Глава 145 •
— А во сне ты видишь?
— Да-да, вижу. Во сне я — это Ада.
Вот оно что. Неудивительно, что Панни не называет Аду братом. В том возрасте, когда она начала видеть сны, она, вероятно, уже не могла отличить себя от него.
Ада сказал, что Панни ослепла в три года, когда они убежали из деревни. Значит, она, возможно, с трех лет видит сны вместе с Адой. Это легко могло привести к путанице в ее сознании.
Но было и кое-что похуже…
— Панни, а кроме снов Ады, ты видела сны других людей? И ты знаешь, что это сны? — спросил Сол.
Панни склонила голову набок.
— Сначала видела только сны Ады. А потом стала видеть и сны тех, кто рядом. Например, сон старого безумца. Он постоянно видит, как варвары разрушают деревню. И сон дяди Джейса. Он постоянно видит, как его дочь умерла, и ее разрезали на куски. И сон тети Цюн. Она постоянно видит, как убила своего мужа, сначала отрубила голову, потом разрезала тело и потихоньку выбросила в корзине.
На второй вопрос Панни не ответила, кажется, забыла.
— Ты знаешь, что это сны? — снова спросил Сол.
Лишь тогда Панни вспомнила.
— Сначала не знала. А потом, когда они постоянно снились, поняла, что это сны.
— Страшно?
— Не-а, — Панни показала зубы в улыбке. — Ада говорит, что снов бояться не надо, проснешься — и все пройдет.
Сол смотрел на девочку и молчал.
Хоть Панни и могла свободно с ним разговаривать и сохраняла детскую наивность, но было слышно, что ее восприятие мира уже спуталось из-за переплетения снов и реальности.
Она безэмоционально рассказывала о мучительных для других воспоминаниях.
Словно она привыкла к смерти.
А она действительно привыкла.
— Панни, — наконец заговорил Сол. — Ты видишь чужие кошмары, скорее всего, из-за своих глаз. Если бы у тебя была возможность их убрать… ты бы согласилась?
В комнате на мгновение воцарилась тишина.
— Нет! — наконец ответила Панни, закрыв глаза маленькими ладошками.
Сол встал. Панни, услышав его движения, подняла голову, не убирая рук.
— Нет! — снова твердо повторила она.
Сол положил руку на ее ладонь. Черное щупальце высунулось из-за его шеи и медленно обвило ее руку. Стоило Солу приказать, и оно бы отдернуло ее руки, позволив ему действовать.
— У детей воровать — собакой станешь, — пригрозила ему Панни.
Сол медленно убрал руку. Малышка Водоросль с сожалением втянула щупальце.
— Эти глаза для тебя опасны. Надеюсь, ты скоро передумаешь.
Панни услышала, как шаги Сола удаляются к двери, а затем — как он переступает порог.
Она, словно забыв, что он только что хотел украсть ее глаза, поспешно убрала руки и, оперевшись на кровать, с тревогой спросила:
— Братик Сол, ты куда?
— Искать работу.
Затем послышался звук закрывающейся и запирающейся двери.
Панни потрогала свои глаза.
Она просто подумала, что если здесь будут две дырки, то она станет некрасивой.
…
Вскоре Панни снова стало скучно. Если бы братик Сол почаще с ней играл, то пусть бы глаза и превратились в черные дыры.
Ее рука коснулась кувшина с водой. Хоть ей и хотелось пить, но она не стала, а лишь с надутыми губами отодвинула его подальше.
Неизвестно, сколько прошло времени, но кто-то постучал в окно.
— Малышка Панни~ — раздался голос дяди Джейса.
Панни привычно залезла обратно в шкаф и, прижавшись лицом к окну, сказала:
— Ада не разрешает мне с тобой разговаривать.
— Не слушай своего глупого брата.
— Да, Панни тоже думает, что Ада — глупый.
…
Сол еще раз обошел Мофань и в общих чертах понял связь между «священным плодом» и «приемной матерью».
Этот плод, вероятно, был похож на цветок-спутник из Башни, он тоже любил питаться аурой умерших, только, видимо, предпочитал свежих девушек.
Он невольно вспомнил ту старшую сестру Пейдж, которая, чтобы заманить духа, временно использовала кусок свежей кожи со своего бедра.
Неужели у плода и духа были одинаковые вкусы?
…
Бродя по городу, Сол снова подобрался к плантации. Она по-прежнему охранялась лучшими силами города, но похищенной утром девушки нигде не было.
Неужели для вскармливания плода не нужно находиться на плантации?
Но тут он заметил, что дверь в ту трехэтажную башню, которая вчера была плотно закрыта, теперь приоткрыта.
Башня была из дерева и камня, выглядела старой и шаткой, но в то же время казалось, что она несокрушима и будет стоять здесь вечно.
Вокруг башни не было охраны.
Приоткрытая дверь, казалось, приглашала войти.
Сол, следуя своему сердцу, взглянул на дневник. Тот его проигнорировал.
Зато высунулась Малышка Водоросль и потерлась о его щеку.
— Там есть дух?
Малышка Водоросль качнула щупальцем.
Сол погладил ее кончик и велел вернуться. Малышка Водоросль всегда была послушнее дневника и тут же исчезла.
Сол прождал до самого вечера и только потом вернулся во дворик Ады.
Но едва он подошел, как услышал оттуда грохот и яростный крик Ады:
— Я тебе сказал, держись от нее подальше!!!
Сол вошел и увидел во дворе полный разгром.