Глава 454: А он что здесь забыл...(4) •
Юн Чжон испугался и закричал на него, но Чхон Мёну было все равно.
- Ну и что? Он не глава нашей секты.
- …
Юн Чжона ошарашила его дерзость, и он просто покачал головой.
- Давай просто пойдем и послушаем.
Хён Чжон повел своих учеников и подошел к воротам, прежде чем низко поклониться.
- Приветствую, Аббат.
- Лидер секты, давно не виделись. Надеюсь, Вы были в добром здравии.
Хён Чжон улыбнулся.
- Вашими молитвами. Вы далековато забрели от горы Сун. Что заставило Вас пройти весь этот путь?
Настоятель так же мило улыбнулся в ответ.
- Как ни длинна дорога, нет причин сворачивать с пути, если в конце тебя ожидает сладкий нектар для утоления жажды.
Хён Чжон прищурился.
«Нектар».
Двое улыбались и обменивались приветствиями, но люди вокруг почувствовали озноб.
- Как-то прохладно стало, нет?
- Ну, зима близко.
- Ты прав, конечно, но…
Настоятель обернулся и посмотрел на Чхон Мёна, что стоял, скрестив руки на груди.
- Ну, а ты хорошо поживал?
- Очень неудобно, Шаолинь взял и отправил багаж на гору Хуа, без какого-либо предупреждения.
«Багаж».
Аббат горько усмехнулся. Под багажом он имел в виду Хэ Ёна.
- Думаю, все зависит от багажа. Не лучше ли считать его ценным сокровищем?
- А? Ты меня не правильно понял? Ты про того лысого?
- …
- Если ты собираешься кого-то отослать, то хотя бы деньги пошли вместе с ним! Присылаете нам парня, что ест траву, которую трудно найти на горе Хуа, да еще и с пустыми руками? У тебя же полно денег!
- …
Аббат моргнул. Правда, конечно, что ему и в голову не приходило послать денег…
«Но трудно найти овощи и растения?»
Он неловко рассмеялся.
- Ха-ха… тем не менее, разве он не помог?
- Помог?
Когда голова Чхон Мёна наклонилась, Настоятель отвернулся и откашлялся. Несмотря на то, что они обменялись лишь парой слов, он вспомнил, каким человеком был Чхон Мён.
И прямо сейчас ситуация была немного смущающей.
Хён Чжон шагнул вперед, словно желая помешать Чхон Мёну и дальше городить ерунду.
- Пожалуйста, входите. Я боюсь, что люди мира осыпят меня проклятьями за то, что я держу Аббата Шаолинь на пороге ворот.
- Как может незваный гость просить о гостеприимстве? Если бы я только мог получить стакан воды, я был бы признателен.
Пока они обменивались вежливыми фразами…
- Аббат!
Кто-то с криком побежал прямо к Настоятелю.
- Ох, Хэ Ён…А?
Настоятель широко раскрыл глаза.
«Хэ Ён?»Хм?
Бедняге пришлось несколько раз моргнуть.
«Это он?»
Кто еще будет завернут в желтую робу, указывающую на принадлежность к Шаолинь, и к тому же радостно бежать к нему навстречу?
Конечно, он был прав, именно Хэ Ён окликнул его.
Но…
«Это Хэ Ён, но…»
Что-то показалось странным.
Что за обритый налысо юноша бежал к нему, ведь у этого мальчика был совсем не невинный взгляд?
Да и лицо казалось немного другим.
Это из-за загара? Или, потому что он давно его не видел? Ребенок больше не выглядел застенчивым. Когда он посмотрел ему в глаза, в них плескалась сила. Словно прямо сейчас он мог разорвать демона голыми руками.
« Э-эм…»
Аббат потер глаза и снова посмотрел на человека перед собой.
«Н-нет. Если присмотреться, его внешний вид не сильно изменился».
Аббат быстро понял, откуда взялись его сомнения.
Глаза.
Глаза Хэ Ёна, некогда лучившиеся мягкостью и даже некоторой слабостью, словно он в жизни и муравья не тронет, сейчас горели стойкостью.
Подбежав к нему, Хэ Ён криком поприветствовал его.
- Аббат!
- … Хэ Ён?
- Да это я, Настоятель!
Аббат получил очевидный ответ, но ему все еще было трудно принять реальность. Что ему сказать…
Покинув дом на пару недель, цыпленок вернулся взъерошенным петухом.
Аббат заговорил с неясными чувствами…
- …ты так сильно изменился.
- Правда?
Хэ Ён наклонил голову, но Пэк Чхон и другие, наблюдавшие за ними, кивнули в ответ на слова Настоятеля.
- Многое изменилось.
- Верно. Когда мы были вместе, я не придавал этому особого значения, но по сравнению с тем, когда он пришел к нам, он сильно изменился.
- … Даже неловко.
Аббат выглядел ошеломленным и не мог говорить.
«Что с ним случилось?»
Человек отправился искать истину, и сейчас встретил своего Настоятеля. Но почему его ученик так изменился, познавая мир всего пару месяцев?
Аббат бессознательно открыл рот, но тут же вздрогнул.
Сейчас он на горе Хуа, а он из Шаолинь. Как бы шокирован он не был, он не должен показывать этого. Поэтому он спросил строгим голосом.
- Кхм. Итак. Ты достиг просветления?
- …просветление может катиться куда подальше.
- А?
Что я только что услышал?
Но Хэ Ён даже не заботился о его реакции и заканючил.
- Аббат! Ты здесь, чтобы забрать меня? Я знал, что могу доверится Аббату.
- … О чем ты?
Настоятель выглядел немного смущенным, но Хэ Ён словно не слышал и не видел ничего вокруг и со слезами на глазах схватил Настоятеля за руку.
- Д-давайте вернемся в Шаолинь…
- Тц, тц. Поглядите-ка.
Чхон Мён прищелкнул языком, наблюдая за ним.
- Даже животные умеют проявлять благодарность, когда их кормят и дают приют, но посмотрите на этого невоспитанного.
- …
Услышав Чхон Мёна, Хэ Ён замолчал и оглянулся.
Кхм. Тут он прав.
Они его кормили. Но относились, словно к скоту и кормили его одной травой!
- Не капризничай и возвращайся.
Чхон Мён подошел и обхватил одной рукой Хэ Ёна за шею.
Хэ Ён оглянулся на Настоятеля, глазами полными горечи, как у коровы, что ведут на убой, но все это было так странно, что Аббат не успел отреагировать, а Чхон Мён продолжал тащить его ученика.
В это время Хён Чжон откашлялся.
- …А, д-да.
Аббат вздохнул.
«Это гора Хуа».
Гора Хуа.
- Кхм.
- Кхмкхм.
Несмотря на то, что они сидели лицом к лицу, они не могли открыто беседовать, и между ними повисла неловкая тишина.
На самом деле гора Хуа и Шаолинь были недостаточно близки, чтобы праздно вести повседневные разговоры, и в результате собравшиеся никак не могли начать диалог.
«Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, лидер секты».
«Я сейчас умру от удушья».
Когда старейшины начали подавать ему глазами знаки, Хён Чжон отвел взгляд.
«Мне тоже неловко!»
На турнире, любая из сторон чувствовала себя комфортно и говорили они свободно. Но сейчас Аббат Шаолинь не мог самостоятельно задавать темп их разговору.
Шаолинь молчал, и гора Хуа неловко переглядывались, в результате только один человек мог разорвать эту давящую атмосферу.
- А чего все притихли?
Глаза старейшин горы Хуа обратились к спокойному и невинному голосу. В тот момент, когда они все увидели сидящего Чхон Мёна, они вздохнули с облегчением.
«Я очень рад, что он здесь».
«Никогда не думал, что буду счастлив, оттого что этот парень находится рядом».
Чхон Мён пожал плечами на взгляды старейшин, словно принимая их признательность, и посмотрел на Настоятеля.
- Но зачем ты пришел? Путь-то не близкий.
- Мне есть чем поделиться.
Аббат легко ответил и, покачивая чашкой чая в руке, поднес ее к губам.
- Чай чудесный, лидер секты.
- Я беспокоился, так как Вы впервые пробуете его. Возможно, чай и не самого высшего качества, но, поскольку вы находитесь на горе Хуа, я подумал, что Вы должны попробовать наш сливовый чай.
- Аромат у него потрясающий.
Аббат кивнул, а затем посмотрел на Хён Чжона.
- Я слышал о Клане Тысячи Народов.
- Ах…
- Гора Хуа проделал отличную работу.
Аббат, казалось, восхищался их подвигом.
- Амитабха. Иметь дело с ними нелегко, и стало ясно, насколько грозны силы горы Хуа, и общество восхваляет вас.
- Благодарю.
Аббат посмотрел на старейшин.
- Когда я вспоминаю о том времени, когда мы виделись в Шаолинь, я задумываюсь, насколько сильно изменился статус горы Хуа. Предполагаю, все приложенные усилия горы Хуа не останутся незамеченными.
Пока он продолжал, старейшины сидели, гордо расправив плечи.
Честно говоря, похвала была заслуженной, но тот факт, что ее им лично говорил Настоятель Шаолинь, произвел пущий эффект.
Кто бы что ни говорил, Настоятель Шаолинь всегда занимал высокое положение в мире боевых искусств. Обменявшись кивками и улыбками, Настоятель продолжил.
- И еще, я хотел бы принести извинения. Обычно, когда такое случается, ближайшие секты отправляются на помощь, таков закон мира Канхо, но все случилось внезапно…
- Они и правда явились, словно гром средь ясного неба.
- Если бы Южный край не закрыл свои двери, горе Хуа не пришлось бы сражаться в одиночку. Мы не ожидали, что они столь удачно подгадают время.
- Все в порядке.
Хён Чжон улыбнулся.
- Как обремененный делами Настоятель, к тому же проживающий так далеко, может озаботиться всеми мороками мира? И мы привыкли сами решать свои проблемы.
- Нет, лидер секты. Я обязан извиниться.
Осунувшись, на его лице проступила горечь.
Но Чхон Мён смотрел на него.
«О чем болтает этот осел…»
Конечно, гора Хуа не получила помощи, но это не было ошибкой Шаолинь, а он все продолжает твердить, будто они вовремя не спохватились.
- Времена наступили мрачные, но я не думал, что они могут достигнуть и Шэньси.
- Как вы вообще могли знать и готовиться к подобному? Если Вы продолжите так говорить, мне будет неудобно.
- Амитабха. Глава секты, абсолютно точно винит меня.
- А?
И он посмотрел прямо в глаза Хён Чжона.
- Я понимаю ваши чувства, лидер секты. Я понимаю ваше разочарование в тех, кто не помог.
- … что Вы имеете в виду?
Хён Чжон напрягся и переспросил.
А Настоятель, повернувшись к Чхон Мёну, продолжил с суровым выражением лица.
- И потому понимаю, отчего гора Хуа пытается объединиться с людьми, отличными от Девяти Великих Сект, лидер секты.
Чхон Мён нахмурился.
«Вот оно!»
Когда его спросили, зачем он проделал весь этот путь, он ответил. Силой Шаолинь он узнал, что гора Хуа пытается объединиться с другими сектами.
Поэтому он решил сделать свой ход.
«Чертов ублюдок!»
Хён Чжон растерялся и откашлялся.
- Кхм. Что…
- Конечно, я понимаю, лидер секты. Но…
Он сузил глаза.
- Вопрос в том, поймут ли другие секты.
Чхон Мёна перекосило.
- Хах, посмотрите-ка на этого старика?!
- Чхон Мён!
- Нет!
Старейшины закричали и вынудили сесть обратно. Ученик третьего поколения не должен игнорировать своих старших, тем более на глазах у старейшин Шаолинь.
И Аббат улыбнулся, словно догадываясь, о чем тот думал.
- Лидер секты.
- Слушаю, Настоятель.
- Могли бы мы поговорить наедине? Дело важное.
- Умм.
Хён Чжон на мгновение задумался. Он никогда не скрывал ничего от старейшин, но старейшины Шаолинь беспокоили его.
- Конечно.
Они обратились к своим старейшинам.
- Оставьте нас.
- Можете идти.
Все поднялись и направились к выходу.
- Ах.
Аббат окликнул.
- Ты оставайся здесь, Божественный Дракон горы Хуа.
Чхон Мён уже собирался уйти, но оглянулся и хмуро взглянул на Настоятеля.
- Я?
- Да.
- Зачем?
- Потому что мне есть что поведать.
Когда он ухмыльнулся ему, глаза Чхон Мёна на лоб полезли.
«Этот ублюдок не вел себя так в прошлую встречу».
Что ж, посмотрим.
Какой шум будешь издавать на этот раз?
Чхон Мён молча сел.
Его острый взгляд пересекся с пристальным прищуром Настоятеля…