Глава 256.1. Ловля на живца (1) •
Что бы ни случилось, я просто не могла смотреть вперед и двигаться дальше. Ведь также я учитывала тот факт, что он может умереть прямо на месте.
Если я просто прыгну перед огнем, раскинув руки, я только поведу себя, как мотылек, летящий на огонь. Точно так же, как во время марафона есть время на сознательную регулировку скорости и темпа, мы нуждались в подготовке. Конечно, я не могла с ней затягивать, но для нас, разлучившихся на какое-то время, этот процесс был необходим.
— Я еще раз проверила Пудинга.
Это была простая встреча, на ней присутствовали помощники и подчиненные Франсии и Ленага, включая самих Рикдориана, Франсию и Ленага. В частности, среди подчиненных Ленага я увидела знакомые лица, и было совершенно очевидно, что я их знала потому, что они были охранниками в тюрьме.
Они, кажется, тоже признали меня в лицо и вежливо склонили головы: вероятно, их оповестили заранее.
— У Рикдориана остался только сегодняшний день, если быть точнее — сутки. Так что после вечера, сегодня ночью…
Франсия и Ленаг уже собрали только тех, кому могли доверять.
— Ночью — конец.
Рикдориан, которого это касалось, выглядел совершенно спокойно. Я слышала от Пудинга, будто он знал, что его смерть неотвратима, но не был в курсе, когда именно.
Я сдержала закипающие внутри слова и огляделась на толпу.
— Нам придется как-то проникнуть в то подземелье.
Магические узоры, связанные с розами, которые я видела в особняке Домулита. Там был запечатан Пудинг, и то, что считалось изначальным, было заперто там же под землей.
И не только, мои ощущения инстинктивно кричали мне, что я должна отправиться туда. Вероятно, это был шепот божественного стража Голубой розы, находившегося во мне.
Раз мы уже решили с пунктом назначения, было бы лучше выступать немедленно, но у нас были еще две переменные.
Императрица и Черная роза.
— Пока что императрица тщательно прочесывает местность, расставляя рыцарей, — объяснил ситуацию Ленаг, приняв эстафету. — Сейчас всем рыцарям и стражникам приказано докладывать начальству, как только они заметят мисс Яну.
Он взглянул в потолок.
— Я разбираюсь с существующими стражами.
— И что, к примеру, будет, если я появляюсь перед ними?
— Тогда вам придется повиноваться приказам императорских рыцарей. Если вы не послушаетесь, это будет считаться изменой.
Императрица наделила каждого рыцаря огромными полномочиями.
Это значит что, вероятно, она бросила все силы на мою поимку.
— Как мисс Яна сказала, в императорском дворце все вверх дном, конечно, она должна возвращаться. Но она не вернулась, а перебросила обязанность на командующих императорскими рыцарями.
— Ты говоришь, это ненормально.
— Да, так и есть.
Я похлопала себя по губам.
Я и так знала, что императрица совсем сошла с ума. И ее одержимость Голубой розой тоже сильна.
Наверно, она знала, что я иду сюда, потому что сбежала оттуда, куда меня посадили. Должно быть, она еще как нервничала, потому что не знала, когда я покажусь.
«А разве мы не можем, в свою очередь, этим воспользоваться?»
— Ленаг, как дела Черной розы?
— Так же, — Ленаг слабо покачал головой. — Он не покидает позиции, о которой я ему сказал.
Ленаг сказал, что мог знать обо всех подробностях, происходящих в тюрьме, но обнаружить местоположение Чейзера было бы невозможно. Однако Чейзер тихонько скрывался на одном месте, не прилагая никаких усилий. Как будто держал слово, данное мне.
— Пожалуйста, приглядывай за ним. Я не знаю, когда он начнет действовать.
— Да.
Я сузила глаза. Даже если Чейзер так себя и ведет, это все просто подозрительно и гнусно.
— Я не совсем уверен в том, что знаю, как ударить его в спину. Он — хитрый человек.
— Почему ты называешь его «человеком»? Зови его просто поганцем. А! Было бы лучше звать его еще тем ублюдком.
Франсия скрестила руки на груди и сжала подбородок, улыбаясь.
— Все его слова как песий лай. Ему это идеально подходит, ведь он кусает в спину.
Такие жестокие речи вообще не вязались с ее улыбкой. На краткий миг Ленаг показался истощенным.
— Но мне собаку жаль.
Ленаг молча покачал головой.
— Этим не стоит себя грузить, но ты уже полностью стыда лишилась?
— О господи, а тогда я говорила, что я его выпячивала? — улыбнулась Франсия и изящно махнула рукой. — Я всегда такой была.
Конечно, слова Франсии были ложью. Как я заметила, мне казалось, что Франсия стала более жестокой, когда сняла свою маску. Раньше она даже притворялась осторожной, когда что-то говорила.
— И она будет любить меня, какой бы я ни была.
Что с ней случилось? Разноцветные глаза , смотревшие на меня, блестели уверенностью, которую я никогда раньше не замечала.
Конечно, в этом не было ничего дурного.
— Верно.
Но, сказав это, я ощутила не ту горечь, что прежде. Потому что не могла принять ее так же искренне, как прежде.
— Смотри, мы будем жить долго и счастливо.
Меня тошнило.
Я силком отмахнулась от воспоминаний о прошлом мире, которые снова ударили мне в голову. Благодаря обстановке, навеянной экстренной ситуацией, меня быстро потянуло в сон.
— Яна, ты в порядке?
Однако, эта троица чутко обратила на меня внимание.
Рикдориан схватил меня за плечо.
Я рассмеялась.