Глава 202.1. Шрам (1) •
Я была потрясена.
Франсия подняла руку и постучала по шее, вероятно, не заметив моей дрожи.
— Вот, из-за насильственного укорачивания, отрезок его жизни сильно уменьшился?
Это. Это что-то напоминало, но я сразу поняла, что.
Речь шла об «ограничении».
Я уже слышала об этом от Джайра. Это было решено, без определенных условий. Тогда, как я помню, Франсия насильно сорвала его.
— Когда ты встретилась с Рикдорианом?
Ответ на вопрос, который я задала просто к случаю, прозвучал немедленно. Потому что Франсия сообразила тут же, точно в этом не было секрета.
— А, я его встретила в Камбракаме. Тогда… я на какое-то время попала туда из-за грехов отца.
Франсия заговорила тише.
— На самом деле, моего отца тоже ложно обвинили.
Встретиться в тюрьме — все было так же, как в оригинальной истории, насколько мне было известно.
— Тогда мне пришлось тяжело, сестра.
Франсия захныкала. Я помедлила и погладила ее по волосам.
Затем Франсия быстро овладела выражением своего лица. Ее лицо было прекрасным и лучезарным, словно лепестки, только раскрывшиеся весной, или как проклюнувшиеся бутоны.
— Будучи в тюрьме, должно быть, Рикдориан носил на шее ошейник.
— Это верно.
— Когда ты его встретила, ты сорвала это ограничение?
— Эм, эм-м… да? Алые розы, все сумасшедшие. Как бы ты справлялась с собственным ребенком?
Франсия положила подбородок на рук и заворчала.
Хотя она и не была в особом восторге от Рикдориана, кажется, ограничение произвело на нее неприятное впечатление.
— Ну, ведь именно это и сказала бы Белая роза, пустившаяся в странствия?
— В странствия?
— Да. Оставив поместье нетронутым, Белые розы бродят в поисках Голубой розы.
Франсия быстро добавила:
— Такова судьба Белых роз. Голубая роза должна уметь целить.
Я не смогла в этот момент придумать, что сказать, и прикрыла рот. Франсия тут же оборвала разговор. Она возвратилась к прежней истории.
— Тогда эрцгерцог Алая Роза был очень, очень свиреп. Так свиреп, что я думала, не будь он в цепях, он бы меня сожрал.
На самом деле, он и сожрал бы ее. Но в другом смысле.
Я не стала утруждать себя этим добавлением.
Вероятно, ситуация изменилась, так что его свирепость больше не была свирепостью монстра. Нет, думаю, вероятно, свирепость была той же самой. Когда я встретила Рикдориана впервые, он, рычащий, выглядел довольно жестоко.
— Как бы там ни было, когда мы встретились, ограничения с его шеи сорвали насильственно. Как нелепо, странно и немного пугающе. Не знаю. Я думала, что на свете существуют только одни безумцы, и это — Черные розы.
Однако время для предавания воспоминаниям кончилось быстро. Потому что камушек, небрежно брошенный Франсией, оказался куда сложнее для восприятия, чем я считала.
На лице Франсии появилось немного неприятное выражение.
— Когда у них нет компаньона и духовного стража, защищающего их, они становятся безумными.
Франсия продолжила.
— Но он спросил меня, не Белая ли я роза и попросил о помощи.
Моя рука, поглаживавшая ее, замерла.
— Он должен был как-то выбраться.
И тут я услышала историю, которую ни разу не слышала от Джайра.
— Должно быть, он нашел что-то, с помощью этой проклятой силы.
— …
— Что он сказал? Он не объяснил?
Я никак не могла не знать, о чем она, и не могла возразить на ее слова.
«Он нашел меня».
Этот факт уже был мне известен, нет… мне казалось, будто оттягиваю с этим фактом.
— Когда он мог умереть, он вел себя небрежно. И тогда я уловила это снова. Конечно, розы точно безумные.
При этих словах я на мгновение подумала о Ленаге, но его образ быстро исчез. Учитывая его персонаж в книге, разве это не было нормальным?
Как бы там ни было, я задумалась над словами Франсии.
«Ведь Его превосходительство пострадал от адских побочных эффектов и каким-то образом смог их преодолеть».
В этот день Джайр не объяснил мне, что это были за «побочные эффекты». Просто, чтобы я выслушала об этом от самого Рикдориана.
Я промолчала.
«Адские побочные эффекты, он сказал, что Рикдориан пострадал от этого».
Еще не конец.
Мне хотелось резко вытереть лицо. Почему-то мне казалось, что паззл немного не складывается.
На самом деле, не было причин приветствовать меня, как подчиненную Рикдориана. Даже более того, я была младшей сестрой герцога Домулита, заклятым врагом Рикдориана.
Как бы там ни было, то лицо, что вообще невозможно было заметить, лицо, которое, казалось, чаще ухмылялось и полнилось радостью, чем в тюрьме.
Я думала, что связать это с Голубыми розами недостаточно. Он знал, что я собиралась спасти жизнь Рикдориана?
Вместо того, чтобы запаниковать, я тщательно обдумывала происходящее.
Не то, чтобы я не удивилась, но, если такое произойдет снова, то куда эффективнее было бы найти выход, чем бояться.
«Хорошо».
Франсия освободила Рикдориана от ограничений… подождите минуточку.
Я подняла голову.
— Франсия.
— А? А, сестра?