Глава 33. Сон Кандиды Когтевран •
Глава 33: Сон Кандиды Когтевран
— Пришли! Это тайная комната, которую мы нашли!
Проведя немало времени на винтовых лестницах, та, что вела со второго на третий этаж, наконец повернулась и соединилась с пролетом, который обычно почти не использовался.
Невдалеке Джастин взволнованно постучал по стене. После трех четких стуков на почти не освещенной светом факелов стене проявилась картина.
— Мы наткнулись на нее случайно… Но после того, как мы ответили на вопрос этой картины, мы внезапно оказались в той комнате. Хотя у нас и есть фонарь, но… Люмос.
Наконечник палочки Джастина засветился слабым светом, за ним последовала Гермиона, чей свет был заметно ярче. В этот момент подошел Шон, держа в руках палочку, сияющую, как лампочка.
— О, Шон… — с тихим восхищением выдохнул Джастин.
Все трое сосредоточились на картине. Холст, пожелтевший и потрескавшийся от времени, изображал не какого-нибудь величественного волшебника, а белоснежную сову в бархатном жилете и с маленьким пенсне на клюве. Одной лапой она с трудом поправляла очки, а в другой держала старый свиток пергамента.
— Чего уставились! Сова — тоже орел! — услышав ее пронзительный голос, Гермиона первой рассмеялась. За ней последовал Джастин. Даже Шон не смог сдержать улыбки.
— Опять ты! Чего смеешься?! — сова захлопала крыльями, и Шон, казалось, услышал свист ветра.
— Я… я вспомнила кое-что веселое, — покраснев, оправдывалась Гермиона.
На этот раз Шон не сдержался.
— А ты чего смеешься!
— Я тоже вспомнил кое-что веселое, — тихо сказал Шон.
Он и представить не мог, что в этой сове увидит отголоски фильмов из своей прошлой жизни.
— Да вы просто надо мной смеетесь! И не прекращаете! — сова в ярости хлопала крыльями, и свиток в ее лапах бешено раскачивался.
— Прости.
— Прости.
— Прости.
Прежде чем она окончательно передумала их впускать, все трое, сдерживая смех, искренне извинились.
— Противные маленькие волшебники! Если хотите войти, отвечайте на мой вопрос!
Она развернула свиток. Шон и его друзья не знали, умеет ли сова читать, но, покопавшись в нем, она все же задала вопрос:
— Хогвартс, тихий Хогвартс… Скажите мне, почему Хогвартс был построен именно здесь.
Она повернула голову на сто восемьдесят градусов и с важным видом повторила вопрос.
Джастин и Гермиона замерли.
— Ее вопрос изменился! В прошлый раз она спрашивала настоящее имя леди Когтевран! — Джастин не мог поверить своим ушам. — Гермиона, ты знаешь?
Он умоляюще посмотрел на нее. Девочка с пышными каштановыми волосами на мгновение задумалась, но в итоге покачала головой.
— Из-за сна Кандиды Когтевран.
В этот момент раздался тихий, нарушивший тишину голос. Едва Шон это сказал, сова перестала хлопать крыльями и чуть не упала.
— Откуда ты знаешь… — воскликнула она, а затем, застыв, отвесила легкий поклон.
С взмахом ее крыльев в стене появилась трещина, за которой показалась небесно-голубая дверь. Шон задумчиво повернул дверную ручку в форме орла.
За дверью открылось просторное помещение. Посередине комнаты были разбросаны покрытые пылью парты. В одном углу криво стоял огромный книжный шкаф, большинство книг из которого валялось на полу с пожелтевшими и хрупкими страницами. В другом углу громоздились какие-то причудливые механизмы: сложная система хрустальных линз, несколько стеклянных витрин с полуистлевшими этикетками. Больше в комнате ничего не было.
— Шон, сон Кандиды Когтевран, что это значит? — не выдержав, спросил Джастин, прежде чем они приступили к практике.
— Легенда гласит, что место для Хогвартса выбрала леди Когтевран… Она, рядом с озера, однажды увидела во сне бородавочника, который привел ее к обрыву. Так здесь и была основана школа… — Шон рассказывал эту тысячелетнюю историю тихим, повествовательным тоном.
Джастин невольно придвинулся к нему ближе, на его лице читались предвкушение и восторг. Гермиона тоже отложила палочку, и ее глаза засияли в свете огонька. Все трое, сбившись в кучу в темноте, окружили палочку Шона.
— Хогвартс (hogwarts), бородавочник (wart hog), похоже, не правда ли? Легенда гласит, что именно так и появилось название школы.
— Ого-о-о… — невольно выдохнул Джастин. Гермиона уже давно прикрыла рот рукой.
— Какая удивительная история, прямо как у Питера, эм, как его там… — нахмурился Джастин.
— «Сказки барда Бидля», — сердито бросила Гермиона, бросив на него раздраженный взгляд за то, что он испортил момент.
— А-а, точно, — Джастин почесал в затылке и зажег магический фонарь.
После удивительной истории трем юным волшебникам предстояло столкнуться с не менее удивительной магией. Заклинание Левитации — простое и практичное, одно из первых, которые осваивают первокурсники. Но даже такое простое заклинание для них все еще было проблемой.
— Опять не получилось… — перо Джастина, продержавшись в воздухе три секунды, упало, не дотянув до минимальных десяти.
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
Шон, как всегда сосредоточенный, автоматически отгородился от посторонних звуков.
— Хм… — перо перед Джастином снова медленно опустилось. На этот раз он продержался на секунду дольше, но этого все равно было недостаточно.
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
— Опять упало…
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
[Ты выполнил заклинание Левитации по начальному стандарту, мастерство +3]
Непрерывная успешная практика принесла Шону 30 очков мастерства, но в то же время он почувствовал, как его магическая сила иссякла. Рука затекла, а дыхание стало прерывистым.
Магическая сила, ну, назовем ее так, была удивительной вещью. В отличие от «маны» в фэнтезийных мирах, она проявлялась непосредственно в физическом состоянии волшебника: усталости, апатии. Это была не какая-то неуловимая духовная энергия, а нечто, тесно связанное с телом. Но она, очевидно, восстанавливалась, и это можно было почувствовать: разница между бодростью и упадком сил была очевидна.
В этот момент Шон заметил расстроенного Джастина. Тот пробовал разные жесты, пытаясь удержать перо в воздухе, но оно то внезапно подпрыгивало, то раскачивалось и быстро падало.