Глава 135. Обеспокоенность •
[От лица Адама Клайва].
Я прижался к дереву, зажав руками рану в животе. С каждым вздохом на меня накатывала волна головокружительной боли, а я смотрел, как капли темно-красной крови стекают по боку и впитываются в пересохшую землю подо мной.
Я усмехнулся.
Е*ал в рот всех драконов, зуб даю.
— Надо выпить, — пробормотал я про себя, доставая из кармана фляжку, которая была у меня для особых случаев, вроде этого.
Сделав глоток огненной жидкости, я закрыл глаза и попытался сосредоточиться на заживлении ран. В голове был беспорядочный сумбур мыслей, но я знал, что должен сосредоточиться, если хочу остаться в живых.
Звук шагов вернул меня в реальность.
— Адам? — задыхался Гилдартс, его глаза расширились от ужаса, когда он увидел перед собой картину: мое бледное лицо, дрожащие губы и кровь, сочащуюся из зияющей дыры в животе, которая растекалась вокруг меня.
— Не волнуйся, бывало и хуже, — простонал я, пытаясь изобразить слабую улыбку. Не стоит и говорить, что это была большая ложь: из всех ран, которые я получил до сих пор, эта была, безусловно, самой страшной.
Гилдартс покачал головой, на глаза навернулись слезы, и он опустился на колени рядом со мной, положив дрожащую руку мне на плечо.
— Прости, — прошептал он, задыхаясь от эмоций, — я должен был быстрее оправиться от ее атаки.
— Это ничего бы не изменило, — пробурчал я, пытаясь сесть ровнее.
Единственное, что могло бы изменить ситуацию, — это использование моего Банкая. Но это была карта одноразового использования, которую я копил на Акнологию.
Если бы я мог использовать свою силу в полной мере, все могло бы сложиться иначе. К сожалению, силы шинигами не предназначены для использования в человеческом обличье.
— Я слаб, — пробормотал Гилдартс, склонив голову от стыда, — я не смог защитить тебя, я подвел тебя.
Отлично, теперь он тоже в депрессии.
Полагаю, настало время вывести его из равновесия в стиле Клайва.
Глубоко вздохнув, я вытянул вперед правую руку и со всей силы влепил ему пощечину: — Может, хватит говорить так, будто я умер?
Гилдартс вздрогнул от силы удара, но глаза его расширились от удивления, когда он понял, что я хотел сказать. Несмотря на рану, кровотечение значительно замедлилось, а боль уменьшилась.
Я был еще жив.
Конечно, зияющую дыру в животе нельзя назвать идеальной ситуацией, но так уж получилось, что Селена пропустила большинство моих жизненно важных точек. Я предполагаю, что причина, по которой она не нанесла серьезных повреждений, заключалась в том, что она не пыталась убить меня, что, как я полагаю, было как-то связано с той частью силы души, которую она украла у меня этой атакой.
Время покажет, какие именно цели она преследует.
В то же время я бы сосредоточился на том, чтобы не допустить повторения подобного исхода.
— Мы должны отвезти тебя в больницу, — сказал Гилдартс, его голос был строг и решителен, он старался скрыть дрожь, которая скрывалась под ним.
Я поднял на него бровь: — С чего ты взял, что мне вообще нужна помощь?
Гилдартс слабо усмехнулся: — Придурок, сейчас не время валять дурака. Ты знаешь, что тебе нужна медицинская помощь.
— Ты не хуже меня знаешь, что только старуха может все исправить, — ответил я, усмехнувшись про себя.
— Знаю, — кивнул Гилдартс, пытаясь помочь мне подняться, — но прежде чем мы сможем добраться до нее, нам нужно, чтобы кто-то стабилизировал ситуацию настолько, чтобы вы смогли отправиться в путь.
На самом деле это была очень хорошая идея.
— Хорошо, — ответил я.
—•——•——•——•——•——•——•——•——•—
Под золотыми лучами заходящего солнца густой лес шептал секреты, шелестя листьями. Сквозь чащу по узкой тропинке спешила пара встревоженных фигур — Лаксус и Лилия, следя за магической силой слабеющего с каждой минутой Адама.
Их дыхание было тяжелым, а на лицах читалось беспокойство.
Глаза Эрзы мерцали от страдания, голос задыхался: — Лаксус, нам нужно спешить. Что-то не так, он никогда раньше не был таким… слабым, таким уязвимым.
Лаксус кивнул, его лицо смягчилось от беспокойства, когда он сжал челюсти: — Я знаю.
Солнечный свет пробивался сквозь полог листвы, касаясь лесной подстилки, а посреди нее стоял Адам.
Их друг лежал, прижавшись к корявой коре старого дуба, рубашка прилипла к коже, заляпанной кровью, а глаза были закрыты, как во сне.
На его кровоточащем животе виднелась зияющая рана, из которой виднелась розовая плоть — ужасающее зрелище.
Время словно замерло, когда Лаксус и Эрза бросились к нему.
— Адам! — закричала Эрза, слезы затуманили ее зрение.
Его глаза открылись от дремоты, а на губах заиграла слабая улыбка: — Эрза, Лаксус, что вы здесь делаете? — спросил он.
Лаксус, упираясь коленями в землю, прижал руки к ране Адама, пытаясь остановить кровь. Руки его дрожали. — Держись, Адам, мы вытащим тебя отсюда, не смей умирать на мне! — голос его сорвался.
Адам поднял дрожащую руку, чтобы коснуться щеки Лаксуса, а затем влепил ему пощечину с силой бога: — Не суй свои грязные руки в мою рану!
— Ублюдок, нахера ты меня ударил?! — рявкнул в ответ Лаксус, на мгновение забыв о ситуации.
— Что? Тебе не подарить ли в следующий раз слуховой аппарат? — ответил Адам с игривой усмешкой.
Эрза захлебнулась рыданиями. Она протянула руку и коснулась руки Адама: — Ты не умираешь? — прошептала она, и в ее голосе прозвучала вся боль мира.
Адам покачал головой: — Нет, я уже залечил большую часть повреждений, теперь мне нужно только получить медицинскую помощь, а остальное должно сойти легко.
Лаксус смахнул выступившие на глазах слезы, и выражение его лица смягчилось, когда он понял, что с Адамом все будет в порядке: — Ты нас до смерти напугал, — пробормотал он, поднося к голове залитые кровью руки, — еще раз ударишь меня, и я тебя убью на хрен.
— Давай, Пикачу, — ответил Адам с ухмылкой.
— Хватит! — крикнула Эрза, сжимая руки в кулаки. — Сейчас не время для ваших препирательств!
— Эрза, все в порядке… — начал Адам, но был прерван, когда рука Эрзы взметнулась в воздух и резко ударила его по щеке. Слезы текли по ее лицу, она смотрела на него, ее грудь вздымалась от волнения.
— Ты хоть представляешь, каково это — чувствовать, как угасает твоя магия? Думать, что я могла потерять тебя? — голос ее был грубым, а глаза горели от непролитых слез. — С этим нельзя шутить, ни сейчас, ни когда-либо.
На этот раз Адам промолчал. Он посмотрел на Эрзу, и его глаза немного слезились. Привычная самоуверенность, которой он был известен, исчезла с его лица, сменившись чем-то более уязвимым. — Мне жаль, — прошептал он.
— Ага, — пробормотал Лаксус, отворачиваясь, чтобы никто не увидел признаков его уязвимости. — Ты должен знать, что нам не все равно. Хоть ты и полный урод, но ты наш урод.
Эрза опустилась на колени и взяла лицо Адама в свои руки: — Обещай мне, обещай, что больше никогда не будешь меня так пугать, — задыхалась она между всхлипами.
Лицо Адама смягчилось, и он кивнул. — Я сделаю все, что в моих силах.
— Адам, я нашел врачей! — прорвался голос Гилдартса, когда к ним подбежал Гилдартс с группой медиков и медицинским оборудованием, привязанным к его спине.
Адам моргнул: — Где ты их нашел?
— Он ворвался в больницу и похитил нас, — пробормотал один из врачей, — привязал нас к своей спине и спросил, что нам нужно для лечения… сквозной дыры в животе. Как только он получил все, что мы ему сказали, и все, что, по его мнению, нам могло понадобиться, он помчался сюда со скоростью… которую я даже себе представить не мог.
Адам усмехнулся: — Извините, но не могли бы вы отложить в сторону свое недовольство им и помочь мне?
— Я дал клятву, и ваш отец нас запугал, так что да, мы поможем, — вздохнул один из врачей, самый старый. — А теперь, пожалуйста, развяжите нас, страшный человек, чтобы мы могли обработать его раны, пока не произошло заражение.