Глава 219.2. Самый быстрый и опасный способ (2)

Я встретила главного героя в Тюрьме

— …получить разрешение от императорской семьи?

— Нет. Там загадывали желания.

Франсия рассказала, что в императорском дворце было место, почитающее силу роз, источник древней силы.

— Если все розы согласны на фестиваль, то небеса разверзнутся.

— Да? И?

— И… война.

Фестиваль. Это могло означать ритуал, но в реальности мне не так просто было вообразить, чтобы правда началась война.

Когда я об этом услышала, то мне напомнило историю с троянским конем. Разве та война не была вызвана всего одним человеком, самой прекрасной женщиной?

Как бы там ни было, я просто считала, что лучше, чтобы этого не случалось.

— …неужели со мной обращаются, как с самой прекрасной женщиной в мире?

— Прекрасной женщиной?

Елена, причина Троянской войны, как говорят, оказалась достаточно прекрасна, чтобы привестик войне. Ну, разве не это зовут красотой, покоряющей замки?

— Быть такого не может. Как ты можешь себя так называть?

— Это верно.

Ведь я не была «красавицей, покоряющей замки». Когда я кивнула, Франсия рассмеялась.

— Если вспоминать исторические события, сестра — лучшая.

— …по красоте?

— Да.

— Звучит глуповато…

— Нет!

Франсия подскочила, и ее глаза заблестели. Глаза разного цвета излучали ослепляющий свет.

— Пока ты — самая для меня хорошенькая! Сестра самая красивая.

Спасибо, что так любишь меня… — я безразлично склонила голову. Я задумалась, что еще сказать, а потом улыбнулась и потрепала Франсию по голове.

— Да. Спасибо.

Ночь с Франсией, которая устроилась рядом со мной, как рыба в потревоженной воде, завершилась.

* * *

С тех пор прошло несколько дней.

В столице, где многие особняки принадлежали знати, многие также жили и на землях поместий.

Рикдориан и Ленаг тоже владели столичными особняками, даже у Франсии был столичный филиал храма.

Когда меня спросили, куда я хочу поехать, я выбрала особняк Рикдориана, и, хотя другим он не понравился, они быстро согласились.

По какой-то причине мне казалось, будто я тащу милую собаку, которая повинуется каждому моему слову, но очень свирепую по отношению к остальным.

У меня было три свирепых пса, которые стали бы кусаться, не будь они довольны.

«Свора псов».

— Свора? Что еще за свора, человек?

«Ну… ребята, похожие на гангстеров».

Я погладила Пудинга по шерсти и подняла голову.

Я была в конференц-зале. Если быть точнее, то раньше это был кабинет Рикдориана, а теперь он превратился в конференц-зал.

На диване сидели или наклонились три розы, и у каждого был зверь. Иронично, когда я извлекла Пудинга, все, словно того и ждали, призвали и своих божественных стражей.

Как будто они хотели, чтобы я на них посмотрела.

— Не удалось?

Заговорила Франсия. Рядом с ней в белом одеянии был божественный страж Калисто в облике маленького медвежонка, который настойчиво облизывал передние лапы. Перед божественным стражем было небольшое ведерко меда. Я взяла его в дар.

— Да.

Рикдориан кивнул. Он взяла свиток пергамента со стола и швырнул парочке по одному.

Ленаг, легко поймав один, чуть наморщил лоб и развернул пергамент. Маленькая змейка, положив голову на его бедро, крепко пала. Это был Азул, божественный страж Ленага.

Мне не нужно было брать или разворачивать пергамент. Ведь это уже было в моих руках, и я уже знала.

— Похоже, не удалось опять.

— Да.

Шпион, внедренный в Домулит, погиб.

Это была уже седьмая смерть. Я напряженно сжала пергамент.

Хотя это и была смерть человека, которого я вообще не знала, каким бы он ни был, к смерти не привыкнешь.

Более того, я самого начала ожидала, что попасть в Домулит будет не так просто. И этого ожидали бы и Рикдориан, и остальные тоже.

Тиара императрицы была в подвале Домулита.

В кладовой подвала, если быть точнее. Я не думала, что смогу попасть туда сразу, но мы начали с того, что запустили туда людей разведать о складывающейся ситуации.

— Этого следовало ожидать, но… Границы становятся менее проницаемыми. Но я не ожидала, что их не будут пускать.

Вместо того, чтобы идти напрямую, они делали крюк, но Чейзер категорически отказывался общаться, например, с доставщиками продуктов.

Даже попытки выманить его были пресечены. Рикдориан одним словом отмахнулся.

— Это и раньше было именно такое место. Однако там все злее и злее.

Выражение лица Рикдориана не казалось приятным, когда он это сказал.

На самом деле, с человеческими ресурсами трех роз можно было бы сделать практически все. Проблема, однако, была в том, что внедрение в Домулит — это не «практически все». Я задала вопрос, который все это время откладывала.

«Пудинг».

— Да?

«Ограничение Рикдориана, нет, его жизнь… сколько времени у нас осталось?»

Пудинг отделился от Рикдориана и подписал контракт со мной, но изначально он был частью Рикдориана. Хмурясь, Пудинг тихо сказал:

— …очень мало, мяу.

«Скажи».

Я уже этого ожидала. Поэтому не стала спрашивать.

Ведь я знала, что это скоро, даже если бы и не услышала об этом. Наконец, узнав день от Пудинга, я пришла к выводу.

— Вы все выслушаете меня?

У нас был единственный путь. С самого начала. Это был самый быстрый и самый опасный способ.

— Я пойду.

Чейзер слушал только одного человека на свете. Он слепо верит и подчинялся его командам.

Ту, кем дорожил так, как будто мог отдать ей все на свете.

«Моя Яна».

…это была я.

Я знала об этом лучше, чем кто бы то ни было.