Глава 261. Решение и будущее •
— О… о…
Невольно из моих уст вырвался такой звук.
Панамера и Страдале, атаковавшие с яростью огня, в мгновение ока захватили верхнюю часть крепостной стены и обезвредили артиллерию. Рыцари королевства Йеринетта, похоже, решили отступить, как только были прорваны ворота замка, и, бросив город-крепость, пустились в бегство.
Поэтому боевой дух союзных войск Шелвии был ниже некуда.
Когда все стихло, я осторожно вошел через разрушенные ворота в город-крепость на большом экипаже. На главной улице увидел рыцарей, сложивших оружие на землю и сидящих, опустив головы.
В первом ряду стоял бородатый мужчина средних лет, а перед ним — Панамера и Страдале.
— О, парень. Мы одержали победу… хотя командующий войсками Йеринетты сбежал, — с недовольным видом пробормотала Панамера, а Страдале, скрестив руки на груди, опустил подбородок. Вероятно, он был расстроен тем, что ему не на ком было сорвать злость за Джелапа, пострадавшего от артиллерии.
Я посмотрел на рыцаря, который выглядел самым высокопоставленным из всех.
— Скажите, этот господин — дворянин из Шелвийского Союза?
Услышав мой вопрос, рыцарь средних лет резко поднял на меня глаза.
— Неужели вы — барон Ван Ней Фертио?
— Э? Вы меня знаете? — удивленно переспросил я, пораженный тем, что меня вдруг назвали по имени. Рыцарь коротко кивнул и внимательно посмотрел мне в лицо.
— И правда, совсем ещё юный господин. Меня зовут Таункар Пиларз. Я граф Шелвийского Союза. Лорд Косворт из королевства Йеринетта рассказал мне о вас. Сказал, что юноша по имени Ван своим невероятным мастерством фортификации контролирует поле боя…
— Э-э? Да нет, что вы. Хе-хе, как неловко, — попытался я проявить скромность в ответ на слова Таункара, но не смог сдержать смущенной улыбки, услышав, что я контролирую поле боя. Таункар же со всей серьезностью кивнул.
— Говорят, что гении часто бывают чудаками… Что ж, это так… — произнес он с задумчивым видом, и от его слов мне стало не по себе. Что он имеет в виду под чудаками, этот усатый рыцарь? Я уже было обрадовался, решив, что он сделал мне комплимент.
Пока я с обидой смотрел на Таункара, Панамера фыркнула и открыла рот.
— Это все неважно. Сейчас главное — решить, что делать с Шелвийским Союзом, выступившим против королевства Скудерия. Наш король суров. Думаю, вы это понимаете? — с хищной улыбкой спросила она, и Таункар с напряженным лицом опустил подбородок.
— Мы сдаемся. Нам нечего сказать в свою защиту. Однако, если возможно, мы хотели бы провести переговоры с вашим королем и заключить союз на определенных условиях. Мы были вынуждены подчиниться мощи артиллерии Йеринетты, но теперь ясно видим, что союз со Скудерией был бы для нас более разумным решением. Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы убедить короля и стать опорой для Скудерии, — заявил Таункар, и Панамера недовольно нахмурилась.
— Скучно. Вот если бы вы сражались до последнего солдата, у меня бы наконец-то появились собственные земли… — тихо пробормотала Панамера зловещие слова, и Таункар окинул её недоуменным взглядом.
— Вы хотите уничтожить и Шелвийский Союз, сражаясь с могущественным королевством Йеринетта? Это уже чересчур. Король Скудерии наверняка хочет сосредоточиться на войне с Йеринеттой. Самовольно ввязываться в бой с Шелвийским Союзом… — начал было Таункар пространную речь, пытаясь вразумить Панамеру, но та нетерпеливо махнул рукой.
— Ладно, ладно, я поняла. Я передам ваши слова маркизу Фертио. А вы отправляйте гонца. Но знайте, этот город-крепость и ваши жалкие жизни теперь принадлежат мне. И это не обсуждается. Передайте своему королю, что если он не предложит нам максимально выгодные условия, то Шелвийскому Союзу не поздоровится, — произнесла Панамера угрожающим тоном и свирепо посмотрела на Таункара и других рыцарей. Таункар молча кивнул, выражая согласие.
На этом разговор был окончен, и мы решили вернуться в Центену. Рыцари Шелвийского Союза должны были выделить людей для восстановления города-крепости, поэтому мы решили полностью доверить это им. Ван уже и так переутомился. Переработки ни к чему. Сейчас время баланса между работой и личной жизнью.
Дело в том, что две ее куклы были сильно повреждены в результате массированного обстрела черными шарами со стороны Йеринетты. Часть доспехов отсутствовала, а сами тела были покрыты ранами. Понимая это, Арте была очень расстроена.
— Простите меня, господин Ван… Куклы, которые вы сделали для меня…
Сразу же после того, как все выяснилось, Арте со слезами на глазах начала извиняться, и я никак не мог на нее сердиться.
— Все в порядке. Их можно починить. Я все сделаю, как новенькие будут. Благодаря тебе мы смогли прорваться через ворота. Не вини себя, — как можно мягче сказал я, но Арте печально покачала головой.
— …Если бы я не старалась следовать вашим словам, господин Ван, и не щадила кукол, они бы не превратились в такое жалкое зрелище. Мне очень жаль… — продолжала она сокрушаться о том, что куклы пострадали от взрывов черных шаров. Похоже, потеря кукол стала для нее сильным потрясением, и мои слова утешения не возымели никакого эффекта. Интересно, как бы ее подбодрить…
***
[От лица Истаны]
Все обернулось худшим из возможных сценариев. По вине Косворта мы несёмся навстречу самому ужасному будущему, какое только можно вообразить.
Нет, все в Йеринетте, включая короля, ослеплены мощью черных шаров и артиллерии, в этом нет никаких сомнений. Но главная проблема в том, что Косворт, командующий на передовой, продолжал сражаться до последнего.
Нужно было признать поражение. Нужно было предложить мир, пока Скудерия ещё считала Йеринетту сильным противником. Но теперь уже слишком поздно.
Зная нрав короля Скудерии, могу с уверенностью сказать, что он не успокоится, что бы мы ни делали. Какие бы условия мы ни предложили, он не остановится, пока не захватит всё королевство Йеринетта, ведь его преимущество очевидно. Если бы он согласился оставить нам хоть какую-то автономию, стать вассальным государством… у нас был бы шанс выжить.
— У… ах…
Пока я размышлял, из экипажа донесся приглушенный стон. Я посмотрел в ту сторону и увидел Косворта с обожженной половиной тела, корчащегося от боли.
И это из-за него я умру?
При мысли об этом мне захотелось тут же наброситься на него с кулаками, но это ничего бы не дало.
— Господин Истана! Мы приближаемся к городу Шелвии. Что прикажете делать?
— Мы бросили графа Таункара и остальных! Если нас догонит их гонец, Шелвийский Союз может стать нашим врагом! Продолжайте движение с максимальной скоростью! Возвращайтесь в Йеринетту!
— С-слушаюсь!
Под моим командованием находилось около пятнадцати тысяч рыцарей, включая личную гвардию Косворта, но и этого было недостаточно. Нет, я был уверен, что мы проиграем.
Мы выступили в поход с тридцатитысячным войском, и после двух столкновений с противником потеряли половину людей. То же самое произошло и с войском Шелвийского Союза. Учитывая, что у врага было всего около десяти тысяч, мы не могли рассчитывать на легкую победу только благодаря численному превосходству.
— Нужно как можно скорее вернуться в столицу и убедить короля! Если мы продолжим сражаться, нас ждет только жестокая расправа!
К черту гордость. Ради спасения страны и королевской семьи придется поступиться принципами.