Ранобэ
онлайн

Глава 2. Свадебное платье

Бросив взгляд на уходящую вниз лестницу, конец которой терялся во мраке, Люмиан достал зеркало и активировал полученную по договору способность.

Он тут же ощутил метку на том ростовом зеркале в сокровищнице Тюдора. Теперь он в любой момент мог войти в зеркало и переместиться туда.

Сохраняя эту связь, Люмиан предупредил Франку и Жанну:

— Когда будем спускаться, держитесь у стен. Вплотную к ним.

По его опыту, если продолжить спускаться по лестнице обычным образом, они попадут в область отражения того ростового зеркала.

Потусторонним других путей следовало опасаться лишь того, что вызванные им иллюзии повлияют на разум: можно было самому себя довести до безумия от страха или даже напугать до смерти. Но если «Охотники» или «Демонессы» позволят своим фигурам отразиться в том ростовом зеркале, давно павший Алиста Тюдор может воспользоваться оставленными заранее приготовлениями, захватить их тела и воскреснуть.

Судя по степени безумия Алисты Тюдора, Люмиан сомневался, что тому будет особенно важно, кем вернуться — «Кровавым Императором» или «Кровавой Императрицей». Поэтому «Демонессам» тоже следовало соблюдать осторожность.

— Угу, — отозвались Франка и Жанна.

Люмиан уже давным-давно рассказывал им об опасностях, скрытых в сокровищнице Тюдора.

Даже если бы они ничего не знали, в нынешней ситуации всё равно сначала последовали бы его предупреждению, а уже потом нашли возможность спросить почему.

Люмиан продолжал поддерживать метку в зеркале активной и одновременно заставил остаточную ауру «Кровавого Императора» в правой ладони из слабой стать насыщенной, так что она перекрыла бледность.

Но не успел он начать шаг за шагом спускаться по лестнице, как возле его уха внезапно прозвучал голос мисс Маг:

— Я определила местоположение твоей зеркальной метки.

Вместе с этими словами вокруг вспыхнули точки ослепительного звёздного света, окутав Люмиана и остальных.

Когда зрение восстановилось, Франка обнаружила, что находится в коридоре, словно сотканном из звёздного сияния.

По обеим сторонам коридора в темноте возвышались врата из звёздного сияния. Пол был полупрозрачным, и сквозь него виднелась бесконечная тьма. Над головой не было никакого свода — лишь в недосягаемой вышине мерцали иллюзорные звёзды.

А в конце этого глубокого и просторного коридора стояло серебряное ростовое зеркало старинной формы, обрамлённое сложным узором.

Почти одновременно Франка и Жанна заметили, как мисс Маг подняла правую руку и легонько сжала пальцы в направлении зеркала.

Пространство вокруг серебряного ростового зеркала внезапно изогнулось и, приняв облик глубокой тени, сомкнулось в герметичную сферу, полностью отрезав проникновение света.

Теперь Люмиан и остальные не могли видеть серебряное ростовое зеркало, а оно, в свою очередь, не могло отражать их.

— Теперь можно вести себя немного свободнее, — с улыбкой сказала мисс Маг.

Одетая в чёрную магическую мантию с серебряными узорами, она повернулась к Люмиану, Франке и Жанне:

— Можете выбирать сокровищные комнаты. С опасностями внутри разберусь я.

Франка и Жанна тут же синхронно посмотрели на Люмиана, ожидая, что он первым покажет им, как это делается.

Люмиан огляделся по сторонам и, медленно двигаясь вперёд по глубокому просторному коридору, словно бы невзначай произнёс:

— Над серым туманом, когда я упоминал мадам Пуалис и Омебеллу, я ещё говорил об одном своём опасении.

— О каком? — охотно подыграла ему Франка.

И она, и Жанна примерно догадывались, что Люмиан намеренно отвлекал себя непринуждённой беседой, чтобы выбирать сокровищную комнату, полагаясь исключительно на духовную интуицию, потусторонние характеристики, ауру и порчу, находившиеся в его теле.

Люмиан, пребывавший в состоянии Демонессы Отчаяния, с распущенными чёрными волосами, взглянул на мисс Маг и господина Повешенного и сказал:

— В самом конце операции по пробуждению остались две вещи, которых я так и не смог понять.

— Во-первых, почему Первородная Демонесса вообще никак не отреагировала. Во-вторых, почему сторона «Великой Матери», хотя и сделала множество приготовлений в Городе Сновидений, даже не попыталась нам помешать.

— То, что остальные сущности не вмешались, было вполне ожидаемо. Небесный Достопочтенный не стал бы ждать, пока они завершат приготовления и получат возможность эффективно влиять на происходящее внутри сна, а уже потом отправлять туда Чжоу Шашу. В таком случае прижать могли бы как раз его надежду на успех. Кроме того, Андерсон должен был сжечь отель «Цветная Картина» и ателье «Немой», лишив тем самым сущность, которой поклоняется «Общество Фантазий», возможности вмешаться. А больница Мушу находилась под подавлением Истинных Богов.

— Но «Великая Мать» ведь даже отправила мадам Пуалис с младенцем Омебеллой, чтобы та стала директором больницы Мушу. Как вышло, что всё это не произвело вообще никакого эффекта?

— Её силы в Городе Сновидений не ограничивались одной лишь больницей Мушу. И Грин, который изначально действовал за её пределами, и Лю Юнъань, способный свободно входить в больницу и выходить из неё, могли эффективно обойти подавление Истинных Богов и что-нибудь предпринять.

— Может быть, их сдерживали Пэн Дэн, Гриша и сторона Амона, которые так и не появились на заключительном этапе? — предположила Жанна.

— Такая возможность есть, — мисс Маг повторила мысль, которую уже высказывала на собрании Клуба Таро. — Но у меня дурное предчувствие. Возможно, «Великая Мать» уже достигла своей цели — просто сделала это способом, который находится в слепой зоне нашего мышления.

— По моему опыту, за ненормальным спокойствием обязательно скрывается проблема, — вслед за ней подчеркнул господин Повешенный.

Франка глубоко вдохнула и посмотрела на Люмиана.

Он понял, что она имела в виду, и с улыбкой сказал:

— По поводу дел, связанных с «Великой Матерью», господин Шут дал лишь одно откровение: стать Демонессой Нестарения, позаимствовать «Дар Земли» и встретиться с Гнойной Отсечённой Рукой.

Закончив говорить, Люмиан внезапно ощутил прилив духовной интуиции. Он повернулся направо и толкнул полупрозрачные врата, сотканные из звёздного сияния.

За ними царил тусклый свет. Никакой атаки не последовало.

Люмиан выждал две секунды и лишь после этого переступил порог, войдя в комнату.

Первым, что предстало перед его глазами, оказался чёрный гроб.

Он заметно отличался от прямоугольных гробов, которыми обычно пользовались в Трире: его очертания были плавно изогнуты, один конец шире другого, а поверхность покрывали многочисленные изображения птиц, деревьев и растительные узоры.

— Хм… — из-за плеча Люмиана высунулась голова Франки. — Это ведь гроб в стиле Западного Континента? Откуда «Кровавый Император» вообще его достал?

Она уже знала, что Западный Континент возник в результате развития на протяжении тысяч, десятков тысяч, а возможно, и куда более долгих лет той страны, где она жила до переноса в этот мир.

Судя по тому, что речь «Тени в Доспехах» Чэнь Ту она ещё могла кое-как понимать, а также по его одежде и облику, Франка предполагала, что цивилизация Западного Континента, возможно, не переживала таких разрывов преемственности, как цивилизации Северного и Южного Континентов, и в определённой степени сохранила непрерывность развития.

Форма стоявшего перед ней гроба, казалось, служила ещё одним тому доказательством.

Но почему тогда, если цивилизация там не прерывалась, язык и стиль Западного Континента словно «откатились» к тому, что в её памяти относилось к «древности»?

Ответа на это Франка пока не находила.

Все известные «попаданцы» находились на Северном и Южном Континентах, а также на бывшем Восточном Континенте!

Нет… Королева Тайн говорила, что Древний Бог Солнца не был таким же «человеком из кокона», как мы. И ещё один «попаданец» так и не раскрыл свою личность…

Пока мысли Франки всё дальше уходили в сторону, Люмиан и мисс Маг уже подошли к чёрному гробу в стиле Западного Континента.

По воле мисс Маг крышка сама скользнула в сторону и опустилась на полупрозрачный пол.

Франка заглянула внутрь и сразу увидела прекрасное лицо с закрытыми глазами — бледное и холодное.

Затем её взгляд упал на роскошный фениксовый венец, богато расшитое свадебное одеяние и ярко-красный цвет.

— Китайское свадебное платье… труп невесты… б***ь, что вообще творил «Кровавый Император»? — вырвалось у Франки.

Не успели её слова стихнуть, как чёрный гроб, украшенный изображениями сосен, кипарисов и журавлей, яростно задрожал.

Без единого звука на его край легла мертвенно-бледная изящная ладонь.

Ногти на ней были серовато-белыми, неестественно длинными — острыми и леденяще-холодными.

В тот же миг губы Франки и Жанны внезапно пересохли, словно их обдало жаром.

За пределами сокровищницы «Синий Мститель», шедший сквозь яростный ветер и огромные волны, резко просел вниз.

Ветер стих.

Волны улеглись.

Над лазурной гладью моря поднялся пар, вода начала стремительно испаряться.

На поверхности «Синего Мстителя» доски палубы стали с видимой глазу скоростью рассыхаться и покрываться трещинами. И хотя сознание корабля-призрака непрерывно пыталось восстановить повреждения, остановить ухудшение оно не могло.

В сокровищнице Тюдора, в соответствующей комнате.

Прежде чем мисс Маг успела обрушить на мёртвую женщину в гробу град сокрушительных атак, Люмиан протянул правую ладонь.

Её покрывали тёмно-красные пятна и мертвенная бледность, а крохотное чёрное «игольное отверстие» в центре источало неописуемую ауру.

Тело женщины в ярко-красном свадебном платье, как его назвала Франка, и золотом фениксовом венце перестало дрожать. Исчезло и ощущение, будто она вот-вот поднимется из гроба.

Её изящная, но мертвенно-бледная ладонь медленно соскользнула с края и вернулась к телу.

Все аномалии тут же исчезли.

— Сила Демонессы Катастроф… — мисс Маг несколько секунд смотрела на неё глазами, сияющими подобно звёздному небу. — И ещё сила Неумирающего… Благословения этих двух путей вообще можно совместить?

Произнося это, и она, и господин Повешенный посмотрели на Люмиана.

Люмиан опустил взгляд на чёрное «игольное отверстие» в своей ладони и задумчиво пробормотал:

— Возможно…

Похоже, эта штука и впрямь возникла из слияния остаточной ауры «Кровавого Императора», благословения «Епископа Войны», печати Даоса Загробного Мира, а также статуса и знаний Карты Богохульства «Демонесса».

Раз уж в одной этой мешанине смогло ужиться столько всего, значит, силы путей Демонессы и Смерти, взятые по отдельности, скорее всего, тоже можно было совместить.

Мисс Маг и господин Повешенный погрузились в раздумья, а Франка, услышав сочетание «Демонесса Катастроф» и «Неумирающий», невольно сопоставила эти два понятия с состоянием мёртвой женщины и тем, что произошло только что.

Она ошеломлённо воскликнула:

— Это… это ведь демон засухи?

— «Кровавый Император» притащил демона засухи на Северный Континент?

— Как он вообще это сделал?

Разве Западный Континент не запечатан силой Небесного Достопочтенного? Барьер ведь можно будет открыть и свободно пересекать лишь после того, как господин Шут по-настоящему получит преимущество.

До этого разве не должны быть доступны лишь ритуалы мистического сопряжения?

Даже если «Кровавый Император» перед смертью действительно открыл проход, пытаясь утащить за собой в гибель Богов, этот проход ведь запечатан в Трире четвёртой эпохи. У «Кровавого Императора» просто не должно было быть времени переправить этого демона засухи на «Синий Мститель»…

Услышав слова Франки, мисс Маг слегка повернулась и пояснила:

— Сила происходит не от потусторонней характеристики. Возможно, её источник — Западный Континент или какое-то иное место. Но сама женщина родом с Северного Континента.

— Э-э… — Франка внимательнее всмотрелась в мёртвую женщину в гробу и обнаружила, что волосы у той светло-жёлтые, а черты лица довольно глубокие и выразительные.

— Искусственно созданный демон засухи? — Франка, кажется, начала понимать. — «Кровавый Император» через мистическое сопряжение получил какие-то странные знания, и это результат эксперимента? Фениксовый венец, свадебное одеяние и гроб были частью этих знаний, частью ритуала?

Люмиан слегка кивнул и, глядя на мёртвую женщину, спросил:

— Если её разбудить, можно помочь ей вернуть рассудок?

Мисс Маг медленно покачала головой:

— «Она», скорее всего, с самого рождения была чудовищем.

Глава 1. Откровение

Когда Люмиан спустился по лестнице, солнце всё ещё светило ярко. Франка, Жанна и Энтони неспешно наслаждались послеобеденным чаем.

Людвиг тоже был здесь, только вот его времяпрепровождение нельзя было назвать столь же безмятежным.

— Собрание Старших Арканов закончилось? — Франка повернулась к нему и с любопытством спросила.

Перед глазами Люмиана вновь промелькнули сцены из величественного дворца над серым туманом. Он кивнул:

— Закончилось.

— Есть что-нибудь, о чём можно рассказать? О том, о чём нельзя, даже не упоминай. — На лице Франки ясно читалось: она всего лишь хотела расширить кругозор.

Люмиан уселся в кресло и, воспользовавшись выражением, которому научился в Городе Сновидений, ответил:

— Рассказывать особо не о чем. Сегодняшнее собрание прошло довольно буднично. В основном Старшие Арканы по очереди докладывали господину Шуту о делах, за которые отвечают, а господин Шут давал соответствующие указания.

— А ты, смотрю, очень уважаешь господина Шута, — внезапно с чувством заметила Франка.

— Почему ты так решила? — Люмиан слегка удивился.

Франка хмыкнула, сначала посмотрела на Жанну, а затем перевела взгляд на Энтони:

— На такой простой вопрос мне ведь даже не нужно отвечать, правда?

Жанна тут же подхватила её мысль и с лёгкой улыбкой пояснила:

— Если бы речь шла не о господине Шуте, ты бы наверняка добавил перед словом «указания» ещё несколько определений. Например, «дальновидные» или «учитывающие всю картину целиком».

В её словах уже отчётливо звучала насмешливая поддёвка.

— К богам я всегда относился довольно уважительно. За редкими исключениями. — Люмиан наконец понял, к чему они клонили, и улыбнулся.

Он сменил тему:

— Поскольку я впервые участвовал в собрании перед божеством, докладывать мне было не о чем. Я лишь задал вопрос, связанный с мадам Пуалис и её дочерью Омебеллой, надеясь получить ответ от господина Шута.

— И что сказал господин Шут? — в один голос спросили Жанна и Франка.

Люмиан ещё не успел ответить, как в пустоте внезапно вспыхнули крупицы звёздного света.

Они стремительно сложились в фигуру мисс Маг.

Она обратилась к Люмиану, Франке и Жанне:

— Теперь можно отправляться на «Синий Мститель» и исследовать сокровищницу, оставленную Кровавым Императором. Я войду вместе с вами и при необходимости окажу помощь.

— Вам нужно немного отложить это, чтобы подготовиться?

Среди сокровищ династии Тюдор, очевидно, должны были преобладать предметы, связанные с путём Охотника, а следом — с путём Демонессы. Кроме того, там наверняка имелись вещи, относящиеся к путям Провидца, Ученика и Мародёра. Такое место прекрасно подходило для исследования тремя «Демонессами»: они могли получить потусторонние характеристики, необходимые как для обычного продвижения, так и для перехода на другой путь.

Что же до продвижения Энтони, для него существовали отдельные планы.

А дальнейшее восстановление сил Людвига следовало отложить до тех пор, пока Люмиан или Франка не достигнут уровня третьей последовательности, чтобы избежать непредвиденных происшествий.

— Не нужно. Отправляемся прямо сейчас, — ответил Люмиан.

Он уже давно обсудил этот вопрос с Франкой и Жанной.

Мисс Маг не стала ничего добавлять. Она сотворила ослепительно сияющие, словно сотканные из грёз, двустворчатые врата и вместе с тремя «Демонессами» перенеслась на «Синий Мститель», который в этот момент рассекал бушующие волны под порывами яростного ветра.

У входа в каюту их уже ожидал господин Повешенный, одетый как капитан.

— Ты всё ещё ощущаешь зеркальную метку, которую оставил в сокровищнице? — спросила мисс Маг у Люмиана.

— Да. — Люмиан полуприкрыл глаза и сосредоточился на ощущении метки.

Он не пытался воспользоваться «Переходом через зеркало», чтобы добраться до того ростового зеркала, на котором оставил зеркальную метку, поскольку в соответствующей области за зеркалом — или в Зеркальном Мире — был спрятан резервный план воскрешения Кровавого Императора Алисты Тюдора.

Для Люмиана сейчас главным назначением этой зеркальной метки было служить необходимым ориентиром, позволяя его спутникам также попасть в сокровищницу. В будущем же она могла стать отметкой ловушки, с помощью которой он сумел бы погубить могущественного врага ценой собственной жизни.

Закончив проверку, Люмиан направился в глубь корабля и нарочно вернулся к прежней теме.

Он повернул голову к Франке и Жанне:

— Господин Шут дал такое откровение: после того как я стану Демонессой Нестарения, нужно отправиться в Новый Серебряный Город, одолжить «Дар Земли», а затем принести его в Город Изгнания и показать нашему старому знакомому — Отсечённой Руке.

— И правда. Один знает Омебеллу, другой выкрикнул имя Зедуса. Если свести их вместе, кто знает, может, и правда искра проскочит, — с внезапным пониманием сказала Франка.

В этот момент шедший впереди господин Повешенный, капитан «Синего Мстителя», слегка повернулся к ним и задумчиво произнёс:

— На мой взгляд, в этом откровении господина Шута важна не только вторая часть. Условие, поставленное в самом начале, не менее существенно.

Люмиан и упомянул откровение господина Шута в присутствии мисс Маг и господина Повешенного именно ради того, чтобы услышать их мнение. Поэтому он сразу спросил:

— Ты имеешь в виду условие «стать Демонессой Нестарения»?

Господин Повешенный, с грубоватыми чертами лица и несколько неопрятной внешностью, негромко рассмеялся:

— Разве ты уже сейчас не способен одолжить «Дар Земли» и принести его к «Гнойной Отсечённой Руке»? Единственная помощь, которая тебе может понадобиться, — договориться с Церковью Знаний.

— Точно, — согласилась Жанна.

Люмиан уже соответствовал всем условиям, необходимым для кратковременного использования «Дара Земли». Кроме того, через господина Солнце он мог получить разрешение Нового Серебряного Города, а сам являлся представителем «0-01». Ему совершенно не требовалось ждать, пока он достигнет уровня Демонессы Нестарения, чтобы свести останки Омебеллы с «Гнойной Отсечённой Рукой».

— Какие-то изменения, которые происходят после становления Демонессой Нестарения, служат катализатором всего этого? Или только достигнув уровня третьей последовательности, можно будет справиться с неожиданностями, которые неизбежно возникнут при встрече «Дара Земли» с «Гнойной Отсечённой Рукой»? Нет, второй вариант, пожалуй, можно почти исключить. — Люмиан, находившийся в состоянии Демонессы Отчаяния, замедлил шаг, погрузившись в размышления.

Как представитель «0-01», перед горой останков он обладал немалыми полномочиями, поэтому особой разницы между четвёртой и третьей последовательностями для него не было.

К тому же он мог на короткое время заимствовать дар, запечатанный Даосом Загробного Мира, и стать Епископом Войны третьей последовательности.

Иными словами, увеличение силы после продвижения до Демонессы Нестарения не являлось необходимым условием.

— Скорее всего, дело в каком-то изменении, связанном с самой природой Демонессы Нестарения, — высказала своё суждение мисс Маг.

Франка, которая некоторое время молча слушала остальных, пробормотала:

— Почему господин Шут не мог сказать яснее? Зачем давать лишь откровение и заставлять нас самих его толковать?

Господин Повешенный взглянул на Франку:

— В Городе Сновидений я выучил одну фразу: «сказанное становится законом».

— Каждое действие и каждое слово великих существ способно оказать глубокое влияние на судьбу и на сам мир. Когда-то господину Шуту понадобилось всего три года, чтобы стать великим существом, и многие слова, произнесённые им за это время, впоследствии одно за другим получили подтверждение и стали реальностью.

— При таких обстоятельствах сказать всё предельно ясно или, напротив, оставить недосказанность — это тоже часть происходящего. Воздействие на судьбу в каждом случае будет различным, а значит, и конечный результат может отклониться в другую сторону.

Люмиан согласно кивнул, хотя в глубине души ощутил лёгкое удивление.

Ему показалось, что господин Повешенный стал заметно более участливым, чем во время их предыдущих встреч.

Раньше господин Повешенный не скупился на собственные суждения и объяснения, но делал лишь то, что входило в круг его обязанностей, и говорил только то, что считал необходимым. А на этот раз он неожиданно сам заговорил о вещах, напрямую к делу не относящихся.

Потому что я уже стал одним из Старших Арканов? Похоже, господин Повешенный довольно серьёзно относится к иерархии и старшинству…

Люмиан задумчиво отвёл взгляд.

Мисс Маг добавила:

— Кроме того, это дело связано с Великой Матерью. Даже господину Шуту трудно увидеть всё предельно ясно, поэтому он способен лишь получить определённое откровение.

Услышав это, Франка огляделась по сторонам и понизила голос:

— После того как господин Шут на этот раз предварительно пробудился… Эм, я вовсе не проявляю неуважения к господину Шуту. Просто меня больше волнует его нынешнее состояние. Может, я ещё чем-нибудь смогу помочь? В конце концов, я тоже «попаданка»! В общем, я хотела спросить: до какого уровня сейчас восстановился господин Шут? И как обстоят дела с созданной вами личностью «Мира»?

Люмиан обменялся взглядами с мисс Маг и господином Повешенным, после чего ответил:

— Насколько именно он восстановился, никто из нас не знает. Можно лишь с уверенностью сказать, что по уровню он ещё не является полноценным Шутом.

На этот раз к слову «Шут» не добавлялось обращение «господин»: речь шла о Шуте нулевой последовательности пути Шута.

Основанием для такого вывода Старших Арканов, включая Люмиана, служило следующее: если личность Германа Спэрроу уже достигла уровня полноценного Шута, это означало бы, что он полностью овладел всеми полномочиями пути Шута. Тогда настоящий господин Шут очень скоро получил бы достаточное преимущество в процессе слияния и противостояния и смог бы окончательно пробудиться.

Люмиан продолжил:

— Что касается нынешнего господина Шута, лично мне кажется, что ему всё ещё немного недостаёт живости. Или, точнее, он стал более холодным и отстранённым, сильнее напоминая Германа Спэрроу.

Франка долго размышляла, прежде чем сказала:

— Мне кажется — это лишь моё личное понимание, — что нынешний Герман Спэрроу больше похож на ИИ, искусственный интеллект, в который интегрирована часть воли и мыслей господина Шута.

— Подумайте сами. Одной из основ стабильного существования Германа Спэрроу служит огромное количество якорей веры, а представления разных людей о нём отличаются. Это похоже на то, как одной из основ существования ИИ являются данные — огромное количество данных. Но сведения, собранные в сети или загруженные в ИИ, могут быть ошибочными, выдуманными или основанными на чьих-то фантазиях. Всё это способно его загрязнять — очень похоже на то загрязнение, которое, по вашим словам, несут якоря веры.

— Главная особенность нынешних ИИ в том, что стоит вам во что-то поверить — и он уже готов это сочинить. Реакции Германа Спэрроу точно так же будут подвергаться загрязнению со стороны якорей веры. Пока это не мешает передаче основной воли и мыслей господина Шута, в его поведении могут проявляться индивидуальные черты и даже противоречия.

— Хм… Получается, он вроде ИИ-помощника господина Шута. Чем лучше он будет совершенствоваться и чем быстрее развиваться, тем большим количеством полномочий и сил господин Шут сможет овладеть и распоряжаться. А в конечном счёте это поможет ему одолеть Небесного Достопочтенного.

Старшим Арканам прежде не приходило в голову рассматривать всё с точки зрения искусственного интеллекта. К счастью, все присутствующие уже бывали в Городе Сновидений и потому хотя бы приблизительно понимали, о чём говорит Франка.

Мисс Маг, прекрасно разбиравшаяся в якорях веры, медленно кивнула:

— Значит, дальше нам нужно очищать якоря Германа Спэрроу и в разной степени корректировать представления этих людей о нём?

— И наши собственные представления о Германе Спэрроу тоже, — добавил господин Повешенный.

За разговором они подошли к лестнице, ведущей на нижний уровень корабля.