Это было потрясающее зрелище.
И вот так, окутанный бушующим пламенем. Роман Дмитрий продолжал свою бесконечную борьбу с самим собой, не отступая ни на шаг.
Час назад. Кайро.
Узнав о том, что Сьюзен вернулась из Дмитрия Валентино по-началу обрадовался, но узнав, что у свахи ничего не вышло, расстроился.
‘Если бы я не участвовал в борьбе за сердце Родвелла, то, наверное, не был бы сейчас так расстроен, но…’
Участвовавшая в битве за сердце Родвелла Дмитрия Сьюзен очень много извинялась перед Валентино, когда рассказала ему о своём проигрыше. Но маркиз не злился на сваху. Помимо него и Сьюзен в этом сражении участвовали также свахи из других стран и даже Эдвин Гектор, хотя он присоединился к ней только под самый конец; Валентино понимал, что даже у него, самого богатого человека на континенте, были не абсолютные шансы на победу.
Маркиз рассчитывал, что заставив Родвелла жениться на своей кандидатке в жёны, сможет таким образом выпросить у Романа Дмитрия, который всегда очень дорожил своей семьёй, новый меч. Как жаль, что у него ничего не вышло.
Валентино печально вздохнул. В его сердце будто бы образовалась огромная дыра.
Однако у маркиза было одно средство против такого вот своего состояния.
А-ах, сколько не смотрю на них, никак налюбоваться не могу.»
Стоя в своей сокровищнице, Валентино любовался двумя главными предметами в своей коллекции: Пламенем и Третьим Безымянным.
Глядя на прекрасные творения Романа Дмитрия, Валентино почувствовал, как дыра в его сердце начала постепенно затягиваться.
Тщательно протерев Пламя и Третий безымянный от пыли, Валентино вновь испытал гордость от того, что эти два произведения искусства принадлежали только ему.
Время любования двумя мечами было для маркиза временем, которое он ценил больше всего на свете.
Валентино знал, что с какой бы бедой ему не придётся столкнуться, если только он сможет посмотреть на эти два меча, он сможет успокоиться и попытаться снова.
Но внезапно в дверь сокровищницы кто-то постучал.
Тук-тук.
Господин, могу ли я войти?»
Спросил стоявший за дверью слуга.
Валентино тут же почувствовал раздражение. В его доме было негласное правило: никто не смеет беспокоить его, когда он находится в сокровищнице, даже если это будет конец света. Как посмел простой слуга, хоть и долго служивший Валентино, нарушить это правило?
Валентино хотел тут же наказать его, но сделал глубокий вдох. Понимая, что слуга мог нарушить это негласное правило по какой-то важной причине, маркиз всё же усмирил свой гнев и сказал.
Входи.»
Прошу прощения. Я знаю, что вас нельзя отвлекать от любования вашей коллекцией, но я счёл важным сообщить вам эту новость.»
Валентино одарил слугу вопросительным взглядом. То, что произнёс слуга глубоко потрясло Валентино.
Я слышал, что Его Величество император Роман Дмитрий собирается выковать меч на глазах у всех. Я решился отвлечь вас господин, так как подумал, что другой такой возможности вам может и не представиться.»
Пообещав слуге щедро наградить его за то, что тот сообщил ему такую важную новость, Валентино на всех порах отправился к Вратам телепортации.
‘Это просто невероятно!’
На глазах Валентино навернулись слёзы. Он не мог упустить возможность лицо увидеть работу человека, которого считал величайшим мастером на всём континенте. Если бы он пропустил это, то уже никакие личные коллекции не смогли бы исцелить его разбитое сердце.
Маркиз ускорил шаг.
Он должен был добраться до Дмитрия как можно скорее, но стоило ему прийти к Вратам телепортации, как его мечты разом рухнули.
Извините, но вам придется подождать своей очереди.»
Чёрт!»
Врата телепортации, так как они были чувствительным магическим предметом, нельзя было использовать без перерывов.
Работник врат сказал маркизу, что ему придётся ждать своей очереди примерно четыре часа, потому что желающих было слишком много.
Валентино начал нервничать. Он знал, что работу над мечом нельзя закончить за день или два, но он не хотел упустить не единого момента процесса работы Романа Дмитрия.
Поэтому, когда маркиз услышал примерное время ожидания своей очереди, для него будто весьрухнул.
Учитывая время ожидания и время, потраченное на дорогу, это был поистине душераздирающий опыт для маркиза Валентино.
Покорно уйдя в конец очереди, маркиз принялся ждать. Но терпение его быстро иссякло. Не прождав и пары минут, Валентино решил воспользоваться Вратами вне очереди.
К счастью, первым мимо кого он должен был пройти, оказался уже знакомый Валентино человек.
Граф Петтисон! У меня очень срочное дело. Не могли бы вы пропустить меня вперёд? Обещаю, я вам щедро за это заплачу.»
Если маркиз Валентино был готов кому-то за что-то заплатить, это нельзя было игнорировать. И при обычных обстоятельствах граф Петтисон с радостью уступил бы маркизу, но сейчас он не мог так поступить.
Извините, но у меня важная встреча. Маркиз Валентино, вы же прекрасно знаете, что пунктуальность — основа доверия. Пожалуйста, попросите кого-нибудь ещё…»
100 золотых.»
Петтисон не отреагировал. Тогда Валентино решил надавить на него.
Хотите сказать, что этого мало? Тогда 200 золотых.»
Петтисон распахнул глаза. Он не мог поверить в то, что маркиз перед ним был готов заплатить такую крупную сумму просто за то, чтобы ему уступили место в очереди к Вратам телепортации.
Но встреча была слишком важной, чтобы Петтисон мог так легко уступить своё место.
500 золотых. Или это всё ещё слишком мало?»
Попытался снова Валентино. Услышав это предложение, Петтисон с радостью согласился.
Я с радостью уступлю, маркиз Валентино.»
500 золотых — были слишком большой суммой, чтобы отказываться от неё.
Плата в 500 золотых за место в очереди показалась Валентино слишком большой.
Одно дело продать Пламя за 1,200 золотых, но заплатить 500 золотых за такую мелочь как доступ к Вратам телепортации, даже для маркиза Валентино это было неразумным. Но что сделано, то сделано. К тому же, образ мышления Валентино отличался от образа мышления обычных людей.
‘Я заплатил ему не просто за место в очереди, но за воспоминания, которые смогу благодаря этому получить. А воспоминания — бесценны.’
Валентино хотел хотя бы мельком увидеть Романа Дмитрия за работой. Да, воспоминания были нематериальной ценностью, но Валентино был готов потратиться ради них. В конце концов, он накопил такое состояние как раз ради того, чтобы быть в состоянии ни в чём себе не отказывать.
Благодаря этим 500 золотым Валентино смог воспользоваться Вратами телепортации вне своей очереди.
Мгновенно оказавшись в Дмитрии, маркиз Валентино тут же поспешил к тому месту, где сейчас работал Роман Дмитрий.
Тук-тук-тук.
Сердце в груди маркиза билось как бешенное.
Добравшись до нужной мастерской, Валентино принялся прокладывать себе путь сквозь толпу. Это было непросто: кому-то ему пришлось пригрозить, кого-то — силой отпихнуть в сторону, а кому-то — заплатить.
Но это стоило того. Оказавшись в первом ряду у самого входа в мастерскую и ощутив, как всё его тело резко вспотело от жара, маркиз удовлетворённо вздохнул, устроившись поудобнее.
Трск.
Со своего места в первом ряду Валентино видел Романа Дмитрия, который был охвачен пламенем.
А-ах.»
То, что до сих пор он мог лишь воображать, сейчас маркиз видел это собственными глазами.