Глава 370 - Унижение герцога часть ІI •
— Это не домыслы и не пропаганда. Война будет тяжёлой и затянутой. Если мы не бросим в бой всё, что у нас есть, нас загонят в угол на северо-восточных равнинах. Даже если мы и выживем, мы будем во власти других, и наша жизнь будет зависеть от их порывов и желаний, — серьёзно сказал он подчинённым.
— Но если мы сможем выйти победителями, мы также сможем одолеть четыре дома и связать Винстон, Южную провинцию и Североземье в одну крепкую стену. Мы будем властелинами всего северо-востока. Полагаясь на торговый маршрут с четырьмя герцогствами, мы можем постепенно накопить силы. Все, кто внесут свой вклад в войну, будут достойно награждены, и я не поскуплюсь на титулы и землю выдающимся рыцарям дома, сделав их частью аристократии.
— Чем больше степных варваров участвует в войне, тем лучше это для нас. Мы можем использовать обещания большой награды и строгую военную дисциплину, чтобы в определённой мере контролировать их. Те, кто не подчиняются, будут приговорены к смерти, будучи предателями, а их племена понесут коллективное наказание. Те, кто следуют приказам, будут нашими козлами отпущения. Мы можем использовать их, чтобы проредить вражеские войска, в то же время избавляясь и от варваров, а следовательно, и от угрозы, которую они из себя представляют. Мы используем потери, которые понесём, чтобы нейтрализовать возможность восстания среди варваров.
Когда собрание подошло к концу, герцог Фисаблен просто поужинал. Сразу после этого он отправился спать и проспал десять часов кряду. Дни сплошных побегов сильно его вымотали. Когда он проснулся, он ещё раз принял ванну, поел, переоделся в одежду поприличнее, и попросил слуг оставить его наедине, пока сам наслаждался бутылкой фруктового вина, горюя со слезами на глазах. Всё это время, его коробил тот факт, что его так прогнали. Это был самый унизительный момент его жизни.
Ему никогда ещё не приходилось так отчаянно бежать, спасая жизнь. Он не только потерял Виндбьюри и Город Сумеречного Озера, но и Первый Легион. Это совершенно разрушило его планы, и лишило его достатка и бойцов — примерно 300 тысяч человек. Его ограбили, побили и раздели догола. Вор даже хотел взять его в заложники и угрожать его дому. К счастью, он сумел сбежать.
Вспоминая, как он конфисковал богатства дворян Южной провинции, которых вырезал в Виндбьюри, и винстонских дворян, которые восстали, герцогу казалось, что у него сейчас разболится голова. Это была огромная сумма, больше трёх миллионов золотых форде. Он намеревался использовать её, чтобы создать сильный гарнизонный легион, который будет в трёх цитаделях охранять Винстон, на поле брани для предстоящего конфликта. Но всё это досталось четырём домам.
Когда он принял на себя два удара Лориста во Дворце Роз, он мог почувствовать, что молодой человек ничуть не слабее его по части владения мечом. Хоть он и мог положиться на свой широкий боевой опыт, чтобы сдерживать его в течение порядка трёхсот ударов — и даже победить, если повезёт — он прекрасно понимал, что результат дуэли был бы бессмысленным, если то, что Лорист сказал об уничтожении Первого Легиона и падения Виндбьюри, было правдой. Основываясь на этой информации, он полагал, что побег из столицы как можно скорее — его единственный выбор.
И всё же, герцог не думал, что Лорист пойдёт на всё, чтобы его задержать. Он даже слился с толпой уличных проходимцев, ругаясь, прямо как они, во время погони. Именно благодаря погоне герцог воистину понял, что если бы он проиграл Лористу во время той дуэли, дом Фисабленов потерял бы под собой сильную опору. Дом погрузился бы в хаос, и альянс с лёгкостью бы пожинал плоды победы.
Он пришёл к этому заключению во время побега. Он не мог позволить себе попасть в руки Лориста, во что бы то ни стало. Он мог возглавить дом и вернуть то, что ему пришлось отдать, чтобы сбежать — но только если его побег увенчается успехом. Он мог заставить Лориста поплатиться за перенесённое им унижение кровью и пламенем.
Естественно, внутри герцога Фисаблена всё ещё засел страх искусства владения мечом Лориста. Он вспомнил. как он хотел воспользоваться сумятицей, которую создали 600 солдат дома, когда атаковали Лориста в Городе Сумеречного Озера, чтобы исподтишка атаковать разок-другой. Но когда он увидел, как Лорист ринулся на солдат, будто это всего лишь тренировка, он потерял всякую надежду на то, что сможет ему противостоять. Даже он убежал бы при виде такого полка. Возможно, он бы полагался на тактику удара и отхода, чтобы медленно убить их всех. Самое важное заключалось в том, что он не мог допустить, чтобы его окружило со всех сторон столько солдат одновременно. Вот почему большинство мастеров клинка не хотели сражаться против целых формаций солдат.
Герцог Фисаблен был сильно шокирован тем, как всё произошло. Это была сила сферы. Он позвал стражей и ушёл, не сказав и слова. Неудивительно, что он посмел вторгнуться во Дворец Роз и бросить вызов мастеру клинка третьего ранга в одиночку. У Лориста была непоколебимая уверенность в его способностях и владении мечом. Он посмел это сделать, поскольку был уверен, что он справится. Герцог Фисаблен испытал облегчение от того, что не попался в его ловушку, и вместо этого сбежал.
Однако он всё ещё был в замешательстве. Как мог Лорист обладать сферой, хоть и не был святым меча. Обычно, только люди уровня святого могли использовать сферы. Лорист не внушал впечатление человека, пробившегося на этот уровень.
Герцог Фисаблен раньше лично встречал святого меча. Когда он был ещё мастером клинка первого ранга, назначенным командующим Пограничным Легионом империи, ему выдалось попасть на аудиенцию с Криссеном Седьмым. Тогда в империи всё ещё жил святой меча. Стоя напротив него, он ощущал властное давление, подобное горе. Ни с того ни ссего, вершина горы превратилась в бескрайний океан. Единственное чувство в голове герцога было тогда неописуемым. Именно из-за того, что он испытал тогда, он начал тренироваться усерднее прежнего, и смог достичь третьего ранга 20 тяжёлых лет спустя.
От Лориста не исходило подобной ауры.
“Возможно, парень разобрался, как работают сферы, благодаря слепой удаче. О, до этого Ксанти говорила, что он тренировался искусствам древних восточных боевых монахов. Как бы то ни было, он уже квази-святой меча. Ему нужно лишь чуть больше времени, чтобы пробиться.”
“Было бы здорово, если Ксанти была тут. Возможно, мы могли бы вместе ему противостоять, а то и преподать урок.”
Когда герцог вспомнил, как Лорист сказал, что Ксанти взял в плен Второе Высочество, его злость стала лишь сильнее.
“Я должен послать кого-нибудь, чтобы выяснить побольше о случившемся! Возможно, этот парень просто пудрит мне мозги! Надеюсь, так и есть!”
Когда он допил бутылку вина, герцог закончил выпускать пар.
“Парень… Лорист… Быть может, ты опережаешь меня по части владения мечом и тренировкам… Но посмотрим, кто одержит успех в войне. Я клянусь домом Фисабленов, что десятикратно отплачу тебе за всё унижение, что я перенёс от твоих рук. Я начну с того, что уничтожу всех людей до последнего под командованием тебя и других дворян!”