Глава 535 •
Никого не потрясла смерть Мьюрона и Мидора.
Флот из тридцати трех линкоров излучал красный свет.
Мощная мана, которую, казалось, вообще невозможно было контролировать, стала разрывать небо на части.
«Поэтому император и Ларамаква были так уверены в себе?»
Данте разгромил авангард Вермонта, а Альянс Бамель, рыцари-драконы и пять святых первое подкрепление Ципфеля
Несмотря на то, что армия Замка Императора Меча была в хорошей форме, невозможно справиться с шестьюдесятью призраками.
«Даже если они слабее, чем были при жизни…»
Каждый Призрак имеет как минимум девять звезд, а управляемые ими корабли обладают совсем другими характеристиками.
Линкоры вытаскивали пушки с широко открытыми, как рты, стволами.
— Энья, держись крепче. Мана зеркала бесконечна. Теоретически ты можешь справиться хоть с тысячей таких. Открой глаза шире и дыши спокойнее.
Хотя Берис говорила это, она понимала, что ее ученица достигла предела. Кровь текла из ее носа и рта, тело дрожало.
Энья еле-еле кивнула.
— Ха-ха, я могу это сделать, смотрите! Могу!
— Заблокируйте их!
Как только Джин закричал изо всех сил, линкоры открыли огонь из своих пушек.
Они не сравнятся с орудием настоящего Козака, но тридцать три пушки, заполненные уникальной для Призраков красной маной, могли мгновенно уничтожить крепость.
Однако благодаря Энье замку удалось выдержать первую волну.
Она справилась с маной, благодаря чему барьер справился со всеми снарядами.
— Энья, ты молодец!
Даже Берис гордо обняла ее.
«Но если она снова сделает это… ей придется стать такой же, как я»
Тело девушки было таким горячим, будто она стала олицетворением слова «огонь». Из-за обильной кровопотери Эньи, одежда Берис сразу покраснела
— Кха! Кха! Ура!
Девушка понимала, что если она продолжит пользоваться зеркалом, то либо умрет, либо потеряет возможность использовать ману.
Однако она все равно потянулась к нему.
— Энья, не делай этого.
— Но если я…
Слишком много людей умрет.
Эта мысль заставила ее шевелиться.
Большинство рыцарей, собравшихся в замке, были чужими для нее, но девушка все равно рисковала своей жизнью.
Потому что она считала это правильным.
Линкоры, вроде как, не могли перезаряжать свои пушки со скоростью Козака.
Но у них были не только орудия.
Красная Бездна. Массовая магия Ципфеля покрыла и небо, и землю.
[Уничтожить врагов Ципфеля…]
[Патриарх хочет белый камень. Убейте врагов и найдите его!]
Раздались их мрачные голоса. Они были идентичны друг другу, а тон звучал так, будто все приняли наркотики.
«Плотность заклинания ниже, чем та, с которой мне доводилось сталкиваться»
На основании этих факторов нетрудно сделать вывод, У всех одинаковый голос, от которого происходит странный резонанс, а также магия, уступающая оригиналу.
Между настоящими Призраками и их живыми мертвецами существовал явный разрыв.
Конечно, мощь этой Красной Бездны не особо уступала той, с которой Джину доводилось сталкиваться. Ее все еще можно назвать великолепным заклинанием.
Красная мана превратилась в мечи и цепи, сея хаос на земле. Большинство было заблокировано барьером, так как Энья продолжала бороться с маной зеркала.
Муракан также раздвинул завесы теневой силы, чтобы защитить землю, а Кикантель издала рев и распространила свою духовную энергию времени.
Однако маны было слишком много.
Помимо красной бездны, с неба постоянно падали другие заклинания.
Простая магия элементов, такая как адский ветер, огненные шары и ледяные клинки, старались разрушить защиту крепости.
Рыцари-драконы старались контратаковать, но это было чрезвычайно сложной задачей, так как их секретные приемы разрушались от шквала заклинаний противника.
Магия не видела различий между Хайраном и армией императоров, поэтому солдаты Вермонта страдали больше, чем рыцари, защищаемые альянсом Бамель.
«Ублюдки, мы же ваши союзники!»
— Ах!
Поле битвы быстро менялось, поэтому Джину было необходимо принять решение.
«Мать… не собирается вступать в войну»
Никаких признаков появления Розы и Ранкандела пока не было. И причина никак не менялась
«Она ждет возможности разрушить или получить камень. Скорее всего подкрепление появится, когда замок будет разрушен»
В отличие от Джина, цель Ранкандела состоит не в спасении Хайрана
Сейчас все, чего они хотят — не позволить Ципфелю получить выгоду.
Скорее, лучшим исходом для них тот, где обе стороны проигрывают. Маги знают, для чего нужен камень, а мечники — нет.
Более того, в тот момент, когда они вмешаются, риск тотальной войны возрастет. Поэтому Роза надеялась, что ее сын убедит Хайран уничтожить белый камень.
Таким образом, семья Джина появится, когда крепость рухнет.
Теперь перед ним стоит выбор: либо он будет обороняться до конца, либо позволит замку пасть, сохранив таким образом ресурсы Альянса Бамель.
Джин выбрал первое.
Это ни в коем случае не эффективное решение. Ему стоит заставить Ранкандел присоединиться ценой крепости, а не рисковать жизнями товарищей.
Однако он считал, что использование своего друга и его людей в качестве залога — неправильно. Некоторые могли его точку зрения назвать наивной, но в глазах мальчика его выбор был верен.
Так сказать, Джин делал выбор ради своего друга и своего народа, а Роза делала выбор в пользу Ранкандела.
«Если бы я с самого начала учитывал интересы Ранкандела, но поднял бы свое знамя, а не представился лидером Альянса Бамель»
Как и всегда, он должен доказать, что его решение было правильным.
«Не могу использовать технику правителя Мин»
Если это будет Меч Истинного Императора, ему удастся разрушить оборону Призраков и сокрушить флот.
Однако после этого Джину понадобится время на восстановление. Будучи главнокомандующим альянса, мальчик обязан наблюдать за началом и концом войны, а также отдавать приказы.
Как бы сильно не буйствовал Ципфель и Ранкандел, он обязан сохранить Хайран.
В отличие от людей, желающих только получить камень, лишь Джин хотел спасти клан Данте.
Открыв глаза, мальчик позвал своего компаньона. Шури, до этого рассекавший по полю боя, подбежал к нему.
— На стену замка!
[Мяу!]
Когда тот побежал на полной скорости, магия Призраков сосредоточилась на Джине. Больше половины барьера Эньи уже уничтожено, поэтому тот не мог обеспечить должную защиту.
— Защитить господина!
[Помогите малышу!]
Мастера альянса, включая брата и сестру Прочи и Валкаса, бросились к нему, отражая параллельно заклинания.
Джин также отчаянно размахивал мечом, а Шури взревел и стал распылять в стороны лучи маны.
Несколько атак волшебников все же смогли задеть кота, но не перебороли его бессмертие.
Энья, тем временем, пыталась контролировать зеркало.
— Остановись! Ты умрешь!
— Но люди погибнут!
— Если с тобой что-то случится, господин Джин потеряет контроль над собой! Это приведет к большим потерям! Не этого ты хочешь!
Если бы не слова Берис, девушка бы снова использовала зеркало и погибла. В конце концов, она отложила артефакт и закричала с лицом, залитым слезами и кровью.
— Они… такие плохие. Чувство, будто в империи и Ципфеле одни ублюдки!
— Да!
Красное копье, сделанное из маны, пронзило поверхность, на которой стояли эти двое.
К счастью, оно лишь разрушило часть стены замка, но второе копье было нацелено именно на Берис и Энью.
К счастью, Шури быстро запрыгнул к ним, благодаря чему Джин отразил заклинание.
— Господин Джин!
Мальчик снял пальто знаменосца и накинул его на плечи Эньи.
Та, посмотрев ему в спину, разрыдалась. Она видела трупы хайранских рыцарей, валяющихся под крепостью.
Она не была такой сильной, как ее друг. Встреча с таким количеством смертей сама по себе вызывала агонию.
— Отличная работа. На твоем месте я, возможно, не смог бы так долго продержаться.
Слушая его, Энья потеряла сознание.
Джин же поднял зеркало, лежавшее на стене.
— Берис, садись к Шури. Отведи девочку к целителям и расскажи о происходящем Данте. Я мало знаю об этом камне, поэтому не рискнул бы использовать его.
Вопреки опасениям мальчика, его друг пока не понял, как использовать эту штуку.
Но когда война стала масштабнее, он стал отчетливо слышать шепот.
Это был голос белого камня.
Если так подумать… ради зеркала Ципфель растоптал множество студентов. Все из жажды власти.
Теперь настало время Джину растоптать их силой, которую они так и не смогли получить.
Под ногами мальчика образовался магический круг.
Кааанг!!!
Раздался резкий звук вращения, уникальный для магии перегрузки. Огромная сфера стала подниматься в небо.
Она была похожа на луну. Заклинание, переполненное невероятно плотной маной, поглотило энергию Красной Бездны и стало еще больше.
«Даже если у вас огромное количество маны, сможете ли вы соревноваться со мной?»
Флот из тридцати трех линкоров излучал красный свет.
Мощная мана, которую, казалось, вообще невозможно было контролировать, стала разрывать небо на части.
«Поэтому император и Ларамаква были так уверены в себе?»
Данте разгромил авангард Вермонта, а Альянс Бамель, рыцари-драконы и пять святых первое подкрепление Ципфеля
Несмотря на то, что армия Замка Императора Меча была в хорошей форме, невозможно справиться с шестьюдесятью призраками.
«Даже если они слабее, чем были при жизни…»
Каждый Призрак имеет как минимум девять звезд, а управляемые ими корабли обладают совсем другими характеристиками.
Линкоры вытаскивали пушки с широко открытыми, как рты, стволами.
— Энья, держись крепче. Мана зеркала бесконечна. Теоретически ты можешь справиться хоть с тысячей таких. Открой глаза шире и дыши спокойнее.
Хотя Берис говорила это, она понимала, что ее ученица достигла предела. Кровь текла из ее носа и рта, тело дрожало.
Энья еле-еле кивнула.
— Ха-ха, я могу это сделать, смотрите! Могу!
— Заблокируйте их!
Как только Джин закричал изо всех сил, линкоры открыли огонь из своих пушек.
Они не сравнятся с орудием настоящего Козака, но тридцать три пушки, заполненные уникальной для Призраков красной маной, могли мгновенно уничтожить крепость.
Однако благодаря Энье замку удалось выдержать первую волну.
Она справилась с маной, благодаря чему барьер справился со всеми снарядами.
— Энья, ты молодец!
Даже Берис гордо обняла ее.
«Но если она снова сделает это… ей придется стать такой же, как я»
Тело девушки было таким горячим, будто она стала олицетворением слова «огонь». Из-за обильной кровопотери Эньи, одежда Берис сразу покраснела
— Кха! Кха! Ура!
Девушка понимала, что если она продолжит пользоваться зеркалом, то либо умрет, либо потеряет возможность использовать ману.
Однако она все равно потянулась к нему.
— Энья, не делай этого.
— Но если я…
Слишком много людей умрет.
Эта мысль заставила ее шевелиться.
Большинство рыцарей, собравшихся в замке, были чужими для нее, но девушка все равно рисковала своей жизнью.
Потому что она считала это правильным.
Линкоры, вроде как, не могли перезаряжать свои пушки со скоростью Козака.
Но у них были не только орудия.
Красная Бездна. Массовая магия Ципфеля покрыла и небо, и землю.
[Уничтожить врагов Ципфеля…]
[Патриарх хочет белый камень. Убейте врагов и найдите его!]
Раздались их мрачные голоса. Они были идентичны друг другу, а тон звучал так, будто все приняли наркотики.
«Плотность заклинания ниже, чем та, с которой мне доводилось сталкиваться»
На основании этих факторов нетрудно сделать вывод, У всех одинаковый голос, от которого происходит странный резонанс, а также магия, уступающая оригиналу.
Между настоящими Призраками и их живыми мертвецами существовал явный разрыв.
Конечно, мощь этой Красной Бездны не особо уступала той, с которой Джину доводилось сталкиваться. Ее все еще можно назвать великолепным заклинанием.
Красная мана превратилась в мечи и цепи, сея хаос на земле. Большинство было заблокировано барьером, так как Энья продолжала бороться с маной зеркала.
Муракан также раздвинул завесы теневой силы, чтобы защитить землю, а Кикантель издала рев и распространила свою духовную энергию времени.
Однако маны было слишком много.
Помимо красной бездны, с неба постоянно падали другие заклинания.
Простая магия элементов, такая как адский ветер, огненные шары и ледяные клинки, старались разрушить защиту крепости.
Рыцари-драконы старались контратаковать, но это было чрезвычайно сложной задачей, так как их секретные приемы разрушались от шквала заклинаний противника.
Магия не видела различий между Хайраном и армией императоров, поэтому солдаты Вермонта страдали больше, чем рыцари, защищаемые альянсом Бамель.
«Ублюдки, мы же ваши союзники!»
— Ах!
Поле битвы быстро менялось, поэтому Джину было необходимо принять решение.
«Мать… не собирается вступать в войну»
Никаких признаков появления Розы и Ранкандела пока не было. И причина никак не менялась
«Она ждет возможности разрушить или получить камень. Скорее всего подкрепление появится, когда замок будет разрушен»
Сейчас все, чего они хотят — не позволить Ципфелю получить выгоду.
Скорее, лучшим исходом для них тот, где обе стороны проигрывают. Маги знают, для чего нужен камень, а мечники — нет.
Более того, в тот момент, когда они вмешаются, риск тотальной войны возрастет. Поэтому Роза надеялась, что ее сын убедит Хайран уничтожить белый камень.
Таким образом, семья Джина появится, когда крепость рухнет.
Теперь перед ним стоит выбор: либо он будет обороняться до конца, либо позволит замку пасть, сохранив таким образом ресурсы Альянса Бамель.
Джин выбрал первое.
Это ни в коем случае не эффективное решение. Ему стоит заставить Ранкандел присоединиться ценой крепости, а не рисковать жизнями товарищей.
Однако он считал, что использование своего друга и его людей в качестве залога — неправильно. Некоторые могли его точку зрения назвать наивной, но в глазах мальчика его выбор был верен.
Так сказать, Джин делал выбор ради своего друга и своего народа, а Роза делала выбор в пользу Ранкандела.
«Если бы я с самого начала учитывал интересы Ранкандела, но поднял бы свое знамя, а не представился лидером Альянса Бамель»
Как и всегда, он должен доказать, что его решение было правильным.
«Не могу использовать технику правителя Мин»
Если это будет Меч Истинного Императора, ему удастся разрушить оборону Призраков и сокрушить флот.
Однако после этого Джину понадобится время на восстановление. Будучи главнокомандующим альянса, мальчик обязан наблюдать за началом и концом войны, а также отдавать приказы.
Как бы сильно не буйствовал Ципфель и Ранкандел, он обязан сохранить Хайран.
В отличие от людей, желающих только получить камень, лишь Джин хотел спасти клан Данте.
Открыв глаза, мальчик позвал своего компаньона. Шури, до этого рассекавший по полю боя, подбежал к нему.
— На стену замка!
[Мяу!]
Когда тот побежал на полной скорости, магия Призраков сосредоточилась на Джине. Больше половины барьера Эньи уже уничтожено, поэтому тот не мог обеспечить должную защиту.
— Защитить господина!
[Помогите малышу!]
Мастера альянса, включая брата и сестру Прочи и Валкаса, бросились к нему, отражая параллельно заклинания.
Джин также отчаянно размахивал мечом, а Шури взревел и стал распылять в стороны лучи маны.
Несколько атак волшебников все же смогли задеть кота, но не перебороли его бессмертие.
Энья, тем временем, пыталась контролировать зеркало.
— Остановись! Ты умрешь!
— Но люди погибнут!
— Если с тобой что-то случится, господин Джин потеряет контроль над собой! Это приведет к большим потерям! Не этого ты хочешь!
Если бы не слова Берис, девушка бы снова использовала зеркало и погибла. В конце концов, она отложила артефакт и закричала с лицом, залитым слезами и кровью.
— Они… такие плохие. Чувство, будто в империи и Ципфеле одни ублюдки!
— Да!
Красное копье, сделанное из маны, пронзило поверхность, на которой стояли эти двое.
К счастью, оно лишь разрушило часть стены замка, но второе копье было нацелено именно на Берис и Энью.
К счастью, Шури быстро запрыгнул к ним, благодаря чему Джин отразил заклинание.
— Господин Джин!
Мальчик снял пальто знаменосца и накинул его на плечи Эньи.
Та, посмотрев ему в спину, разрыдалась. Она видела трупы хайранских рыцарей, валяющихся под крепостью.
Она не была такой сильной, как ее друг. Встреча с таким количеством смертей сама по себе вызывала агонию.
— Отличная работа. На твоем месте я, возможно, не смог бы так долго продержаться.
Слушая его, Энья потеряла сознание.
Джин же поднял зеркало, лежавшее на стене.
— Берис, садись к Шури. Отведи девочку к целителям и расскажи о происходящем Данте. Я мало знаю об этом камне, поэтому не рискнул бы использовать его.
Вопреки опасениям мальчика, его друг пока не понял, как использовать эту штуку.
Но когда война стала масштабнее, он стал отчетливо слышать шепот.
Это был голос белого камня.
Если так подумать… ради зеркала Ципфель растоптал множество студентов. Все из жажды власти.
Теперь настало время Джину растоптать их силой, которую они так и не смогли получить.
Под ногами мальчика образовался магический круг.
Кааанг!!!
Раздался резкий звук вращения, уникальный для магии перегрузки. Огромная сфера стала подниматься в небо.
Она была похожа на луну. Заклинание, переполненное невероятно плотной маной, поглотило энергию Красной Бездны и стало еще больше.
«Даже если у вас огромное количество маны, сможете ли вы соревноваться со мной?»
Закладка