Глава 237.1. Не сдерживайся (1) •
Глава 237.1. Не сдерживайся (1) Его голос был чистым, но тоскливым и одержимым. Но меня это не раздражало. Ведь я понимала, в чем причина.
Я просто растерянно уставилась на него.
У меня на это ушло некоторое время. Я не могла выпалить слова, вертящиеся на языке.
Так что миновало еще немного времени, прежде чем я сумела заговорить опять. До тех пор Рикдориан все еще ожидал моего ответа. Он был словно камень, который мог ждать вечно.
— …дурачок.
Это были первые раздавшиеся слова. Потому что из-за его реплики я рассмеялась.
Я уловила это с первой встречи с ним, но его мягкие, чистые серебристые волосы и очень ясные голубые глаза придавали ему благородный и святой вид. Он никак не мог привыкнуть к подземелью, ночи и темноте.
Однако мужчина, щеки которого горели, когда он на меня смотрел, и томно улыбающийся сейчас был прекраснее на фоне луны и ночи позади него, чем кто бы то ни было прочий.
И когда он стал лучше смотреться на фоне ночи, чем на фоне дня?
Неужели из-за мрака в своем сердце, он свыкся с ночью?
Я неожиданно поймала себя на ненужных сантиментах.
— Хотя я в целом безразлична к другим и большую часть времени такова, происходящее не имеет для меня значения.
Медленно призналась я:
— Я знаю, мне не следует о таком говорить.
— Это неважно, если тебе со мной комфортно.
Рикдориан застенчиво улыбнулся. И это было правильно. Пока мне не хватало сил изменить выражение лица, он улыбнулся даже шире.
— Яне некомфортно? Потому что я воспринимаю это слишком спокойно?
Он чуть выше поднял руку. Грубые кончики его пальцев прошлись по моим бедрам. На этот раз я снова подавила стон.
Он прижался губами к моему колену. Скорее, казалось, будто он рад и счастлив меня сейчас видеть.
— Пожалуйста, пусть тебе будет еще некомфортнее.
— Ху-у, Рик… дориан.
— Прошу, продолжай обо мне так думать.
Я неосознанно наклонилась ниже и схватила его за голову.
Он рассмеялся, и ветерок с его губ подул на мое колено. Очевидно, что он покраснел, но я все еще не могла сказать, какая его личность активна.
— Яна, прошу, ответь мне.
Он настаивал на ответе. Нет, скорее, требовал. Но я не знала, уберет ли он губы с моего колена.
— Что?
Юбка, задравшаяся даже выше, взмывала, опадала, как края занавеса, и колыхалась.. Он осторожно схватил меня за белые бедра и погладил их кончиками пальцев.
— Любовь ко мне, верно?
— У-у…
— Ты только мне будешь говорить о любви, так?
— …да.
Наконец, я жарко выдохнула и кивнула. Не знаю, однако, заметил ли он мой кивок.
Его глаза смотрели в одну точку.
Ты так внимательно туда смотришь».
Красная татуировка виднелась на внутренней поверхности моего обнаженного бедра. Это была полностью распустившаяся роза.
Поскольку это место было скрыто, я плохо его видела, не считая моментов, когда мылась или переодевалась.
Если так все оставить, то он просто будет туда пялиться.
— Как красиво, — пробормотал он, полуприкрыв глаза.
Его дыхание было взволнованным.
— Красиво.
Грубые пальцы нашли, где именно расположена татуировка и погладили там. Я прикусила губу из-за этого мягкого прикосновения.
Я впервые поняла, насколько чувствительно это местечко. Ощущения были совсем иные, чем когда я касалась его под душем.
— Яна, не сдерживайся.
Рикдориан сказал это так, словно обратил на меня внимание. Затем он медленно опустил лицо и придвинул губы ближе.
— Ха-ха, — тихий вздох у моего нижнего белья.
Я автоматически вскинула бедра.
— Пожалуйста, не сдерживайся, ладно?
— Чт… что?
Он поднял взгляд, и я опустила свой.
Схватившись за его затылок и опустив голову, я занавесила волосами его лицо. Они все еще колыхались на ветру. Сладкий аромат роз щекотал кончик моего носа.
Он тихо рассмеялся мне в волосы. Затем опустил голову и опять поцеловал мою татуировку.
— Если ты позволишь, просто… я хочу провести ночь с тобой.
Он шептал тихо, уткнувшись в кожу губами.
В этом свирепом голосе звучало стеснение, которое невозможно было скрыть. Больше не нужно было ставить татуировку алой розы. Ведь его татуировка уже стояла в очень интимном месте. Как будто впечатанная в сердце.
И все же задавать такой вопрос… должно быть, это было отражением желания, которое колебалось на его алом разгоряченном лице.
Я схватила его за щеки и подняла.
— На самом деле…
Мой голос звучал слабо.
— Такой гадкий. Ты.
Трепет.
Невинные глаза прищурились. Но, даже когда он улыбался, я чувствовала, что он смотрит мне в глаза.
— А ты не хочешь?
Вот почему я поняла, что не его личность сменилась, что он оставался разумным. Я мягко улыбнулась.
— Нет. Не то, чтобы не хочу. Мне кажется, что после своих скорострелов ты всегда думаешь только об одном.
— Я не знаю ни дурных слов, ни дурных дел.
Думаю, да. Перед императрицей или с Чейзером он был холодным и достойным эрцгерцогом.
— Мне больше всего нравится такой вид. Я просто хочу, чтобы ты опять так выглядел.
— Каким именно?
— Честным.
Он оперся на мою руку и закрыл глаза. Его длинные ресницы дрогнули.
— …даже, если бы меня отвергли, я с плачем стал бы умолять у твоих ног снова.
— …
— И я тоже хочу больше не причинять тебе боли
Он схватил мое запястье одной рукой и выпустил его. Как будто бы прося, и он делал это иначе, чем Чёрная роза, который раньше сковывал меня. Я опустила голову и улыбнулась.
Я погладила его по щеке.
— Хм-м. Понятно.
— …
— Не в том дело, что все иначе, и мне не нравится. Мне нравится, потому что, это — ты.
Затем он поднял голову и посмотрел на меня так, будто собрался разрыдаться.
— Ты много плачешь.
— Ты зли…
— Меня это не злит. Просто я не люблю слезы?
Я вытерла большим пальцем покатившиеся слезы.
— Странно говорить, что мне нравится твое лицо, если ты из-за меня плачешь. Я разве извращенка?
Наконец, не было ли бы странным сказать, что лицо, покрасневшее из-за льющихся слез, красиво…?
— Когда ты плачешь, ты красивый.
Но я все же честно это сказала. Рикдориан подпрыгнул и тут же поднял меня.
— Рикдориан?
Я спросила его, но безропотно подчинилась его крепкому телу и позволила ему делать то, что он делал.
Он и я были в гостиной, но сразу за ней находилась маленькая спальня.
Совершенно типичная планировка благородного особняка. Он положил меня на удобную кровать, сжал мою руку и переплел наши пальцы.
Как только он уложил меня на кровать, я не смогла больше тянуть руку, потому что занервничала.
— …все в порядке?
Я улыбнулась, услышав мягкий, словно спрашивающий дозволения, голос, а потом опять села. Затем я собрала свои длинные волосы, перекинула их через плечо и чуть повернула голову.
— Что мне делать?
Я услышала, как он затаил дыхание.
— У меня куча пуговиц.
Я подняла руку и провела по пуговицам позади себя.
— Раздень меня.