Глава 273. Новый союзник и ценный совет •
«Прирожденная Кость Будды и Священное Сердце Будды?»
«Вот это да!»
«Уже по названию ясно — это какое-то невероятно мощное телосложение».
«Оно, должно быть, дает колоссальное преимущество в освоении буддийских техник… Неудивительно, что он так быстро добрался до шестой комнаты… Значит, Чжао Цзыюэ и остальных действительно привел он», — размышлял Ли Юнь, решив подойти и познакомиться.
Е Тяньсе, не ожидавший увидеть Ли Юня в шестой комнате, пришел в восторг и тут же принялся хвастаться:
— Ха-ха… Ли Юнь, не ожидал, что мы тебя догоним? Ц-ц-ц… мы ведь оказались даже быстрее тебя! В таланте ты нам уступаешь!
Щелк!
Не успел он закончить, как Чжао Цзыюэ влепила ему щелбан.
— Хватит нести чушь!
— Если бы не юный наставник Сюймин, мы бы до сих пор сидели во второй комнате, мучаясь с «Мечом, Покоряющим Демонов»… Сравнился он с талантом Ли Юня, как же. Ты ему и в подметки не годишься.
Е Тяньсе тут же сник.
— Да я просто пошутил, — пробормотал он, — зачем так серьезно…
— Даже в шутку нельзя, — отрезала Чжао Цзыюэ, строго взглянув на него, а затем представила Ли Юню юного монаха.
За время пути, пока Сюймин вел их вперед с помощью своей духовной техники, они успели немного пообщаться и наладить неплохие отношения.
Выслушав рассказ Чжао Цзыюэ, Ли Юнь мысленно кивнул. «Так я и думал». Этот монах был просто невероятен: не только сам силен, но и способен вести за собой других. На такое Ли Юнь точно не был способен.
Секретная техника Сюймина, «Единство Мириад Обличий», вызвала у него живейший интерес. Обладать таким методом — это же как в поговорке: один достиг просветления — и вся его родня вознеслась на небеса!
Впрочем, он был не настолько глуп, чтобы расспрашивать о чужих секретах. Выведывать тайны техник у едва знакомого человека — величайшее табу в мире боевых искусств.
— Наставник Сюймин, благодарю за то, что привели моих друзей…
— Амитабха… — Сюймин сложил ладони в ответном поклоне.
При виде этого жеста Е Тяньсе инстинктивно втянул голову в плечи.
— Е Тяньсе, ты чего? — нахмурился Ли Юнь. — Чего съежился? У тебя какие-то претензии к наставнику Сюймину? Смотри, а то я тебя поколочу!
Е Тяньсе выдавил из себя улыбку, которая была хуже плача.
— Да какие у меня могут быть претензии… Я готов за него обеими руками держаться! Это чисто инстинктивная реакция… Просто боюсь, что после очередного «Амитабха» на меня опустится ладонь, и я стану триста восемьдесят восьмой жертвой у него на счету!
Хотя Е Тяньсе и старался говорить шутливым тоном, Ли Юнь уловил скрытый смысл.
Похоже, Е Тяньсе действительно его побаивается. Странно. Ли Юнь уже успел узнать этого парня: дерзкий, бесстрашный, заносчивый — равных ему в этом не было. И он боится какого-то юного монаха?
— Амитабха… — вздохнул Сюймин. — Почтенный Е, смиренный монах уже говорил: воля наставника — закон. Я ведь и сам этого не хочу. Если вы не нападете на меня, я вас, конечно же, не трону.
Сюймин выглядел так, будто его незаслуженно обидели.
Ли Юнь почувствовал неладное. Этот юный монах, с виду застенчивый и добродушный, готовый прийти на помощь, на самом деле тот еще фрукт? И слова Е Тяньсе о трехстах восьмидесяти восьми жертвах — не шутка? Выходит, до этого он и вправду убил триста восемьдесят семь человек?
От этой мысли у Ли Юня по спине пробежал холодок.
Убивать людей — это не свиней резать. Он и сам себя считал человеком решительным, который не дрогнет в нужный момент, но за все время с момента своего перерождения он отправил на тот свет не больше тридцати врагов. И даже так он считал себя довольно безжалостным.
Но по сравнению с этим юным монахом он был просто дитя малое.
Внезапно Сюймин стал ему невероятно интересен.
К сожалению, времени на разговоры не было. Обменявшись еще парой фраз, все погрузились в медитацию.
Через пятнадцать минут Ли Юнь без особых усилий довел «Печать Неколебимого Царя Мудрости» до уровня боевых владений. Стоило ему лишь подумать, как за его спиной бесшумно возник едва заметный призрачный образ Царя Мудрости.
Сияющий фантом высотой в три метра!
Казалось, за спиной Ли Юня и впрямь стоял могущественный бог-хранитель, придавая ему ауру несокрушимости, непоколебимости и неуязвимости для любого зла.
В тот же миг одна из стен комнаты беззвучно отъехала в сторону.
Чжао Цзыюэ, Е Тяньсе и Би Юйшэн, постигавшие технику под руководством Сюймина, открыли глаза, полные изумления.
— Он прошел испытание шестой комнаты?
В их взглядах читалось искреннее восхищение. Да, они тоже находились здесь и быстро продвигались благодаря помощи юного монаха, но это была не их заслуга. А Ли Юнь всего добился сам. Это были совершенно разные уровни мастерства.
В этот момент и Сюймин открыл глаза, глядя на Ли Юня с нескрываемым уважением.
— Амитабха… Почтенный Ли Юнь, вы не последователь пути Будды, не обладаете Костью Будды и не несете в сердце устремлений Будды, но смогли довести «Печать Неколебимого Царя Мудрости» до уровня боевых владений. Воистину, вы — гений, рожденный небесами!
— Юный наставник Сюймин, вы мне льстите, — скромно ответил Ли Юнь. — В таланте мне до вас далеко.
— Амитабха… — Сюймин покачал головой. — Монахи не лгут. Почтенный Ли Юнь, я смог так быстро пройти эти испытания лишь потому, что моя Прирожденная Кость Будды и Священное Сердце Будды идеально подходят для буддийских техник. Если бы я изучал техники других школ, то и близко не смог бы сравниться с вами. Это вы — истинный гений.
— Нет-нет, юный наставник Сюймин — вот кто дракон среди людей! В вас виден облик Прародителя Будды!
— Амитабха, почтенному Ли Юню предначертано стать Небесным Бессмертным в будущем…
— …
— …
Е Тяньсе и его спутники ошарашенно переводили взгляд с одного на другого. Чем дальше, тем бесстыднее эти двое расхваливали друг друга. «Облик Прародителя Будды»? «Будущий Небесный Бессмертный»? Совсем совесть потеряли.
Наконец, Ли Юнь поднялся, собираясь пройти через открывшуюся дверь и посмотреть, есть ли седьмая комната. Он развеял свои боевые владения и попрощался с четверкой.
— Почтенный Ли Юнь, — вдруг снова заговорил Сюймин, — я хотел бы кое-что сказать, но не знаю, уместно ли это.
— Конечно, говорите, наставник. Мы ведь теперь друзья.
— Амитабха… Благодарю вас за то, что считаете смиренного монаха своим другом. В таком случае, я тоже буду считать вас другом. Почтенный Ли Юнь, раз уж вы смогли освоить «Печать Неколебимого Царя Мудрости», значит, у вас есть некоторая связь с учением Будды.
— Попробуйте изучать и другие высокоуровневые буддийские техники. Постигайте их истинную суть и вплетайте ее в призрачный образ Царя Мудрости. Кто знает, быть может, однажды этот призрачный образ сможет преобразиться в его Истинный Облик.