Глава 86. Ты что, онемел?!.1 •
Глава 86. Ты что, онемел?!
Внутри огромной армейской палатки, предназначенной для сбора личного состава, стоял тяжёлый, спёртый воздух, пропитанный запахом пота, оружейной смазки и дорожной пыли. Вдоль стен на складных табуретах-мазарах плотными рядами сидели бойцы, ожидая, когда на стрельбище стихнет последний грохот.
Сейчас на огневом рубеже работала вторая рота. Судя по доносившимся снаружи ритмичным хлопкам, до завершения квалификации оставалось не меньше пары часов. Офицеры и сержанты разошлись по делам, и новобранцы, предоставленные сами себе, вполголоса обсуждали свои успехи и провалы.
Сюй Гэ сидел, вцепившись пальцами в колени. Его лицо приобрело землисто-серый оттенок, а взгляд был тяжёлым и колючим, словно ледяная крошка. От него исходила такая густая аура ярости и разочарования, что даже маленькая Сыцюаньская гончая, обычно крутившаяся под ногами, предпочла забиться под лавку, опасливо поглядывая на хозяина.
Ли Дуншуй сидел рядом, буквально съёжившись от вины. Его губы дрожали, он несколько раз порывался заговорить, но, натыкаясь на окаменевший профиль Сюй Гэ, тут же трусливо захлопывал рот.
Наконец, Кэйюму, который не выдержал этого гнетущего молчания, протянул руку и ободряюще похлопал парня по плечу.
— Ладно тебе, Гэ, не кипятись так. Ли Дуншуй ведь не со зла...
— Замкомвзвода, — голос Сюй Гэ прозвучал хрипло, прерываясь от клокочущего в груди гнева. — Он сделал это нарочно! Специально!
Кэйюму опешил и перевёл недоуменный взгляд на понурившегося парня.
— Ты... сделал это специально?
Ли Дуншуй ещё ниже опустил голову, уткнувшись подбородком в грудь, и промолчал. Кэйюму даже подпрыгнул на своём мазаре от изумления:
— Но зачем?! Зачем тебе понадобилось всаживать лишнюю пулю в мишень Сюй Гэ?
— Я... я просто видел, как сильно он хочет занять первое место, — едва слышно пролепетал Ли Дуншуй, едва не плача. — Я ведь знаю, что в стрельбе он не силён... вот и подумал, что если подкину ему одну десяточку, то шансы возрастут. Для страховки, понимаете? Кто же знал, что этот псих в этот раз прыгнет выше головы и сам уложит все десять пуль в цель?
Кэйюму прикрыл глаза рукой, издав долгий, страдальческий стон.
— Значит... ты хотел как лучше, а получилось как всегда? Медвежья услуга?
— Угу... — Ли Дуншуй шмыгнул носом.
Сюй Гэ даже не удостоил его взглядом. Он смотрел в пустоту перед собой, и в его глазах пылал холодный огонь.
— Мне не нужна была твоя помощь! — отчеканил он, и каждое слово падало, как тяжёлый камень. — Я хотел победить честно, понимаешь ты? Своими руками! И самое обидное... я ведь действительно попал десять из десяти. А ты за всю серию настрелял всего девять попаданий. Чёрт возьми, я стрелял лучше тебя! Понимаешь? Лучше!
Он резко выдохнул, чувствуя, как внутри всё клокочет.
— Твою мать... Говорят, не так страшны козни врагов, как дурость союзников с их «гениальными идеями»!
Сюй Гэ чувствовал, как ярость застилает ему зрение.
— Когда Ци Жуйбяо украл газоотводную трубку, чтобы подставить меня, я и то так не бесился! Ты что, всерьёз думал, что я безнадёжен? Что я никогда не научусь стрелять и не выбью высокий балл? Решил, что ты единственный «ворошиловский стрелок» на весь батальон?
Под этим градом обвинений Ли Дуншуй то бледнел, то покрывался багровыми пятнами. Он открывал рот, пытаясь оправдаться, но тут же замолкал, закусывая губу. Его лицо исказилось, он выглядел так, будто вот-вот разрыдается от обиды и стыда.
— Ну всё, всё, будет тебе! — Кэйюму продолжал играть роль миротворца. — Слушай, раз ты уложил десять пуль в мишень, значит, твой уровень действительно вырос. Это главное! Подумаешь, я вот всего девять раз попал. С такими задатками тебе вообще нечего бояться. Не взял первое место сейчас — возьмёшь в следующий раз. В боевой роте, куда нас распределят, стрельбы будут хоть каждый день, настреляешься до тошноты!
Со стороны казалось, что Сюй Гэ убивается из-за упущенной медали и титула лучшего стрелка. На самом же деле его сердце обливалось кровью по другой причине: провал испытания по Военному обету был неизбежен. А это означало не только потерю щедрой награды, но и самое страшное наказание — трое суток без единого слова правды! Или, наоборот, запрет на ложь?
Немного остыв под влиянием спокойного голоса Кэйюму, Сюй Гэ осознал, что перегнул палку. Гнев начал отступать, оставляя после себя лишь горькое послевкусие. Он вспомнил слова замкомвзвода и с любопытством спросил:
— Замкомвзвода, вы сказали, что у вас девять попаданий?
— Ага, — кивнул тот.
— И сколько очков выбили? — Сюй Гэ подался вперёд. Позиция Кэйюму была в самом конце стрелковой линии, и во время объявления результатов он как-то прослушал его баллы.
— Восемьдесят шесть, — буднично ответил Кэйюму.
Сюй Гэ едва не подскочил:
— Сколько?! Да как вы это сделали при таком бешеном ветре?
— Эх, адаши... — Кэйюму усмехнулся, в его глазах промелькнула искра ветеранской гордости. — Я всё-таки на два года дольше вас сапоги топчу. Я здешний, северо-западный ветер, как облупленный знаю. Он ведь не дует постоянно с одной силой, он идёт порывами. Нужно просто поймать паузу и в этот момент быстро всадить пару пуль...
Сюй Гэ замер, чувствуя себя полным дураком.
«Значит, он тоже знал этот секрет?»
Он-то, наивный, полагал, что один такой догадливый. Похоже, он всё ещё слишком недооценивал опыт старых солдат. Судя по всему, если учитывать результаты стрельбы и из пистолета, и из винтовки, первое место в общем зачёте достанется именно Кэйюму.
— Сюй Гэ... прости меня. Я правда не хотел, чтобы так вышло, — Ли Дуншуй, заметив, что буря миновала, снова подал голос, на этот раз совсем жалобно.
— Тяф! — маленькая гончая вылезла из своего убежища и принялась преданно лизать пыльный ботинок Сюй Гэ.
— Эх... — Сюй Гэ тяжело вздохнул и потрепал собаку за ухом, криво усмехнувшись. — Кто же знал, что я сегодня выдам такой результат? Если бы я стрелял как обычно, твоя пуля действительно принесла бы мне победу...
Прошло больше двух часов. На стрельбище, наконец, воцарилась тишина. Офицеры и сержанты потянулись обратно в палатку, отдавая команды на построение.
Ду Ху вошёл сияющий, как медный таз:
— Результаты готовы! Наш замкомвзвода — первый! Ли Дуншуй — второй! Сюй Гэ... ну, у тебя там вышла накладка, досадно, конечно. Но взводный велел передать, что никто тебя не винит. Баран на вертеле в выходные в силе, заслужили!
— Ура-а-а! — новобранцы первого отделения взорвались радостными криками.
Лицо Сюй Гэ в этот момент перекосилось, но вовсе не от зависти к чужим успехам. Прямо перед его глазами, полупрозрачная и неумолимая, возникла системная табличка Военного обета.
Вызов провален! Наказание будет начислено автоматически. Следующее испытание выбрано Системой в принудительном порядке.[За выполнение испытания вы получите: 10 универсальных очков навыков или 200 единиц мастерства. В случае провала — соответствующее наказание.][Генерация Военного обета ранга E...][Внимание: данное испытание не требует публичного оглашения и вступает в силу немедленно.][Условие: Носитель обязуется занять первое место в личном зачёте по тактической подготовке на общебатальонных сборах. В случае неудачи — Носитель в течение трёх суток не сможет произнести ни слова правды.]«Ну замечательно... одно закончилось, другое началось».
Наказание тоже изменилось. Три дня не говорить правду? С первого взгляда это казалось легче, чем запрет на ложь. Или нет? С этой Системой никогда нельзя было знать наверняка.
Сюй Гэ бросил взгляд на панель своих характеристик в разделе навыков:
Тактическая подготовка: Ур. 1 (30/99)